Горный цветок - Ольга Шах

- Ну, допустим, они не сами догадались до того, чтобы затеять этот глупый спор, соглашусь, был за мною грех подстрекательства. Зато теперь они и слова не скажут больше против твоих начинаний. Ну, а это ты можешь считать небольшой помощью в твоих стремлениях.

Маркас вложил мне в руку три кошеля, один из которых был украшен его монограммой. Я хотела было важно задрать нос и фыркнуть, но любопытство пересилило, и я развязала один из них. Внутри оказались большие круглые монеты с полустёртыми краями. Да уж… если я хоть что-то понимаю в этой жизни, то это золото…

Маркас уселся рядом со мной возле козлятника и со вздохом сказал:

- Я понимал, что ты не совсем обычная девушка и равнодушна к нарядам и украшениям. Деньги ты также брать не пожелала… - я молча кивнула – действительно, было такое и он предлагал мне, но я отнекалась, мол, пока мне и тратить не на что.

- … так вот, - продолжал он как ни в чём не бывало, - любое занятие требует денег, даже если, - он обвёл рукой двор, - если это приклеивание камней.

- Неужели, только в этом причина? – я недоверчиво покосилась на слишком радостное лицо супруга.

- Конечно же, нет! - даже оскорбился он. – Я тебе напрасно, что ли, говорил про то, что у меня нюх на деньги? Тони даже смеялся, что Великий что-то перепутал и я должен был родиться в семье какого-нибудь купца, да и отец придерживается такого же мнения, только он слишком большой дипломат и не способен прямо сообщить о своих ошибках. Вот увидишь, мы станем первыми людьми, которые в горах смогут сделать деньги, продавая камни.

При этом «ошибка лорда Джерарда» сделала столь равнодушно-высокомерно-надменное лицо, изображая своего брата, что я невольно прыснула от смеха. Точь-в-точь, как губернатор, впервые увидевший свой электорат. Однако, возможно, Маркас прав? Ну, я про то, что зря я решила поставить на себе крест, как на попаданке? Ну и что, что я не имею представление о том, как вязать кружево, создавать миксер и превращать каменный уголь в бензин, зато я смогу сделать нашу жизнь комфортней. «С небольшой поправкой», - успела подумать я, пока совсем не растаяла от того, что Маркас шепчет мне на ушко всякие глупости, - «что можно создать этот самый комфорт для всех желающих!».

Однако, времени для строительно-промышленной революции было отведено не так много – наступала осень. Всё чаще стали моросить нудные мелкие дождики, а по утрам в горах стол туман, медленно и как-бы нехотя исчезая только тогда, когда осеннее солнце вставало где-то далеко за восточными отрогами гор.

Столяр Тормод, застенчиво смотря в сторону, сказал, что вдвоём с сыном ему будет тяжеловато управиться с созданием деревянных полов в комнатах. Поскольку брёвна было необходимо не просто распились на половину, но и расколоть на доски. А это был непростой процесс, учитывая исключительно ручной труд. Потому-то он и предложил нанять ещё пару плотников из поселения возле ближайшего моста. Ничего против я не имела, и работа закипела. Обкатанным уже способом с помощью извести и песка оштукатурили стены, заделали все щели и дыры в окнах, а также немного модернизировали камины, попросту уменьшив их размеры и обложив их изразцами из обожжённого кирпича. Создать необходимую форму для кирпича помог местный кузнец, а уж недостатка в глине у нас пока не наблюдалось.

***

Господин Саймон Мардел устало прислонился к какому-то валуну. Камни, снова эти проклятые камни, потом редкие подлески, с сырой травой и мрачными худосочными деревцами. Они словно сговорились испортить жизнь такому уважаемому человеку, как секретарь главы Палаты Лордов! Господин Мардел печально усмехнулся – теперь его вряд ли кто-то примет за приличного человека – своё кепи он потерял ещё тогда, когда только двигался в сторону этой проклятой дыры с той стороны гор. Хотя, если быть до конца откровенным, то он не видел большой разницы. С этой стороны горы или с той, лучше они не станут в любом случае. Проклятых горцев объединяет гораздо больше, нежели они сами были в том готовы признаться.

Возможно, кому-то в столице эта мысль покажется революционной, только господин секретарь убедился раз и навсегда – эти проклятые кланы с их непомерной гордостью, тупостью, самомнением и готовностью цепляться за заветы предков – таких же идиотов, что и их потомки, он ненавидит совершенно одинаково. Вне зависимости от того, на территории Дейтона или же Нортмандии они находятся. Маккармейги, Дугласы, Тёрнеры или даже Олвуды – какая между ними, к чёрту, разница? Когда они готовы вцепиться друг другу в глотку, как цепные псы? И регулярно это делают, совершая набеги на земли соседей. При этом каждый потрясает кулаками и утверждает, что это просто акт возмездия за незаконное вторжение! Да пусть они хоть поубивают друг друга, государству только легче от этого станет.

Господин Мардел, как секретарь, частенько присутствовал и на закрытых заседаниях Палаты Лордов, поэтому прекрасно понимал, о чём идёт речь. Всё же была некая несправедливость в том, что такой лакомый кусок земли, как Дейтон, только номинально входил в состав Энландии. Да уж… а земли-то и богатства тут много…

Господин Мардел устало поднялся со своего валуна, непонятно для чего отряхнул свои сапоги и продолжил брести вперёд. Сколько он плутал тут в одиночестве, он уже и не помнил. Нет, сначала всё было понятно – его сопроводили до границы, а дальше он стал передвигаться сам, всё время забирая на запад. В этом случае какая-нибудь из горных троп должна была привести его в земли Маккармейгов, но уже прошло несколько дней, а тракта всё не видать… неужели он заблудился в этих соснах? Может быть, покричать? Что-то вроде: «Помогите!»? Где же эти хвалёные горные следопыты, у которых даже заяц мимо без их ведома не пробежит? Где эти солдаты Патруля? Саймон с досады пнул несколько виднеющихся из-за поваленного дерева горных цветов и сложил руки ковшичком. «Помогите!» - крик вышел довольно тихим и жалким, отчего сам господин Мардел изрядно смутился, но упрямо набрал в грудь больше воздуха для нового крика.

- Ну, чего разорался-то? – спросили совсем рядом и из-за какого-то здорового дерева показалось несколько человек.

О, как! Саймон даже не обратил внимания на грубость пришедших, так обрадовался тому, что он не один. Эти ребята с нашивками с