Свадебный подарок - Джоанна Рид

Как когда-то ее мать, Сьюзен приняла решение покинуть любимого человека. Но в отличие от Сандры она оказалась не права. Но ей тоже придется примириться со своим выбором. Единственным утешением могла служить неожиданная правда об отце.

Дверь библиотеки открылась, на пороге появился Пол.

— Сэр, мама просит вас прийти. Она хочет знать, сколько человек будет к обеду.

— Спасибо, Пол, иду. Позаботься о Сьюзен. Проводи ее в комнату. В голубую спальню.

— Но… — поразился юноша.

— Голубая спальня, Пол.

— Да, сэр.

Пол проводил Сьюзен наверх по широкой лестнице, болтая о всевозможных пустяках. Она наблюдала за молодым человеком. В нем уже проглядывали черты отца. Еще десять лет, и путь наверх, но теперь уже по служебной лестнице, заставит его лицо посуроветь.

Молодой человек остановился возле двери, глубоко вдававшейся в обшитую панелями стену.

— Это голубая спальня. Если что-нибудь понадобится, поднимите трубку домашнего телефона. — Он растерянно улыбнулся, словно ребенок, который набедокурил и был пойман с поличным. — Увидимся за обедом.

— Спасибо, Пол.

Сьюзен посмотрела вслед молодому человеку, который повернулся и быстро зашагал прочь. Пол мог не знать всей правды о ней, однако сейчас ему было известно больше, чем ей сказал Андре Бредли. Девушка взглянула на книжку, которую все еще сжимала в руках. Интересно, как она попала к ее внезапно объявившемуся отцу? Каким-то образом она догадывалась, что Рой в этом участия не принимал. Завтра она еще раз поговорит с судьей, и все встанет на свои места.

Сьюзен нетерпеливо повернула ручку, открыла дверь и застыла на полпути, осознав, что в комнате уже кто-то есть. Широкоплечий темноволосый человек задумчиво рассматривал парк за окном.

— Входите, Сьюзен. Закрывайте дверь.

Комната неожиданно стала очень маленькой, кровь застучала в голове все сильнее и сильнее. И когда казалось, что барабанные перепонки вот-вот лопнут от нарастающего грохота, подступила спасительная темнота.

Прикосновение холодного полотенца вернуло Сьюзен к действительности. Она попыталась открыть глаза.

— Грэгори? Что вы здесь делаете?

— Тш-ш. Сейчас вам станет лучше. Полежите тихонько.

Невыносимая боль в висках заставила усомниться в правоте его слов, но Сьюзен подчинилась, потому что движение потребовало бы больше усилий.

Кровать слегка качнулась под тяжестью тела Грэгори, когда он устроился рядом с девушкой. Сьюзен слабо запротестовала, когда он расстегнул ей воротник и бюстгальтер под блузкой. Но Грэгори не обратил никакого внимания на ее протест, к тому же дышать действительно стало легче, и Сьюзен успокоилась.

— Я потеряла сознание?

— Да, любовь моя. Боюсь, что так. Когда оправитесь, можете оторвать мне уши за то, что я так напугал вас.

— Я не испугалась.

— Это потрясение… Как много потрясений в один день!

— Но как вы узнали?..

— Как я узнал, почему вы убежали от меня?

— Ну, хотя бы это. Для начала.

— На это ушло некоторое время, дорогая. От такого неожиданного поворота я сначала утратил способность ориентироваться. Я думал, я надеялся, что вы любите меня по-настоящему, а когда видишь, что заблуждался в человеке, полностью теряешь присутствие духа. К тому же вы наврали мне про телефонный звонок, а я был настолько зол, что даже не стал доискиваться причин вашей лжи.

— Как вы узнали, что я солгала? — изумилась девушка.

— Да потому, моя сладкая, глупенькая, прекрасная Сьюзен, что в ту субботу Рой просто не имел возможности дать ваш телефон кому бы то ни было.

— О-о! — протянула она, раздосадованная тем, что ее уловку удалось так быстро разоблачить.

— О-о? — ласково передразнил ее Грэгори. — Я объясню даже почему. Потому что Рой Дэвис не вернулся в свой офис в субботу. Он доехал до Уинсвила, понял, что, сидя за рулем в таком состоянии, он будет представлять угрозу не только своей жизни, но и жизням других людей на дороге, и принял мудрое решение снять в гостинице номер на остаток дня и хорошенько выспаться. Он только-только выходил из отеля, когда я возвращался из Эксетера, сияя от счастья ярче, чем луна на небе, и чувствуя, как это проклятое кольцо прожигает дыру в моем кармане.

— О, Рой!

— Это не тот человек, кому можно довериться, Сьюзен, — предупредил ее снова Грэгори. — К тому же его очень легко сделать пособником, всего лишь слегка напугав. Как же еще я мог пробраться в ваш дом и заполучить дневник Сандры?

— А как вы догадались, где его искать?

— Озарение. Ну, и еще лестница, которую вы оставили наверху в надежде, что Рой уберет. Это очень непредусмотрительно с вашей стороны.

— Прошу прощения, Грэгори. Мне пришлось так поступить. Я не видела другого выхода… — Сьюзен почувствовала себя немного лучше и села в постели, опираясь на подушки.

— Я вполне представляю, что вы испытали, когда увидели фотографию. Миссис Уолтер рассказала мне, что вы три раза спросили, действительно ли имя моего отца Александр. Ей это показалось таким странным. Конечно, я должен был увидеть дневник, но разгадка не заняла много времени.

— А как вы узнали, что я ошиблась?

Грэгори приподнял ее лицо за подбородок, чтобы заставить взглянуть себе в глаза.

— Я позвонил отцу, Сьюзен, и спросил его напрямую.

Девушка побледнела.

— Миссис Уолтер говорила, будто вашей матери приходилось долго мириться с… — пробормотала она. — Мне не следовало слушать ее.

— У моего отца были длинные поводья, Сьюзен. Но он всегда знал, кто ими правит, и завязывал романчики с дамами, понимающими, что к чему. К трудностям, к которым привели бы отношения с Сандрой, он не был готов. А мама любила его, невзирая на все его недостатки.

— Но вы говорили…

Грэгори убрал руку.

— Да, я помню. Я говорил, что отец питал тайную страсть к Сандре. И это чистая правда. Когда мама умерла, Сандра проявила к нему большое участие. Какое-то время мне даже казалось, что их отношения перейдут на другой, более серьезный уровень. Но Сандра принадлежала к числу тех женщин, кто отдает свое сердце любимому только одни раз и делает это целиком, без остатка.

— Простите, — прошептала Сьюзен.

— За что? К такому выводу мог прийти кто угодно. — Грэгори откинул ей волосы со лба. — Вам лучше? — Сьюзен кивнула, и он через мгновение продолжил: — Но дело в том, Сьюзен, что, оправившись от потрясения, мой отец сумел предположить, кто скрывался за этим загадочным «А». Андре Бредли останавливался у нас всякий раз, когда приезжал на еженедельные сессии. Однажды отец увидел его вместе с Сандрой на вересковой пустоши. Они просто прогуливались вдвоем, но почему-то этот эпизод крепко врезался ему в память. Естественно, что в подобных обстоятельствах я решил не уточнять причину его собственного присутствия на пустыре, — едва заметно улыбнулся Грэгори.