Солнце в армейских ботинках, или Идем дорогой трудной… - Юлия Владимировна Славачевская

— Теперь я понимаю, — сузил глаза Лайон, — почему не подействовало мое… — и заткнулся, проговорившись невзначай.

— Чего не подействовало? — уловила я суть. И вообще, лучше перевести стрелки и утыкать ими стрелочника!

— Ничего… — набычился Лео, начиная по–новой наливаться праведным гневом.

Нынче он явился пред очи народа в сугубо аристократическом прикиде — без маски, в расшитой у ворота жемчугом голубой шелковой рубашке и черных штанах. Толстая коса ниже пояса перетянута темной лентой. Глаза подведены черным, от мужчины исходит тонкий запах дорогих благовоний. Словом, красавец, хоть и не мой. Зато Хосита порадуется. Зря, что ли, она ради него прихорашивалась, потрошила чужие косметички и утягивала свой комбинезон на талии?

— … Ничего, что должно вас волновать! И я все же хочу получить ответ, в какой дыре ты отсиживался почти двое суток!

— Это было грубо, — хихикнула Хосита, тыкая в меня ножом. — Я бы на твоем месте оскорбилась и дала ему по наглой рыжей морде. Только не переусердствуй. Мордашка–то у него что надо. — Картинно вздохнула: — С головой проблемы, но это–то в нашем деле совсем не главное…

— Сиятельный хотел сказать, — все так же невозмутимо сказал Ингвар, выступая в роли добровольного переводчика, — что он на всех нас пытался воздействовать своими ментальными способностями, но у него ничего не получилось по причине моего присутствия рядом. И он по этому поводу беспримерно расстроен и сбит с толку. И только сейчас понял, почему у него ничего не вышло.

— То есть ты, — выпрямилась в струнку Айрон, крепко сжимая в умелой руке тесак, — пытался сплющить нам мозги и заставить что–то сделать против своей воли?!!

— Ты–то что волнуешься, о позор наших учебных заведений, — разжал губы Лайон. — На тебя я вообще не покушался, верблюдица горбоносая!

И тут к нему в лицо прилетел кусок замороженного мяса.

— Вот это и обидно, — пояснила мне взбудораженная Хосита, внимательно наблюдающая за начинающим багроветь от гнева наследником. — На всех, понимаешь, экспериментировал, а меня вниманием обошел. А мог бы и просто попросить по–хорошему. Я бы подумала и… — она выдержала паузу. — Дала в глаз, чтобы неповадно было к одиноким девушкам приставать, пользуясь служебным положением. А потом бы долго–долго утешала бедняжку в кровати.

— Да кто на тебя польстится, перестарок? — прошипел сиятельный, вытирая лицо салфеткой и отряхиваясь, как мокрый кот. — Кому ты нужна на этом космолете?

Вот это он зря сказал. Точно зря. У Хоситы в глазах полыхнуло такое бешенство, что я начала серьезно опасаться за жизнь одного наглого рыжего котяры. С таким лицом на кастрацию ведут.

И тут Лайон углядел знак женатого мужчины на шее у Ингвара и, можно сказать, приплыл второй раз за короткое время.

Я на всякий случай проверила за поясом оружие и подошла к мужу, встав так, чтобы не мешать при нападении. То–от потянулся и привлек меня к себе, всем своим видом демонстрируя глубоко наплевательское отношение к наследнику Айт–Древе.

— Это что такое⁈ — гневно прищурился сиятельный, охватив взглядом и наши кольца, и руки Ингвара на мне. — Как ты посмел?!!

Я выгнула бровь и обвила мужа руками за шею, показывая свое отношение к выпаду сиятельного засранца.

— Посмел что? — невозмутимо ответил То–от, поглаживая меня по спине и чуть не мурлыкая от счастья.

— Сейчас прольется чья–то кровь! — дурашливо пропела довольная Хосита, машинально проверяя оружие с жестоким блеском в синих глазах. Судя по всему, несмотря на видимое наплевательское отношение, крепко ее Лео зацепил.

— Ты посмел покуситься на мое! — оскалил клыки наследник, пригибаясь, как для прыжка. — Ты за это заплатишь!

Из дверей показалась пара суровых, голодных мужиков из его команды, которые на ходу доставали оружие.

— Мальчики, — свистнула Железный Дровосек, ласково поглаживая неизвестно откуда взявшийся распылитель, — вы неправы. Два самца пусть сами пиписьками померяются. А вы пока отдохните, — и так лучезарно улыбнулась, что никто и спорить не стал под напором двухметрового женского обаяния, подкрепленного достаточно весомым аргументом. — А то совсем голодными останетесь и окончательно мертвыми.

— Если и заплач у, — спокойно сказал муж, задвигая меня за спину, — то не тебе, воин! — Не на «вы», без «сиятельный» и прочих чиномотыляний. Значит, не считает себя его подчиненным. Уже радует.

— Ты на ней женился! — практически шипел разъяренный Лайон. Был бы у него хвост — уже хлестал бы по бокам. — Без моего позволения! — и вытащил свой любимый стилет. — Ты умрешь!

— Котик! — рявкнула Хосита, привставая. — Ты смотри у меня, блохастый, я не Элли! Хвост — любой, какой в штанах найду! — оторву нафиг, если не прекратишь из себя туза строить. Ты пока еще валет и то… не козырный!

— Молчи, женщина! — рыкнул на нее наследник, не сводя с нас яростного взгляда. Хотя я его эмоций не ощущала. Как будто передо мной разыгрывали спектакль с заранее написанными ролями. — А то пожалеешь! Слушай мужчину.

И ни малейшей искры эмоций. Когда он злился на наше отсутствие, от него так и полыхало гневом, а сейчас сплошной холод. Как будто представление разыгрывает. Но для кого? И зачем? Что ему это дает?

— Тебя?!! — искренне удивилась железная леди. — С чего бы? Ты мне кто, чтобы тебя жалеть? Вот если бы стал любовником, — она подмигнула, — я бы подумала.

— Совсем оголодала? — ощерился Лайон, начиная скользить вокруг нас. — Уже на кого угодно согласна?

— Ёпт! — восхитилась космодесантница. — Какая прямолинейная и честная оценка своей личности!

— Ты — мертвец! — сменил пластинку наследник, вспомнив, из–за чего весь сыр–бор.

— Дама выбрала меня, тебе придется смириться, воин! — рассудительно заметил Ингвар, внимательно следя за его перемещениями.

— Потому что ты вмешался! — парировал противник.

— Если бы Элли была против, — не моргнув глазом, ответил То–от, — она не смогла бы создать кольца моей расы.

Лайон зашипел в ответ. И понесся конструктивный диалог.

— Да я… тебя… уничтожу!

— Сомневаюсь.

— В расход пущу!

— И не мечтай!

— Я…