Его содержанка - Лана Пиратова

Вот и я пытался любовью к Лейле оправдать ту херь, которую творил.

Я купил билеты нам в другой город. Здесь меня все равно ничего не держало. Думал, уедем, попробуем жить. Какой же я был идиот!

Невольно усмехаюсь. Идиот.

Не знаю, как, но отец Лейлы узнал о моих планах. Последнее предупреждение…

Я выжил чудом. Как потом рассказывала медсестра, меня чуть в морг сначала на отвезли. Но в итоге откачали. За что я отблагодарил каждого работника больницы, кто помог мне тогда. Отблагодарил потом.

А тогда, прийдя в себя, я узнал, что Лейла чуть не вышла замуж. За «золотого мальчика» из богатой и приличной семьи. Я видел его один раз. Такой мажорчик.

Он не любил Лейлу. Я это знал. Но отец Лейлы был хоть и урод, но разумный мужчина и ни в какую любовь не верил. Как и я сейчас…

Выйдя из больницы, я решил уехать. За все время моего нахождения там, а был я там больше месяца, Лейла ни разу не позвонила, не пришла ко мне. Наверное, уже была счастлива со своим мажором.

К тому же я понимал, что оставаться здесь опасно. Эмин, отец Лейлы, не дал бы мне жить. Да и не хотелось ничего.

Забрав документы из универа, я перевелся на другой конец страны, в один из небольших северных городков, единственной достопримечательностью которого был металлургический комбинат. Туда я и устроился помощником юриста.

И, наверное, так и прожил бы там, если бы не один случай. Вот тогда я и познакомился с Радовским.

Как-то меня вызвал к себе начальник юротдела.

— Арсен, дело есть, — начал он сразу, без лишних предисловий. — Ты, я вижу, парень толковый. Надо выручить одного человека. Он в долгу не останется.

— В суде кого-то представлять? — спросил я.

Мы уже работали с ним так. Он иногда подгонял мне клиентов, а я имел дополнительный заработок и делился с ним.

— Не совсем, — замялся начальник.

В этот раз все было гораздо сложнее и опаснее, но я не сразу это понял. А, когда понял, то было уже поздно соскакивать. Процесс был запущен.

Металлургический комбинат, на котором я работал, держал местный олигарх. Еще в начале года начались проблемы. Появились странные люди, которые предложили «крышу» комбинату и его хозяину.

Тогда мы придумали такую схему: комбинат фиктивно переоформляют на меня и я скрываюсь с помощью нужных людей. Пережидаем, пока олигарх не решит проблемы наверху, и потом все возвращаем на свои места.

Почему выбрали меня?

Во-первых, у нас с начальником были общие дела. Я был в курсе некоторых схем и они могли мне доверять.

Во-вторых, у меня никого не было. Сирота. Поэтому шантажировать меня кем-то не получилось бы.

Ну, и, в-третьих, Эмин — отец Лейлы был среди тех, кто хотел отжать комбинат. Я был молод и слишком эмоционален. Как же я кайфовал, представляя его физиономию, когда он увидит мои данные в разделе лиц, имеющих право подписи.

В общем, я ничуть не сомневался и согласился. К тому же мне было обещано приличное вознаграждение.

И все шло нормально. Я отсиживался в одном из домов за городом. Но в какой-то момент начальник мой перестал звонить. Я набрал сам. Ответа не было.

А потом по новостям узнал, что олигарх вместе с моим начальником попали в аварию при весьма странных обстоятельствах. Якобы, отказали тормоза. Я, конечно, не поверил. И понял, что следом придут за мной. это был лишь вопрос времени.

59. Арсен

Одному мне было точно не справиться. И тогда я пошел к местному авторитету. Один раз я помог ему в суде. А больше мне не к кому было обратиться за помощью.

Алихан, так его звали, словно ждал меня.

— Я думал, хозяин ко мне придет, — усмехнулся он, намекая на олигарха. — Но он решил, что ему поможет власть. Дурак, — соскалился он. — Пришел бы ко мне — все бы уже решили. Вот ты, Арсен, молодец. Понял, куда надо прийти. Поможем, — и сурово посмотрел ан меня.

Я угадал, что комбинат стал точкой соприкосновения местного авторитета Алихана и авторитета из Москвы. А олигарх и мой начальник оказались лишь пешками в этой игре. Такая же роль была уготована и мне.

Но я не собирался умирать.

Алихан познакомил меня с человеком, который должен был перенять от меня руководство комбинатом. Якобы, дальний родственник олигарха (официально у того не осталось никого: ни жены, ни детей).

Этим человеком оказался Радовский. Не знаю, почему, но он мне сразу не понравился.

Да и надо было быть дураком, чтобы думать, что после того, как я передам полномочия Радовскому, я останусь жив.

Лишний свидетель.

Однако Алихан сделал свое дело — обеспечил мне защиту. Комбинат был лакомый кусок и ради него они охраняли меня. Да и с Радовским мы вначале даже нормально общались. Как-то в клубе он познакомил меня со своей родственницей Ниной. Ну, он так ее представил. Потом-то я узнал, что это была обычная шлюха.

Но девка мне понравилась. Я подумал, а почему бы не забыть Лейлу? Жизнь же продолжается.

Пока готовились документы, у меня развивались отношения с Ниной. Я всерьез думал, что вот оно, нашел. И я опять, сука, идиот, захотел создать семью!

Какой же я был идиот!

Однажды утром меня разбудил звонок Радовского. Нина была рядом.

— Алихана застрелили, — прозвучало в телефоне и я замер. Это было неожиданно.

— Когда? — кое-как выдавил из себя.

— Ночью. Арсен, я ускорил процесс. Все сделают за сегодня. Будь дома, все подпишем. Понял?

Я не отвечал.

— Арсен?

— Понял, — сказал я, а сам уже знал, что этого не будет.

Я велел Нине собираться. Хотел уехать с ней из города, чтобы переждать. Да, я не хотел отдавать комбинат. Потому что это была моя гарантия.

Пока шли разбирательства с наследством олигарха и расследованием его убийства, я был единственный человек, который мог решать судьбу комбината.

Помню, Нина позвала меня обедать перед дорогой. Я выпил свежевыжатый апельсиновый сок. И все.

Очнулся связанным в каком-то подвале. И первое, что увидел, была рожа Радовского.

— Ты, блять, что?! — он схватил меня за волосы и я сморщился от боли. — Меня решил наебать?! Ты охуел, Арсен?! Так дела не делаются!

— Я передумал, — процедил я.

Он даже охренел сначала. Таращился на меня. Потом с силой толкнул меня и с усмешкой произнес:

— Ты сейчас все подпишешь.

Я замотал головой.

— Где Нина? — встревоженно посмотрел на Радовского.

— Нина? — он ухмыльнулся. — Нина