Дракон в разводе - Элисса Тир

– Кристаллы есть в пещерах под нами, – сказал Келл. – Я знаю залежи. Чистый горный хрусталь. А энергия, – он посмотрел на Альдора.

– Энергией займусь я, – сказал Альдор. Его голос звучал твердо. – Когда все будет готово, я направлю силу Аэрии через эту решетку. Все или ничего.

– Что значит "все или ничего"? – спросила Элис.

– Это значит, – объяснил Келл, – что если расчеты верны и построение точно, мы получим неприступную цитадель. Если где-то есть ошибка, то энергия, вместо того чтобы стабилизировать реальность, может ее в этом месте разорвать. Создать магическую черную дыру, которая поглотит Аэрию и все вокруг.

Тишина повисла в комнате. Риск был высоким. Но и угроза была абсолютной.

– Делаем, – сказал Альдор, не колеблясь ни секунды. – У нас нет выбора. Игнита ищет оружие, против которого нет защиты. Мы создадим защиту, против которой нет оружия. Борк, начинай расчеты. Келл, обеспечь его всем необходимым. Элис, – он посмотрел на нее, – ты будешь связующим звеном. Только ты понимаешь и теорию, и можешь говорить на языке Борка. Объясняй, переводи, контролируй.

Так начался самый грандиозный и самый секретный проект в истории Аэрии. Борк с помощью нескольких верных каменных големов начал кропотливую работу: сверление тончайших каналов в стенах башен и фундаментов, закладка в них жил из очищенного серебра и мифрила. Келл возглавил добычу и огранку кристаллов, которые должны были быть вставлены в ключевые узлы сети. Работа шла круглосуточно. Воздух в крепости наполнился легким запахом озона и расплавленного камня.

Элис жила на трех стульях. Она проводила часы с Борком, обсуждая углы и допуски, потом бежала к Келлу, чтобы сверить магические соответствия, потом – к Альдору, докладывая о прогрессе и внося коррективы на основе новых мыслей, рожденных в ее бессонных ночах за книгами.

Однажды, проверяя разметку в самом сердце крепости – в Зале Сердца, где когда-то Борк мастерил свой секретный проект (оказавшийся огромным кристаллическим резонатором, идеально вписавшимся в новый план), – Элис почувствовала странную вибрацию под ногами. Магическую. Словно сама Аэрия, древняя и мудрая, отзывалась на врезаемые в ее тело новые узоры. Она остановилась, положила ладонь на камень. И ей показалось, что он теплый. И дышит.

– Чувствуешь? – раздался голос Альдора. Он стоял в дверях зала, наблюдая за ней.

– Да. Она живая. И она понимает, что мы делаем.

– Аэрия – больше чем камни. Это продолжение меня. Моей семьи. – Он подошел ближе. – Ты вплетаешь себя в ее историю, Элис. Своими знаниями, своей волей. Когда это закончится, ты станешь частью ее. Навсегда.

Он говорил не о смерти. Он говорил о слиянии. О том, что ее дух, ее интеллект, ее отвага станут неотъемлемой чертой этого места. Как дух его матери жил в зимнем саду.

– Я не жалею, – тихо сказала она.

В этот момент снаружи, с наблюдательного поста, донесся резкий, тревожный свист. Условный сигнал. Келл появился в дверях, его лицо было бледным.

– Владыка. Гонец. Срочное донесение. Игнита вернулась. И не одна. С ней неизвестный. Существо в капюшоне. От него исходит такая мощь, что наши сканеры сгорели, просто попытавшись его просканировать. Они летят сюда. Медленно. Как будто давая нам время подготовиться или испугаться.

Ледяной покой сошел с лица Альдора. Его глаза стали желтыми щелями.

– Значит, она нашла своего артефактора. И ведет его сюда, чтобы стереть нас. – Он посмотрел на незаконченную узорчатую сеть на стенах. – Сколько времени нужно Борку, чтобы закончить?

– Минимум три дня, – ответил Келл. – Чтобы активировать еще несколько часов настройки.

– У нас нет трех дней. – Альдор сжал кулаки. – Ускоряйте работу всеми возможными способами. Я выйду им навстречу. Попробую задержать.

– Нет! – вырвалось у Элис. – Ты не можешь! Твоя рука еще болит, а этот артефактор может быть опасен.

– У меня нет выбора. Если они подойдут к Аэрии до активации сети, все будет кончено. – Он повернулся к ней, и в его взгляде была вся тяжесть его веков и вся нежность, на которую он был способен. – Работай с Борком. Делай невозможное. Я дам вам столько времени, сколько смогу.

Он вышел, не оглядываясь, чтобы превратиться в дракона и встретить врага в небе. Элис стояла в Зале Сердца, ее руки сжались в кулаки так, что ногти впились в ладони. Страх был, да. Но сильнее страха была ярость. Ярость на Игниту, на этого неизвестного артефактора, на саму судьбу, которая ставила их перед таким выбором.

Она развернулась и побежала к Борку. У них не было трех дней. У них было столько, сколько продержится Альдор. И они должны были успеть. Они не могли не успеть.

Глава 29. Песнь камня и тени

Альдор взмыл в небо, оставив позади клубящиеся от напряженной работы облака пыли из глубин Аэрии. Его крылья, все еще помнящие боль в правом суставе, несли его навстречу буре. Он летел не на восток, откуда обычно ждал угрозы, а на юго-запад – именно оттуда, согласно донесениям Келла, приближалась Игнита со своим ужасным спутником.

Он не стал прятаться в облаках. Он вышел им навстречу открыто, величественно, как и подобало Лорду Теней. И вскоре увидел их.

Игнита летела в своем ослепительном медном облике, ее чешуя пылала в лучах заходящего солнца. Но не она привлекла его внимание. Рядом с ней, отставая на полкорпуса, парило нечто, напоминающее живую тень. Существо в рваном, развевающемся балахоне цвета пепла, под которым не угадывалось никаких очертаний тела. Ни крыльев, ни конечностей. Оно просто двигалось сквозь воздух, нарушая законы физики. От него исходило ощущение пустоты, холода и древней, нечеловеческой концентрации. Артефактор. Тот, кого Игнита так долго разыскивала.

Они остановились, зависли в воздухе на расстоянии, с которого были видны друг другу во всех деталях.

– Альдор! – голос Игниты, усиленный магией, раскатился по горам. – Как трогательно, что ты вышел встречать! Познакомься. Это Маэльтро. Последний из Ордена Переписывателей. Он разочарован в текущем состоянии реальности. И согласился помочь мне внести некоторые коррективы.

Существо в капюшоне не произнесло ни слова. Оно смотрело на Альдора. И в этом взгляде, было холодное,