Мой тайный друг - Эллен Стар

– Ты прав. Спасибо, что показал, каково это. Урок усвоен. Я пойду.

Это так обезоружило, что она, всхлипнув, вскочила с места и едва не побежала в сторону выхода, чувствуя, что задыхается. Демьян так легко ее раскрыл. И побывать на его месте оказалось совсем не весело.

– Нет, подожди, я не хотел обижать тебя.

Демьян перехватил руку Аси, догнав ее возле выхода, в момент, когда она уже толкнула дверь и тяжело навалилась на нее спиной, отводя мутный взгляд в сторону.

– Если ты хочешь, правда, я станцую. Просто без попыток сорвать с меня маску. Все равно не получится.

Кто-то толкнул Демьяна в спину, отчего он расцепил пальцы на ее кисти и, не удержав равновесие, буквально навис над ней, выставив руки по обе стороны от ее макушки. Втянув воздух, прикрыл подрагивающие веки. В нем будто шла какая-то внутренняя борьба.

– Я бы хотел тебе доверять, понимаешь? – прошептал он, задевая носом в маске ее висок.

Горячая дрожь пронеслась по телу. Ягодный запах пленил, а в зеленых глазах в мгновение, когда он их открыл, точно зарождалась вселенная.

– Зачем?

– Глупый вопрос. Ты мне понравилась, воительница. Сегодня было весело. Просто хочу иначе. Без страха, что ты ведешь свою игру и используешь все это для того, чтобы меня разоблачить. Ты не первая, кто так делал.

– Тогда почему ты еще не ушел? Чем я, по-твоему, от них отличаюсь?

– Ты искренняя. Настоящая. Даже в бабулькином шмотье и в этих тапках.

– Но все равно хотела тебя предать.

Ася ощутила укол вины, взглянув в его необыкновенные глаза.

– И мы это уже выяснили. Так что, мир? Попробуем еще раз?

Тихий голос глох в шуме, но у Аси екнуло сердце, потому что в его тоне ей померещилась нежность, которой просто совершенно неоткуда там взяться. А когда его пальцы будто случайно запутались в выбившихся из косички локонах, она и вовсе перестала что-либо понимать.

Только неуверенно кивнула в ответ, все еще сгорая от стыда и от его близости, прижатая к проклятой стеклянной двери.

– Тогда с меня танец, раз ты пропустила наше выступление.

Демьян отстранился и вышел из кофейни, решив подождать ее у ступенек. Ася перевела дух и, приблизившись, неуверенно спросила:

– Тебя не засекут?

– Мне друг написал, что разобрался.

Но Ася не видела, чтобы за все время их общения он доставал телефон. Либо телепатия, либо он врет. Второе, конечно, вероятнее.

– А ты не боишься, что тебя…

– Узнают? Я скорее выгляжу как неудавшийся косплей на Кота Нуара, чем танцор FIRE.

– Не благодари. Что только не сделаешь ради твоей маскировки.

Демьян тихо рассмеялся, а затем повел ее в круг танцующих. Зазвучала громче, мелодичнее гитара, вокруг замелькали огоньки лампочек на проводах. Люди двигались в свое удовольствие, и общее чувство веселья постепенно захватило и ее.

Демьян застыл на кромке самодельного круга, застенчиво потер шею пальцами, а затем театрально поклонился ей, подмигнул и мягко обошел танцующие парочки, пробравшись в самый центр круга.

Звонок вновь сотряс сумку, но Ася не могла прерваться: она почти физически чувствовала, что, если отвлечется, отведет взгляд – упустит его.

Его желания, его боль, его историю.

Танец Демьяна был для нее одной. Она и представить себе не могла, что такое произойдет. Кусая губы, что так и норовили нарисовать на лице улыбку, она робко протолкнулась к нему.

Застыла, словно перед падением в пропасть, на краешке этого ненастоящего круга, прижав руки к груди, балансируя на грани, подхваченная гитарной мелодией, что плескалась греющими сердце нотами по воздуху.

Ася заметила, что Демьян подошел к музыканту и стал о чем-то с ним переговариваться, после чего, получив одобрительный кивок, вернулся в круг.

Музыка смолкла, а затем музыкант вырвал из гитары первый тяжелый резкий звук. Мурашки побежали по спине.

По импровизированному танцполу разнеслась мелодия «Sweet Dreams»[2]. Образ парня в центре круга так точно отражал слова первого куплета, что невозможно было оторвать глаз. Каждое его движение было завораживающе точным, хотя танец представлял собой смесь разных стилей, как склейка коллажа в блокноте. Это было невероятно красиво.

Начало танца напоминало приглашение на первое свидание – легкие, осторожные движения, протянутая к ней рука. Но в тот момент, когда их пальцы соприкоснулись, послав по ее коже мурашки, Демьян неожиданно изменил темп и стиль и притянул Асю ближе к себе. Сердце заколотилось громче, подхватывая ускоряющийся ритм танца, а перед глазами закружились огоньки. Демьян ввел ее в свою историю, пригласил стать ее частью – его рука у нее на талии не давала сбиться, поддерживала, дарила тепло.

Трагическое мгновение его истории: наклон головы, проникновенный взгляд, раскраивающий ребра и заставляющий собственное сердце в груди цепенеть. Она слышала, как остервенело стучал его пульс, и этот самый стук пьянил ее не хуже танца.

Асе казалось, что этот момент для него важен, что она стала свидетельницей чего-то очень личного и очень печального.

Но вот мелодия разогналась, и он легко увел ее в танец, чем-то напоминающий вальс, кружил, притягивал к себе, и они вместе, едва ли не паря, проносились по кругу, отстукивая шаги по бликам света на мощенной плиткой дорожке. В воздухе смешивался аромат его парфюма, свежих пончиков и шипящих пузырьков газировки.

Боль в ноге снова запульсировала, мешая двигаться. Ася подавила болезненный вздох, прикусив нижнюю губу. Но Демьян заметил. Замедлившись, сделал к ней шаг, вновь превращая их танец в безмолвное общение, рисунок чувств, – через прикосновения, которые разжигали в ее душе погаснувший огонек.

– Так дело не пойдет, встань мне на ноги.

– Что?

– Твоя нога болит же?

Ася удивленно взглянула на него, переводя дыхание. И прежде чем что-то ответить, почувствовала, как Демьян приподнял ее за талию и поставил на свои ноги, поверх бутс.

– Просто доверься и расслабься, воительница. Моя очередь тебя защищать.

Его веселый голос все равно вселял надежду. Потому что его касания были бережными, осторожными, в них хотелось раствориться. Демьян легко продолжил танцевать, будто не вел ее за собой в их неожиданно образовавшимся дуэте. Делая вид, что они так танцевали по его прихоти, а не из-за того, что у нее болела нога.

– Я танцую с младшей сестренкой. Ты знаешь, всегда о ней мечтал. Но с детства рос один.

Чудесно. Размечталась о чем-то большем,