Невеста (не) для сына - Аида Янг

— Аими, прекрасно выглядишь, — встретила меня дама. — Мы вас уже заждались.

Ещё находясь на расстоянии от беседки, я увидела, что миссис Жаклин была не одна, но, когда подошла ближе, потеряла дар речи.

— Альбертина? — не веря своим глазам, произнесла вслух. — Невероятно.

Она сидела рядом с миссис Вагнер и выглядела как всегда шикарно. Я прекрасно знала, что эту женщину не так-то просто сломить. Она всегда улыбалась всем бедам назло.

— Это и есть то, что я для тебя приготовила, — пояснила старуха, довольная собой. — Пару дней назад узнала, что миссис Моро разыскивает тебя. От неё-то я и узнала, что в твоих словах не было лжи, а мой сын действительно украл твою дочь.

— Да, — потрясённая до глубины души такой встречей, только и смогла из себя выдавить.

— Спасибо, что пригласили Альбертину, наверняка, она очень за нас волновалась.

— Не то слово, — фыркнула мачеха. — Не знала, что и думать. Только миссис Вагнер сумела поведать о тебе. Если бы не она…

— Спасибо, — ещё раз поблагодарила старуху.

Мне столько всего хотелось рассказать Альбертине, излить свою душу, поведать обо всём что пришлось пережить, но рядом были дочь и мать того, кто заставил меня страдать.

Хозяйка дома велела подать чай, и мы с Николь присоединились к женщинам. Разговор вёлся в светской манере. Альбертина, наконец, познакомилась с моим ребёнком. Николь рассказала о приюте, где росла, миссис Вагнер сдержанно хвалила девочку за рвение к учёбе. Но, как бы я ни была довольна этим всем, мне хотелось другого — остаться хотя бы на минутку с мачехой наедине. К моей великой радости миссис Жаклин это почувствовала.

— Николь, не желаешь составить мне компанию? Я планирую пройтись по саду. Если повезёт, то нам удастся увидеть певчего дрозда. Он, должно быть, обосновался в ветках кипариса. Утром слышала его пение.

И ведь она не лгала. Я сама нынешним утром слышала пение в дальнем углу сада. Но я догадалась, что миссис Вагнер уводила Николь намеренно.

— С радостью, — Николь спрыгнула со стула и в нетерпении стала дожидаться миссис Вагнер, пока та проводит её в только ей известное место.

Оставшись наедине, я не сдержала своих слёз. Рассказала всё, что за это время приключилось. Насколько мне было страшно, как я отчаянно старалась незаметно вывезти дочь и как наш с ней план с треском провалился.

— Я знала, что Вагнер не прост. Его обвести вокруг пальца не так-то просто, — ответила мне Альбертина. — Но теперь складывается всё просто прекрасно.

Я не совсем поняла, с чего она взяла это?

— Не могу согласиться. Ещё вчера меня хотели в порошок стереть…

— А теперь ты станешь невестой самого Вагнера! — с гордостью в голосе продолжила за меня мачеха.

Значит, старуха успела ей поведать о своем намерении поженить нас с Вагнером.

— Не говори ерунды. Я боюсь этого человека и никогда не соглашусь на такое абсурдное предложение, — качнула головой. — Я всего лишь жду, когда миссис Жаклин поговорит со своим сыном и убедит его отпустить меня.

— Уверена, что теперь тебе будет не так-то легко отсюда уйти. Николь — их наследница!

— Тшш, — приложив палец к губам, посмотрела вокруг. — Здесь никто так не считает. Вагнер даже поднял меня на смех, когда я сообщила ему об этом.

— Вот как? — брови мачехи поползли вверх. — Я посчитала, что миссис Вагнер об этом прекрасно известно.

— Надеюсь, когда это произойдёт, я буду очень далеко отсюда.

— Всегда поражалась тебе, Аими. Ты не расчетливая и не охотлива до денег. Ведь, если сообщить правду старухе, она озолотит тебя. У неё несметные богатства, и она должна их оставить кому-то.

— Мне нет до этого никакого дела. Я хочу вернуться в свою спокойную жизнь. Всё окружающее меня здесь чуждо.

— Как знаешь, — вздохнула Альбертина, поднимая глаза наверху. — Но обдумай всё ещё раз. Старуха могла бы дать тебе многое. Твоим мужем может стать сам Роберт Вагнер.

От услышанного меня даже передёрнуло. Он и я? Никогда…

— Не говори больше подобного. Этот мужчина — настоящее чудовище… сама ведь не раз мне говорила об этом.

— Говорила, не отрицаю. Но это не помешало ему сделать самой счастливой женщиной мою подругу Оливию.

Не хотела об этом ничего слышать. Её слова не воспринимались моим мозгом, словно в нём стоял блок. Вагнер в моих глазах всегда останется монстром.

— Прекрати… — выдохнула, не желая это продолжать.

— Подумай, Аими, твоя жизнь может перемениться. Став красавицей Бель, ты сможешь превратить чудовище в прекрасного принца, в твоём случае — короля, — засмеялась она, но потом снова стала серьёзной. — Даже если и выберешься из особняка, ты не избавишься от них. Рано или поздно Вагнерам нужен будет наследник, и они заберут у тебя Николь.

— Нет! Я не позволю. Этого не случится, — стала возражать, хотя не исключала, что Альбертина может оказаться права.

Больше мы не касались этой темы. После непродолжительного времени Альбертина попрощалась и покинула особняк, а я осталась одна.

Слова мачехи меня напугали, засели в моём мозгу и заставляли задуматься. Во мне больше не было сил продолжать терпеть и ждать. Хотелось как можно быстрее убраться из дома Вагнеров и вернуться в свою прежнюю жизнь.

Преисполненная решимостью я, поднявшись со стула, направилась на поиски миссис Вагнер. Нужно было как-то ускорить её разговор с мистером Вагнером.

Обнаружила её в самом конце сада вместе со своей дочерью. Старуха с особым усердием что-то рассказывала Николь, а девочка её внимательно слушала, словно та говорила не о птицах, а открывала ей великую тайну.

— Прошу меня извинить, миссис Вагнер, — перебила старуху. — Но не могли бы вы мне уделить своё время.

Дама посмотрела на меня своим вороньим взглядом и тяжело выдохнула.

— Вижу то, о чём желаешь поговорить, не терпит ожидания, — хмыкнула старуха. — Николь, пойди к себе. Нам с твоей матерью следует побеседовать.

Ребёнок без возражений кивнула и побежала в сторону дома, а мы остались с госпожой наедине.

Она стояла, рукой опираясь на свою чёрную трость, и смотрела мне в глаза, а я пыталась подобрать слова.

— Миссис Вагнер, — начала я, волнуясь. — Вы обещали поговорить со своим сыном.

Старуха отвела взгляд и слегка улыбнулась, а потом кивнула.

— Обещала и уже сделала это.

— Вот как? — удивилась услышанному.

Но тогда почему она умолчала об этом?

— Роберт не так прост и