Доверься сердцу - Сара Гэбриел

– Не смотрите на меня так, – произнес он. – Пожалуйста. Ложитесь. Нам обоим нужно отдохнуть. – Алек слегка подтолкнул ее. – Вы можете спать у стены, а я расположусь на противоположной стороне.

– Таким образом вы сразу почувствуете, если я надумаю сбежать.

– Совершенно верно. – Алек жестом приказал девушке лечь. Кейт отползла к стене и легла на бок. Алек немного задержался, чтобы привернуть фитилек лампы. Дым витиеватой струйкой поднялся вверх и растаял в темноте.

Алек вытянул ноги, и матрас застонал под тяжестью его тела. Кейт свернулась клубочком на боку, вынудив его вытянуть руку – цепьоказалась слишком короткой. Голова Алека покоилась на единственной приплюснутой подушке, но от этого ему не стало удобнее. Тусклый свет луны, пробивающийся сквозь оконное стекло, освещал фигурку лежащей рядом девушки.

– Если вы подвинетесь ближе и ляжете на спину, нам обоим будет гораздо удобнее.

– Я люблю спать на боку и всегда делаю так дома.

– И где же он? – еле слышно спросил Алек.

– Кроме того, – продолжала Кейт, словно не слыша вопроса, – я не хочу лежать рядом с вами. Это не должно случиться, забыли?

– Кейт! – вздохнул. – Просто устройтесь поудобнее.

– Мне лучше уйти отсюда. Кто знает, что может произойти в темноте?

– Послушайте, примите мои извинения, и инцидент будет исчерпан, – с некоторым раздражением произнес Алек. Он сложил руки, и цепь натянулась. – Нам придется лечь рядом, так как цепь слишком коротка. И, кроме того, вы государственная преступница. Это так, небольшое напоминание на случай, если вы забыли.

– Это у вас плохо с памятью, – пробормотала Кейт.

– Но сейчас я хорошо помню, кто вы такая. Вы очень ценная заключенная.

– Ценная для кого?

– Для меня, – тихо ответил Алек. – И я не могу потерять вас. – Слова эхом повисли в воздухе, помимо воли Алека обретя еще одно значение. Или же виной всему было непонятное и неоспоримо острое желание быть рядом с этой девушкой?

– Мне нужно на свободу, – прошептала Кейт. – И я не хочу, чтобы мне… причиняли боль. Только и всего, Алек.

Звук его собственного имени болью отозвался в сердце капитана.

– Я хотел бы того же самого, окажись я на вашем месте. И я могу дать вам свободу, если вы кое-что мне расскажете.

Кейт слегка приподнялась на локте.

– Вы можете меня освободить? Но как я могу что-то обещать, не имея никаких гарантий?

– Ведь я ваш единственный шанс, – ответил Алек. Кейт прищурила глаза.

– Но вы же выполняете приказ.

– Если бы я выполнял все распоряжения, которые мне отдают, вы все еще были бы в руках Гранта.

– Да? Разве вам не поручали забрать меня из форта Уильям?

– Вы действительно находитесь под моим надзором, но то, как я забрал вас из тюрьмы… Одним словом, это не совсем то, что мне приказали. – Алек искоса посмотрел на девушку. – Я вас украл.

– Tcha. – Кейт села на кровати, и пружины матраса выпрямились. – Вы сделали это из-за полковника Гранта?

– Отчасти.

– Стало быть, я должна поблагодарить вас. Думаю, у вас будут большие неприятности.

– Возможно. Но это не так уж важно.

– Вас могут посадить в тюрьму за то, что вы сделали? – тихо спросила Кейт.

Алек смотрел на Кейт из-под полуприкрытых век. Он не мог сказать ей всего, что знал. Кроме того, он был выбит из колеи. А виной всему его неудовлетворенное желание дотронуться до нее и вынужденное созерцание ее красоты.

– Да, это вполне вероятно.

– Что бы я ни сказала вам, – осторожно начала Кейт, – это может быть использовано против моих родных. Правительство выйдет на мою семью, а потом и на других якобитов.

– Вам придется поверить мне, – тихо сказал Алек.

– А вы передадите вашим начальникам то, что я расскажу? – В голосе Кейт послышалась нерешительность, и Алек понял, что она готова приоткрыть завесу тайны.

Если Кейт это сделает, он и вправду может дать ей свободу. Только внутри у него все переворачивалось при мысли, что он потеряет ее.

– Я могу держать язык за зубами, когда нужно. Ведь я уже не новобранец, друг мой. – Запрокинув голову, Алек смотрел на девушку. Его рука и соединяющая их цепь лежали на матрасе. Алек ждал.

Кейт с подозрением прищурила глаза.

– Я считала вас уравновешенным Фрейзером, всегда выполняющим приказы.

– Мы, сдержанные личности, думаем, прежде чем что-то предпринять. Как правило.

– Иногда вы слишком много думаете.

– Может быть. Я должен спросит кое-что.

– Никаких вопросов, касающихся моего имени и семьи. – Подперев голову рукой, Кейт ждала.

– Кто такой отшельник? – медленно спросил Фрейзер. Кейт не сводила с него глаз.

– Почему вы спросили? – хрипло произнесла она.

– Мне потребовалось некоторое время, чтобы додуматься до этого. Я не слишком хорошо говорю по-гэльски, но я все же понял, что Иен Камерон упомянул отшельника… и какой-то тайник.

– Я не знаю, кто такой отшельник, – заявила Кейт. – Иен нес какой-то вздор. Кажется, он говорил, что лучше станет отшельником, чем будет сидеть в тюрьме и дожидаться казни. Неужели вы думаете, что я знаю какой-то важный секрет и помогу вам расправиться с якобитами? Ведь я даже не назвала вам своего полного имени.

– Поговорите со мной, и возможно, якобитам ничто не будет угрожать, – нетерпеливо откликнулся Алек. Его сердце гулко билось в груди. Он мог бы доверить Кейт свою собственную тайну. И он сделал бы это, если бы знал наверняка, что она примет сказанное на веру. – Вам придется поверить мне, Кейт.

– Иногда мне хочется этого… Но я не могу.

– Выходит, вы что-то знаете.

– Я очень устала, – неожиданно сказала девушка и положила голову на матрас. Каскад золотистых волос полностью закрыл ее лицо.

Что ж, хоть немного, но они продвинулись вперед. Эти несколько мгновений пылкой страсти перевернули их отношения и каким-то образом изменили Алека. Возможно, они затронули и Кейт. Алек едва не сказал ей, что и сам связан с якобитами, несмотря на свое звание офицера. Он готов был довериться ей. И это его пугало.

– Тогда спокойной ночи, – сказал Алек, стукнув по подушке и ложась на спину. Цепь звякнула. – Обещаю не трогать вас. – Но как же трудно сдержать это обещание!

– А если я скажу, что ничего против этого не имею? – прозвучал в темноте голос Кейт.

У Алека перехватило дыхание.

– Охраняющий вас офицер не должен был так себя вести, и я уже за это извинился, – с закрытыми глазами произнес он. – Будет только хуже, если об этом станет известно в суде, поверьте мне.