Во власти твоих глаз - Александрия Скотт

– Я тоже слышал такие рассказы, – заметил мистер Джеффрис и вытер губы льняной салфеткой. – Но вы все еще не ответили на мой первый вопрос. Вы счастливы?

У Брук опустились плечи, когда она честно призналась ему:

– Я не могу сказать, что счастлива вполне. Дело в том, что мне так хотелось самой создавать свое будущее! И, откровенно говоря, в этом будущем не было места браку. А сейчас оказалось, что я делаю то, чего решила никогда не делать. – Брук вздохнула с долго сдерживаемым раздражением. – Но я напоминаю себе, что это лишь временно. Через год мы пойдем каждый своим путем.

– Вот как? – Мистер Джеффрис приподнял бровь и улыбнулся какой-то странной улыбкой. – Значит, вы трудитесь вместе как деловые партнеры? Думаю, это хорошее начало. Кто знает, каковы будут ваши чувства через год.

– Я уверена, наши чувства останутся такими же, как сейчас, – поспешила заверить его Брук.

«Почему нам захочется сохранить брак, когда мы не любим, друг друга?» – подумала она про себя. Однако какой смысл говорить это мистеру Джеффрису? И к тому же – что такое любовь? Она не смогла объяснить это Элизе, и почему-то Брук стало от этого грустно. Она никогда не знала этого единственного чувства, которое большинство людей ценили выше всех иных чувств. Так случилось, что она была лишена этого чуда.

– Мне действительно жаль, – сказал Джеффрис. – Кажется, я огорчил вас, но я не хотел этого.

– Это не вы, – ответила ему Брук. – Это горькая правда, но я не знаю, что такое любовь. Как-то на днях я пыталась объяснить это девочке и не сумела.

Мистер Джеффрис отодвинул стул.

– Позвольте не согласиться, – сказал он, убирая с колен салфетку. И, снова завладев ее вниманием, продолжил: – Мало кто из нас может объяснить, что такое любовь. Она неуловима, – сказал он, пожав плечами. – Вы не можете осязать ее, не можете видеть ее, но если вы ее нашли, она стоит всего золота мира.

– Вы говорите так, как будто знаете такую любовь, – задумчиво сказала Брук. – Вы знали? Вы нашли любовь?

– Когда я был моложе, – сказал он с мечтательной улыбкой.

– И?..

– Она была молода и прекрасна, само совершенство, – сказал Джеффрис. Судя по выражению его лица, он был где-то далеко, во власти воспоминаний. – Она вносила радость в мою жизнь и учила меня ценить простые удовольствия.

– И вы женились на ней?

Джеффрис улыбнулся.

– Как только смог, – сказал он, вспоминая с любовью эту таинственную женщину. – Мы провели вместе много чудесных лет.

– Что произошло потом? – не сдержала своего любопытства Брук.

Мистер Джеффрис совершенно изменился, говоря о своей жене.

– Если можно узнать?

– Она умерла от туберкулеза, – с грустью ответил он.

– Мне так жаль, – тихо сказала Брук.

– Не жалейте меня, моя дорогая. Ибо у меня остались мои воспоминания. – Он похлопал ее по руке. – Но я скажу, что вы знаете, что такое любовь.

Брук свела брови, а мистер Джеффрис продолжал:

– Вспомните, что вы чувствовали, прощаясь с Джоселин и Шеннон?

– Было грустно расставаться с друзьями. И разве это любовь?

– Видите ли, моя дорогая, если бы вы не любили их, разлука не огорчала бы вас, и вам было бы безразлично, что случится с ними.

– Это правда. И все же любовь между мужчиной и женщиной должна быть другой.

Мистер Джеффрис снова похлопал ее по руке.

– Любовь такая же, но отличается тем, что она сильнее. Пусть это вас не беспокоит, моя дорогая. Вы поймете, когда влюбитесь, – заверил он, вставая. – Извините меня, усталые косточки старика должны отдохнуть. Как я понимаю, мне отвели ту же комнату?

Брук кивнула.

– Тогда я удаляюсь, и мы увидимся, когда наступит пора отправиться в церковь. – Он направился к двери, но остановился и достал что-то из кармана. – Я чуть не забыл. Джоселин прислала вам письмо.

Брук улыбнулась в радостном предвкушении. Она просто не могла сдержать улыбку. Ее уныние неожиданно исчезло, как только она взяла конверт.

– Я вам так благодарна, что привезли мне письмо, – сказала она, следуя за ним в свою комнату. Теперь у нее был адрес подруги, и она, наконец, сможет поддерживать связь с Джоселин и сообщать ей обо всем, что происходит.

Оказавшись в своей комнате, Брук поспешила к креслу. Едва сдерживая нетерпение, она открыла конверт, развернула листок бумаги и принялась за чтение:

«Дорогая Брук.

Надеюсь, это письмо застанет тебя в полном здравии. Я представляю тебя королевой, живущей в своем новом доме, не знающей никаких забот. Если кто-то и заслуживает чего-то хорошего, так это ты. Шеннон шлет тебе свою любовь. Вчера она села в поезд, на котором проделает часть пути к своему новому дому. Затем ей придется ехать в дилижансе, как договорился ее новый наниматель.

Однако ты не поверишь, что она мне сказала перед отъездом… Кажется, в своем объявлении мистер Гриффин указал, что ему нужна немолодая женщина, чтобы заботиться о его детях, поэтому Шеннон, чтобы получить это место, солгала, изменив свой возраст. Ты можешь представить, что она сделала такую вещь? Меня беспокоит, что произойдет, когда она приедет на место и мужчина увидит, что она вовсе не та старая женщина, какой себя представил».

– О Боже! – воскликнула Брук. – В какую еще историю попал этот ребенок?

Шеннон будет слишком далеко от нее или Джоселин, чтобы они были в состоянии ей помочь. Затем Брук подумала и о другом. Как может какой-нибудь мужчина, в жилах которого течет горячая кровь, отправить Шеннон назад? К тому же у Шеннон был крутой нрав, и она наверняка может дать отпор человеку, несмотря на ложь о своем возрасте. Брук покачала головой. Понимая, что ничего не сможет сделать, она стала читать дальше:

«Что касается меня, я нашла комнату в хорошем пансионе. Хозяйка, управляющая этим местом, немного властолюбива, так что мне приходится не обращать на нее внимания. И еще она очень любопытна. Я решила не отвечать на ее слишком личные вопросы, хотя она задает их очень много. Но есть и хорошая новость – завтра я буду разговаривать с неким мистером Питером Парли о работе в его небольшом магазине. Кажется, ему нужна помощь, потому что у него подагра, так что пожелай мне удачи.

Напишу больше, когда смогу. А тем временем пиши мне на мой новый адрес и расскажи, что происходит в твоей жизни. Уверена, она чудесна и совсем не похожа на мою. Ты всегда с самого начала знала, чего хочешь.

Скучаю по тебе и жду с нетерпением дня, когда мы все трое снова увидим друг друга.

С любовью Джоселин».

Брук вздохнула и опустила письмо на колени. Она, может, и знает, чего хочет, но сейчас уже получила то, о чем раньше и не думала. Она бы отдала все, что угодно, только бы иметь возможность поговорить с Джоселин и Шеннон и рассказать им о своих сомнениях и опасениях. Они всегда смотрели на нее так, как будто она знала ответы на все вопросы, и все же у нее не было ответов, которые были нужны ей самой.