Меч короля - Катя Фокс

– Да, все тело болит, – пожаловалась Эллен. Она едва держалась на ногах.

– У нее кружится голова, и она только что чуть не упала в обморок, – поспешно сказала Клэр.

Монашка быстро легонько ощупала Эллен.

– Кажется, два ребра сломаны, но я не уверена, – пробормотала она.

Эллен было щекотно, и она чуть не рассмеялась.

Стараясь, чтобы это выглядело как осмотр, монашка ощупала ее грудь – очевидно, она должна была проверить, действительно ли Эллен женщина.

– Пора уже войти внутрь, как вы думаете? – Сестра Агнесс посветила на Клэр, а затем повернулась к Жаку.

– Ты, конечно, еще растешь, и тебе, несомненно, хочется есть, не так ли?

Жак энергично закивал.

– Ну что ж, тогда я схожу к сестре-кухарке и попрошу, чтобы она дала тебе порцию побольше.

Жак довольно улыбнулся.

– Сынок, скажи спасибо, – шепнула ему мать.

Хотя он был такого же роста, как и сестра Агнесс, она потрепала его рукой по голове, как маленького ребенка.

– Открой дверь, сестра Клементина! У нас гости к ночи! – громко крикнула она.

Привратница отодвинула тяжелый железный засов и открыла дверь. Эллен заметила, что она крупнее и сильнее сестры Агнесс, – вероятно, поэтому она была привратницей. Несмотря на ее рост, она казалась более испуганной, чем хрупкая, невысокая сестра Агнесс.

– Девушка в мужской одежде, – пробормотала привратница, качая головой. – Ну надо же!

Эллен и Клэр обменялись заговорщическим взглядом и пошли за монашками по узкому коридору. От мерцания светильников на стенах танцевали беспокойные тени.

– Мы сообщим матушке настоятельнице о вашем появлении, и вскоре она вас примет. Пройдемте со мной. – Сестра Агнесс повернулась к Эллен, когда они подошли к лестнице. – А вы идите с сестрой Клементиной, она вас накормит и покажет вам, где вы сможете поспать, – сказала она Клэр и Жаку. – Сестра Клементина, будьте так любезны, попросите сестру-кухарку дать нашему юному гостю порцию побольше. Я ему обещала. – Сестра Агнесс подмигнула Жаку.

– Как скажете, дорогая сестра. – Привратница покорно опустила взгляд. – А вы уверены, что справитесь сами?

Кивнув, сестра Агнесс открыла дверь в помещение монастыря, где лечили больных.

Висевшие на степе два факела освещали комнату. Здесь было чисто и пахло травами. Взгляд Эллен упал на стол, рядом с ним стояли два стула. На столе не было ничего, кроме тарелки и кружки с водой. У стены стояли железные полки с горшками разных размеров, небольшими корзинами и двумя плетеными ящичками. Правый глаз Эллен пульсировал от боли, но она продолжала осматриваться. Слева у стены находились две низкие деревянные кровати, разделенные занавеской. На одной из кроватей кто-то лежал. Сестра Агнесс подвела Эллен поближе.

– Сестра Берта, не пугайтесь, – прошептала она. – У нас сегодня гости.

Женщина, лежавшая на кровати, медленно повернулась. Эллен никогда еще не видела такого морщинистого лица. Старушка была очень слабой и едва могла говорить, но в ее глазах светилась доброта и мудрость. С трудом кивнув, она протянула к Эллен дрожащую руку.

Эллен почтительно прикоснулась к узловатым пальцам и нежно погладила руку старушки, а затем осторожно положила ее обратно на простыню. Голова женщины и сейчас была накрыта монашеским покрывалом, из-под которого не выбивался ни один волосок.

– Сестра Берта – самая старая сестра в нашем монастыре. Она уже дано не встает. Мы помещаем в ее келью больных, чтобы она не оставалась одна. Я провожу большую часть времени здесь, рассказываю ей о проповедях и молитвах нашей матушки и о разных смешных происшествиях с нашими ученицами. Я объясняю ей действие целебных трав и передаю всяческие новости. У нас тут редко бывают гости, – сестра Агнесс с любовью погладила сестру Берту по щеке, но старушка уже заснула и тихонько похрапывала. – Так что же с тобой случилось?

– Нафали, – объяснила Эллен. Из-за распухших губ она шепелявила.

Чтобы ее не вынуждали давать пояснения, Эллен скривилась еще больше.

Сестра Агнесс кивнула и присмотрелась внимательнее к ранам на лице Эллен.

– Возможно, у тебя сломан нос, – пробормотала она и попросила Эллен осторожно снять рубашку, чтобы можно было осмотреть ее грудную клетку.

Когда Эллен легла, ей стало легче. Ей было щекотно от прикосновений тонких пальцев монахини. Живот вокруг пупка посинел.

– Тебя несколько раз сильно ударили ногой, – с сочувствием произнесла сестра Агнесс. – Господь видел это и на Страшном суде призовет грешника к ответу. – Покачав головой, она перекрестилась.

При мысли о том, что это видел Господь, Эллен стало стыдно, и она отвернулась.

– Ты отхаркивала кровью после того, как тебя били? – обеспокоенно спросила сестра Агнесс.

Эллен покачала головой.

– Такие удары могут иметь плохие последствия. Иногда больному кажется, что ему стало легче, а через два дня он внезапно умирает. – Сестра Агнесс вздохнула и поспешно добавила: – Прости, я не хотела тебя пугать. Иногда мне лучше держать рот на замке.

Встав, сестра подошла к железной полке. Эллен не понимала, откуда она знает, насколько опасны такие удары, но так и не смогла додумать эту мысль до конца – у нее кружилась голова.

На полках у сестры Агнесс царил идеальный порядок, и она быстро нашла нужную коробочку. Вытащив пригоршню сушеных листьев, она сказала:

– Мать-и-мачеха. Ее настойка облегчает дыхание. Я каждый день даю ее сестре Берте. Для тебя я тоже сделаю настойку, но ты не будешь ее пить. Мы промоем ею твои раны, а затем я сделаю тебе компресс из зверобоя. – Сестра Анна указала на небольшой горшок с масляными потеками на стенках. – Мать-и-мачеху нужно хранить в сухом месте и быстро использовать, иначе она сгниет. Но она всегда растет в пашем саду. Я совсем недавно насушила листьев, потому что сестра Берта сильно кашляла.

Болтая, она взяла треножник и поставила его в небольшой очаг. Она бросила в огонь пучок трав и немного сухих веток, чтобы пламя быстро разгорелось. По комнате разлился приятный запах.

Веки Эллен сделались тяжелыми, и она уснула. Когда она проснулась, настойка была уже процежена и даже немного остыла.

Взяв льняную ткань, сестра Агнесс промыла раны Эллен настойкой, осторожно удаляя засохшую кровь. Было очень больно, но Эллен стиснула зубы.

– Я еще раз осмотрю твой нос. Осторожно, сейчас будет больно, – предупредила она Эллен и ощупала ее переносицу, но затем покачала головой. – Ничего, кажется, нос не сломан.

Монашка закончила осмотр и смазала лицо, ребра и живот Эллен маслом зверобоя.

Хотя руки у сестры Агнесс были очень нежными, от каждого ее прикосновения Эллен пронзала боль.

– Несколько дней ты должна избегать солнечных лучей, иначе на коже останутся уродливые пятна. Но сама увидишь, зверобой – идеальное средство для заживления ран, да и при кровоподтеках он помогает.