Влюбленный Купидон - Лорелей Матиас

Когда спектакль закончился и отгремели восторженные аплодисменты, Амели направилась к служебному входу. Ее переполняло волнение оттого, что она увидит Чарли вскоре после того, как он явился ей в образе неотразимого обольстителя Септимуса Ходжа.

Когда Амели подошла к дверям, ведущим за кулисы, Чарли едва можно было разглядеть в толпе восторженных почитателей его таланта. Амели не верила своим глазам: безвестный Чарли Стэнтоун, человек-реклама, раздает автографы, подписывая программки, которые протягивают ему люди. Его волосы все еще были зачесаны назад в стиле эпохи регентства, но он успел переодеться в сшитую на заказ хрустящую голубую рубашку. Амели невольно подумала, что в этом наряде актер хорош, как никогда. Когда она окликнула его по имени, мужчина буднично оглянулся и расцвел:

– Ах, Амели, привет. – Чарли выглядел немного утомленным от обилия людей, желающих с ним пообщаться, тем более что среди них были личности, похожие не столько на поклонников, сколько на важных шишек в театральной индустрии. Он неловко улыбнулся. – Извините все, это Амели. Хм, Амели, я скоро буду… – Актер смутился, но заставил себя улыбнуться. – Давай встретимся в баре на другой стороне улицы через несколько минут?

Если Амели и была разочарована, она не показала этого.

– Хорошо, конечно. Подходи, когда освободишься, – сказала она, и Чарли облегченно вздохнул. – Я буду ждать тебя в пабе за углом, куда мы ходили в прошлый раз, – добавила девушка, но Чарли уже отвлекся.

– Как долго я был с Малькольмом? – переспросил он высокую блондинку в очках. – Четыре года… сразу после того, как я закончил театральное училище, честно говоря.

Теперь актер разговаривал с гламурной брюнеткой, которая обрушила на него шквал новых вопросов. Амели видела, как он радостно кивал, принимая визитные карточки, и говорил:

– Да, конечно, всегда нужно быть готовым к переменам… Непременно, отлично, спасибо.

Амели развернулась и пошла прочь. Постепенно гомон, сопутствующий установлению деловых контактов, затих в отдалении, и она зашагала по улице Хеймаркет.

Час спустя Амели сидела в прокуренном баре одна, обменивалась SMS с Дунканом и пыталась понять, простофиля она или нет. В это время в дверь влетел запыхавшийся Чарли, безумно сверкая глазами. Амели подняла голову и улыбнулась.

– Извини, Амели. Честное слово, мне жаль! У меня в телефоне села батарейка, а я просто обязан был поговорить со всеми этими людьми… У тебя все в порядке? Я так рад, что ты меня дождалась…

Амели пожала плечами:

– Я решила, что Септимус заслужил того, чтобы его подождали. Хотя я не уверена, что этого заслуживает Чарли… – Она лукаво усмехнулась. – А если серьезно, я потрясена! Ты играл превосходно.

Девушка привстала и коснулась губами щеки Чарли.

– Спасибо! Согласись, я был великолепен? – заявил Чарли, и Амели тщетно пыталась отыскать долю иронии в его словах. Между тем актер выпалил торопливо, на одном дыхании: – Я давно не исполняя эту роль, поэтому боялся, что позабыл ее… Однако я сразу вошел в образ! Ох, как я люблю сцену! Я просто ожил. Сколько времени прошло!

– Отлично, – сказала Амели. – Может, я закажу тебе выпить? По-моему, ты немного устал.

– Да, было бы здорово. Я предпочел бы коктейль… Может, мохито?

Амели подошла к стойке бара и встала в очередь. Через десять минут толкотни в душном помещении она оглянулась на Чарли. Актер возбужденно беседовал с кем-то по мобильнику, улыбаясь до ушей. Амели решила провести остаток времени, лелея чудесные воспоминания о Септимусе, танцующем на сцене. Когда бармен принес ей напитки и сдачу, она снова улыбалась. Взяв бокалы, девушка вернулась к Чарли.

Завидев ее, мужчина быстро убрал телефон, и на его лице появилось виноватое выражение. – Извини, похоже, мой телефон обрел новые силы. – Он схватил мохито и сделал большой глоток. – Это была моя партнерша, Изабелла. Помнишь, та самая, которая играла Томасину?

Затем Чарли торжественно поставил бокал на стол, наклонился к Амели и сжал ее руки в своих.

– Ты представить себе не можешь, что случилось! – взволнованно воскликнул он.

– Что? – Амели откинулась назад, гадая, сколько дорожек кокаина вдохнул Чарли этим вечером – две или скорее три.

– Видела ту даму, с которой я разговаривал у служебного входа?

– Которую? – спросила Амели холодно. – Их там было много.

Однако Чарли не заметил ее недовольства, продолжая весело тараторить. «Судя по его глазам и скорости речи, правильный ответ – четыре, – решила Амели. – Что он там говорит? Чарли по имени..»[40]

– Она оказалась одним из старших агентов Ай-си-эм![41]Ты знаешь, они представляют всех гигантов! Если попадешь к ним, можно считать, что успех гарантирован!

– Да, кажется, я слышала об этом, – спокойно ответила Амели, деликатно потягивая «Мисс Мадженту».

– Она была со мной очень любезна, дала мне свою визитку и все такое, – пояснил Чарли, снова делая большой глоток. – Но дела обстоят еще лучше… Белла сообщила мне, что слышала, как после моего ухода Франсис – так зовут эту женщину – разговаривала с другим парнем. Так вот она сказала, что у нее, возможно, будет место в одной программе и что я тот тип актера, которого она искала! Это потрясающе. Ай-си-эм!

– Просто фантастика! Поздравляю, – промолвила Амели.

– И подумать только, мой агент даже не появился сегодня вечером! Думаю, скоро он очень удивится…

Чарли еще минут десять распространялся о своем нынешнем агенте и о тех агентах, которые у него появятся в будущем, пока Амели не прервала его монолог:

– Кстати я сказала тебе, что уезжаю в эти выходные?

– О нет. Куда?

– В одну уединенную деревню где-то в Бакингемшире. Это нелепый командный уик-энд, на который мы едем вместе с нашим новым боссом. Глупость, конечно, но думаю, будет здорово немного отдохнуть от Лондона…

– Ох, я буду по тебе скучать, – вздохнул Чарли, и на его лице снова появилась байроновская усмешка, а в глазах сверкнул плутоватый огонек. – Хм, ты скоро собираешься идти? Я совершенно вымотался. Мы могли бы зайти ко мне пропустить по стаканчику на ночь.