Маленький секрет - Сара Харрис

Почему она пришла так рано на встречу, которая для нее ничего не значит? Все это напомнило Анне разговор со своим учителем, произошедший в 1985 году.

Кабинет мистера Стала, с зеленым ковром, бутылками виски и цветами в глиняных горшках был настоящим оазисом, скрытым в глубине массивного викторианского здания школы. Повсюду в школе щели в оконных рамах пропускали через себя грязный воздух улиц, исключением был лишь его кабинет. Тем не менее Анна чувствовала себя неловко.

— К тебе это не имеет никакого отношения, — сказал мистер Стил.

— Я знаю.

— Вот уж не думал, что ты станешь защищать употребление наркотиков.

— Да я и не защищаю, сэр. Я просто хотела узнать, не могли бы вы позволить Джастин хотя бы сдать выпускные экзамены. Вот и все.

— Неужели ты думаешь, что я буду смотреть сквозь пальцы на употребление наркотиков?

— Но ведь ей осталось проучиться в школе всего один месяц.

— Ну, с твоей стороны это, конечно, очень благородно, но… Я бы ни за что не поверил, что вы с Джастин подруги.

Анна не только совершала благородный поступок, но одновременно прогуливала географию. Потому что она не дружила с Джастин вот уже несколько лет. Она дружила с ней только в начальных классах, когда они были вынуждены дружить. Они жили в конце одной и той же улицы-тупика. Все у них было общее, и даже дурную славу Джастин Анна делила со своей подругой. И даже наказания, которые заслуживала Джастин.

Их обоих оставили в школе после уроков, когда Джастин толкнула одну девочку, круглую сироту, в бассейн. Анна попросила у той девочки прощения за то, что рассмеялась, когда та упала в бассейн. А потом попросила у нее бумаги для черновиков. Но это было ее роковой ошибкой.

Сирота улыбнулась ей в ответ почти даже с благодарностью и одновременно начала вырывать из своей тетрадки один лист за другой.

Она вырывала и вырывала листы, словно не слыша Анну, которая умоляла ее прекратить. Анна знала, что девочка потребует что-нибудь взамен.

Разумеется, после этого случая последовала целая серия подарков, среди которых была и кукла Пиппа, и точилка для карандашей с надписью «Друзья на всю жизнь». Сирота отказалась взять у Анны обратно свою голубую линейку «Шэттерпруф». Она умоляла Анну оставить ее у себя, настаивая на том, что это ее подарок.

Начиная с этого момента Анна уже не могла вместе с подружками продолжать свои обычные развлечения после уроков. Ведь все их развлечения сводились к тому, чтобы дразнить и высмеивать сироту. Прикалывать ей на спину бумажки со всякими ругательствами. Прятать ее одежду. Теперь сирота считалась подружкой Анны. Поэтому Анна уже не могла смеяться над тем, что у этой девочки не было настоящих мамы и папы или настоящего пенала с изображением американского певца Донни Озмонда.

Анне пришлось пойти на день рождения сироты. Одной. У девочки была всего одна-единственная настольная игра. Им пришлось играть в эту игру до самого вечера. А к чаю (о ужас!) даже не оказалось торта.

Анна сидела на скамейке и грелась мыслью, что у нее есть двести двадцать три друга. Однако ее холодила та мысль, что только один из них послал ей открытку, поздравляя ее с повышением на «Радио-Централ». Это была открытка от Лиз.

Только пятнадцать из них вспомнили про тридцатилетие Анны. А из девяти друзей, приглашенных на ее день рождения, пришло только восемь. Праздничный обед состоял из разогретых вкуснейших полуфабрикатов, купленных в дорогом магазине «Селфриджиз».

— Может быть, начнем без Джастин? — спросила Анна, выставляя на стол очередное блюдо. Она печально посмотрела на салфетку Джастин, которая так и лежала нетронутой на плетеной подставке.

— Анна, я сомневаюсь, что она сегодня придет, — осторожно предположила Ру.

— Я не понимаю. Она сказала, что придет.

— Почему бы тебе не убрать со стола ее прибор? — предложила Мирна, усаживаясь поудобнее на пустующее место Джастин.

Анна поставила суп Джастин разогреваться на слабый огонь. Она отложила на отдельную тарелку курятину с эстрагоном специально для Джастин. Ее столовый прибор она так и оставила лежать на столе — на всякий случай.

— Мало ли, — сказала она с надеждой в голосе. — Может быть, она еще придет.

— Сомневаюсь, — сказала Мирна. — Возможна, она валяется в какой-нибудь канаве, совсем потеряв свою крошечную пустую голову.

— Ой, я правда не могла прийти, — сказала Джастин на следующий день. — Поттер, прости меня.

Поттер. Со стороны можно было подумать, что это дружеское обращение, что-то вроде прозвища. Но Анна-то знала, что это не так. Когда Джастин называла ее по фамилии, это означало, что дальше должно было последовать то или иное оскорбление или унижение. Поттер любит ходить в школу. Вы только посмотрите, что Поттер принесла себе на обед. Поттер дружит с сиротой. Поттер нравится плавленый сыр. Поттер не любит секс. Поттер дружит с толстухой. Поттер фригидная. Поттер встречается с Гримом Ломондом. У Поттер начались месячные.

Анне до сих пор было больно вспоминать тот случай, когда во время долгого перехода из здания общеобразовательной школы до корпуса старой средней школы, в котором преподавали точные науки, ей в спину неслись смешки и издевательские шушуканья.

Джастин не сказала Анне про кровяное пятно, проступившее на ее платье. Только новенькая — Мирна из Мидлсборо — отвела ее в туалет, дала ей гигиеническую прокладку и рассказала кое-что про невзгоды, связанные с менструацией.

Позже Мирна продолжала информировать Анну про невзгоды жизни вообще.

Анна договорилась встретиться с Джастин в клубе в восемь часов. Но сейчас было уже десять минут девятого, и Анна медленно скользила вниз по эскалатору станции «Пиккадилли».

Она передумала встречаться с Джастин. Как сказал Шон, она слишком много думает об отношениях с другими людьми. Ей нужно больше думать о себе.

Поезд должен был подойти через три минуты, и Анна собиралась на нем уехать.

Она определила для себя, что друг — это тот, на кого можно положиться, отзывчивый, честный, очаровательный и заботливый. А вот на Джастин нельзя положиться. Она не заботится о своей самой давней подруге. Вместо этого она использует и унижает Анну. Она обращается с ней свысока и лишает ее уверенности в себе.

Двери электрички закрылись. Анна села на свободное сиденье, кипя от негодования. С этой минуты она больше не позволит вытирать о себя ноги. Как говорил Шон, нужно больше ценить себя.

Она достала распечатку его компьютерных сообщений. «О да, милочка», — прочитала она. Конечно, она потеряет Джастин. Но Анна не будет скучать по одному потерянному другу. «Ты моя сладенькая ходячая рекламка», — снова прочитала она. Особенно сейчас, когда у нее двести двадцать три друга.