Герцогиня-охотница - Дженнифер Хеймор

Верзила оттолкнул Люка своими мощными руками, и тот, попятившись, споткнулся и упал в плетеное кресло. Саймон схватил брата за руку.

Вудроу мрачно проговорил:

– Вообще-то я не сторонник насилия, ваше сиятельство, но никому не позволю нападать на себя в своем доме.

– Пожалуйста, простите моего брата. – Саймон сурово взглянул на Люка, призывая того к осторожности. – Он очень расстроен. Видите ли, наша мать пропала, и мы переживаем за ее благополучие. У нас есть сведения, что вы получили в свое распоряжение одну из ее вещей.

– Да? Интересно. – Вудроу потер подбородок, приняв задумчивый вид.

– Аметистовое ожерелье, – резко бросил Люк, удерживаемый в кресле жесткой хваткой Саймона. – Ты знаешь, что такое чертов аметист?

– Представьте себе, да, знаю. – Лицо Вудроу приобрело хитрое выражение. – Даже видел один или два из них в свое время.

Повисла пауза, во время которой Вудроу внимательно разглядывал непрошеных гостей.

Саймон понимал, чего он хочет, достал внушительных размеров кошелек и встряхнул его, зазвенев монетами. Вудроу протянул свою мощную руку, но Саймон отодвинул кошелек и выразительно посмотрел на мужчину.

– Знакомо ли вам, Вудроу, место под названием Айронвуд-Парк?

– О да! Знаменитое поместье!

– Когда-нибудь были там?

– Разве вы пригласили бы меня когда-нибудь в гости, ваше сиятельство?

– Навряд ли, – ответил Люк.

Вудроу скрестил руки на груди.

– Нет, никогда не был так далеко. Самое дальнее место, куда я выезжал по вопросам работы, находится в пределах одного дня пути от Лондона.

– И что у тебя за работа? – спросил Люк.

Вудроу снова покосился на кошелек.

– Если нашей матери был причинен хоть какой-то вред, вы не получите ни гроша, – сказал Саймон тихим уверенным голосом.

Вудроу спокойно посмотрел на Саймона, и в его взгляде явно читалась жадность.

– Я ведь говорил вам уже, что не являюсь сторонником насилия, не так ли?

– Что ты думаешь, Люк? – спросил Саймон, не сводя глаз с этого великана.

– Я думаю, что он чертов лжец, – прорычал Люк.

Вудроу покачал головой.

– Я не из тех, кто обижает женщин… то есть я точно не причинял ей никакого вреда.

– Да что, черт возьми, это все значит? – выкрикнул Люк.

– Так, – сказал Саймон, – значит, вы вор, который не применяет никакого насилия к своим жертвам.

– Нет. Я не вор, – Вудроу пожал плечами. – Во всяком случае, не вор в обычном понимании этого слова.

Саймон задумался. Что же, черт возьми, он имеет в виду?

Вудроу еще раз посмотрел с вожделением на пухлый кошелек, затем перевел взгляд на Саймона и спросил:

– Вы точно не в сговоре с полицией?

– Точно.

– И вы, выйдя отсюда, не отправитесь к констеблю, чтобы заложить меня?

– Нет. Мы хотим только получить информацию.

– Какую информацию?

– Я отдам вам этот кошелек, а в нем, между прочим, около двадцати фунтов, если расскажете мне все, что знаете об аметистовом ожерелье, которое вы продали Ламу, ювелиру с Кавендиш-сквер, и все, что вам известно о местонахождении герцогини Трент.

Вудроу поджал толстые губы.

– Боюсь, вам не понравится мой рассказ.

Саймон оцепенел, но, сделав над собой усилие, сказал твердо:

– Не имеет значения. Мы должны знать все.

Люк подался вперед и уставился на гиганта.

– Давай, рассказывай!

– Ну ладно. Да, я продал это ожерелье Ламу, но я не причинял вреда его владелице. Когда… я нашел ее, на ней было это колье.

Глаза Саймона сузились.

– Вы нашли ее? Где?

– Я выкопал ее из свежей могилы на Хиллингдонском кладбище, – увидев побледневшее лицо Саймона, Вудроу продолжил более мягко. – Она была вашей матерью?

– Как она выглядела? – прохрипел Саймон.

Он еще надеялся, что, возможно, это была не она, а кто-то другой.

Вудроу пожал плечами.

– Женщина. Волосы темные. Это все, что я помню.

Люк нетвердой походкой направился к единственному в этой комнате окну. Резко дернув, он распахнул его, высунулся наружу и начал жадно хватать ртом воздух. Саймон по своему опыту знал, что воздух на улицах Ист-Энда был ненамного лучше, чем зловоние, стоящее в этой комнате. Но он не двинулся с места.

Описание Вудроу ни о чем не говорило. Под него подходила половина женщин в Англии.

– Значит, вы гробокопатель? Грабите мертвых? – спросил он с нажимом.

– Ну, я это называю по-другому.

– Как по-другому, черт возьми? Вы обворовываете мертвецов! – воскликнул Люк из окна.

– Я предпочитаю называть это прибыльным делом.

Люк повернулся, сверкая своими голубыми глазами.

– Прибыль от трупов! Хорош, ничего не скажешь!

Вудроу в ответ только снова пожал плечами.

– Как она умерла? – спросил Саймон сдавленно.

– Вы уверены, что хотите это знать, ваше сиятельство? – Рот Вудроу перекосился.

– Отвечай! – рявкнул на него Люк.

– Ей перерезали горло.

Воздух в комнате вдруг стал настолько густым, что Саймон не смог вздохнуть. Он почувствовал, как сильные руки схватили его за плечи.

– Вам лучше присесть, ваше сиятельство. Давайте, вот сюда.

Вудроу подвел Саймона к креслу у стола и помог опуститься в него. Сидя в кресле, герцог смотрел, не отрываясь, невидящими глазами на остатки рыбы на тарелке.

– Она теперь в лучшем мире, – сказал Вудроу. – Помните об этом.

– Нет. Вы же эксгумировали ее, – холодно сказал Люк.

– Да, но для благой цели. Она поможет в развитии науки.

– Где она? – Голос Люка был тихим и зловещим. – Кому ты продал ее труп, ублюдок?

– В ту ночь я отнес «извлеченных» к анатому Томасу Колдуэллу.

– И сколько же этот анатом заплатил тебе за тело моей матери? – Люка переполняла злоба.

– Девять гиней, – просто ответил Вудроу. – Будь она посвежее, я получил бы десять.

Люк выхватил пистолет и бросился на него.

– Нет, Люк! Стой! – закричал Саймон, вскочил с кресла и схватил брата за руку.

Люк остановился и посмотрел на Саймона. В его глазах стояли слезы.

– Ради бога, Саймон. – Люк тяжело дышал. Он не называл брата по имени уже много лет. – Этот человек осквернил ее могилу. Он продал ее чертову анатому… – Он поперхнулся словами.