Запутанная история - Карла Кэссиди

– Понятно, отчего ты не сообщила мне тогда о рождении ребенка. В Новом Орлеане мы не успели даже обменяться адресами, не узнали фамилий друг друга. Но почему ты не рассказала мне о Лили, когда мы встретились здесь?

Оливия выдержала его пристальный взгляд:

– Потому что ты вряд ли обрадовался бы этой новости. Ты же считал себя убежденным холостяком, не собирался ни жениться, ни заводить детей. И я не хотела этой правдой осложнять тебе жизнь.

Он мотнул головой и взъерошил волосы. Оливия впервые заметила морщинки вокруг его глаз. Значит, спал он плохо.

– Вчера вернулся домой и постарался осмыслить все произошедшее. Джимми очень сильно и неприятно меня удивил. И тем, что скрывал ненависть к Бо, и тем, что убил Шелли. Но я был потрясен твоим признанием, что Лили моя дочь.

– Не надо было мне тебе об этом сообщать. Во всяком случае, не таким образом. Но, Дэниел, ничего не изменилось. То есть мне не нужна твоя материальная поддержка или еще что-то подобное. Можешь считать, что я ничего тебе не говорила, и жить так же спокойно, как жил раньше, – сказала она, хотя каждое слово отдавалось болью в ее сердце.

Он посмотрел на нее как на безумную.

– Изменилось все. Вчера я вернулся домой, сел в гостиной и прислушался. Мне всегда нравился покой. Но теперь в тишине чувствую себя неуютно. Ощущаю свое одиночество. И задаюсь вопросом, что делать дальше. – Он подался вперед. – Я хочу стать частью жизни Лили.

У Оливии заколотилось сердце. Она так хотела этого для своей дочери. Дэниел был отличным человеком и наверняка стал бы для Лили замечательным отцом.

– В таком случае мы можем оформить это юридически, перед возвращением в Натчез. И ты получишь право встречаться с Лили.

– Я хочу не встречаться с Лили, а быть рядом с ней всегда, – сказал он и откинулся на спинку стула. Его захлестывали эмоции, глаза блестели, но от его слов у Оливии перехватило дыхание. Меньше всего на свете ей хотелось начинать с ним судебную тяжбу.

– Я… Я не могу… – Из ее глаз потекли слезы.

Дэниел снова подался вперед.

– Оливия, ты не дала мне закончить. Я хочу быть всегда рядом с Лили. Но такое же право получить и по отношению к тебе, и по отношению к Роуз.

– Что? – Она уставилась на него, не веря своим ушам. Никогда об этом не думала и не мечтала, не лелеяла такую надежду.

Он встал со стула и обогнул стол. Взял ее руку и заставил подняться.

– Оливия, я не спал всю ночь. Размышлял, кем я был и кем стал благодаря тебе.

– Не понимаю. – Она в упор смотрела на него, такого дорогого, такого любимого, и смертельно боялась понять его неправильно, боялась ошибиться.

– Этой ночью для меня многое прояснилось. Да, я был убежденным холостяком. Но только до встречи с женщиной, которая меня изменила. И о детях не думал лишь потому, что ни с одной женщиной не хотел их заводить. А теперь я стал другим человеком. Мне встретилась та, с которой захотелось связать свою судьбу. Захотелось, чтобы у нас с ней были дети, а ее мать вызывает у меня самые теплые чувства.

Его слова входили в сознание Оливии, заполняли ее сердце, она трепетала от их сокровенного смысла.

– Я люблю тебя, Дэниел, – вырвалось у нее.

Он обхватил ее лицо ладонями.

– И я люблю тебя. Люблю так, как не мечтал кого-то полюбить. И хочу, чтобы ты стала частью моей жизни, Оливия. Хочу, чтобы ты, наша дочь и Роуз всегда были вместе.

Дэниел замолчал и приник к ее губам. От его нежного поцелуя по ее телу пробежала волна желания, а на душе стало необыкновенно легко и тепло.

После поцелуя он снова ее обнял:

– Надо подумать, как все лучше устроить. Я могу уйти с этой службы и поискать себе занятие в Натчезе. Рано или поздно там что-то найдется. Могу продать свой дом и навсегда уехать из этого города.

Она посмотрела на него:

– Или мы можем остаться здесь. Я поговорю со своим начальством. Может, меня переведут сюда. Скоро пройдут выборы нового шерифа. Как, по-твоему, у меня будут шансы?

– Думаю, при поддержке знающего город человека шансы у тебя будут очень хорошие. – У него глаза блестели от счастья. Потому что он знал, чего хочет и как жить дальше. – Вдвоем у нас многое получится, Оливия. Но ты точно хочешь здесь жить? – Он слегка нахмурил брови.

– В Натчезе меня ничто не держит. А если здесь откроется луна-парк, то жизнь в Лост-Бей пойдет совсем по-другому. По правде говоря, была бы счастлива где угодно рядом с тобой.

Он снова ее поцеловал, а Оливия почувствовала, что все ее мечты сбываются. На сей раз после поцелуя он взял ее за руку и повел к двери.

– Что ты делаешь? – спросила она.

– Нам пора в путь.

– Но куда?

– К тебе домой. Скажем Лили, что ей не нужно больше звать меня Помощником. Мне не терпится услышать, как она назовет меня папой. – Его глаза блеснули от предвкушения этой счастливой минуты, а по ее телу пробежала горячая волна.

Они вышли из ее кабинета и направились к выходу. На губах Оливии играла улыбка. Выйдя на улицу, под ярким солнцем она поняла, что делает первые шаги в своей новой жизни… жизни с человеком, которого она любила, отцом ее дочери, и что все это просто замечательно.