Это по-настоящему - Эрин Уатт

А потом он стоял, несмотря на возможное нападение толпы, и дожидался, пока охранник все-таки принесет мороженое. Я бы не стала ждать, решив, что это бесполезно.

А потом посмотрел на меня так, как никто никогда не смотрел. И это пугало и притягивало одновременно.

– Иногда приходится делать то, что не нравится. Жизнь знаменитости отнюдь не такая безоблачная, как это обычно все представляют.

Ну да, похоже на то.

В какой-то момент, пока мы едем, я доедаю мороженое, и передо мной волшебным образом появляется влажная салфетка. Я быстро хватаю ее из рук Окли, пока он не предложил меня вытереть. Тай паркуется на тротуаре, я открываю дверь, но не могу выйти. И только когда Окли отстегивает ремень, я понимаю, что он-то меня и удерживал. Рука Окли скользит по моему бедру.

Я торопливо вываливаюсь из машины, чтобы он снова не коснулся меня своими длинными изящными пальцами. Клянусь – закрывая дверцу, он смеется.

– Спасибо, Тай, – бормочу я и скорее бегу в дом, не дожидаясь, пока он что-нибудь ответит.

Закрываю за собой дверь и прислоняюсь к ней, дыша так тяжело, словно я только что пробежала из конца в конец ту тропу в Гриффит-парке, которую Пейсли так любит. Не понимаю, откуда возникли эти ощущения. До определенного времени я относилась к Окли как к самодовольному эгоистичному придурку. А потом он вдруг звонит мне и поет песню, и я начинаю вести себя как одна из его прилипучих фанаток!

Я хочу, чтобы вернулся прежний Окли. Тот, который рассказывает мне, как хорошо он обращается с языком, и приглашает на свидание, на котором только и делает, что хамит и огрызается. С таким Окли понятно что делать.

Но этот? Пожирающий глазами и пишущий для меня песни? Я чувствую себя совершенно растерянной.

– Привет. – Пейсли выглядывает из кухни с кружкой в руках. – Как прошло?

– Он меня трогал! – выпаливаю я.

Она резко поворачивается ко мне:

– Трогал в смысле приставал к тебе?

– Да нет. – Я отмахиваюсь. – У меня мороженое растаяло, и он поймал пальцем каплю, а потом засунул палец в рот и облизал.

Я детально пересказываю произошедшее, словно это была какая-то неприличная сцена. Хотя если подумать, она действительно была не очень-то приличная.

Пейсли смотрит на меня с беспокойством:

– С тобой все нормально? Может, у тебя солнечный удар?

Не знаю, как ей это объяснить. Я даже не знаю, как объяснить это самой себе! Мозолистые от струн пальцы Окли касались моего бедра. И руки. И талии.

И мне это очень понравилось.

17

ОНА

Oakley Ford Verified @VeryVaughn Лучшее мороженое в моей жизни. Нужно создать новый вкус и назвать его Вонн – я бы каждый день такое заказывал.

Vaughn Bennett @OakleyFord С посыпкой из кале, да?

Oakley Ford Verified @VeryVaughn Нет, мне нравится просто Вонн, без примесей и добавок.

Vaughn Bennett @OakleyFord Это скучно.

Oakley Ford Verified @VeryVaughn Ничего подобного. Я сегодня пробовал. Было потрясающе.

Oakley Ford Verified @VeryVaughn А у тебя какой любимый вкус?

Vaughn Bennett @OakleyFord В этом месте нужно говорить «Окли Форд»?

@rubyred342 @OakleyFord Я бы хотела мороженое с названием «Окли»!

@jj_warren33 @OakleyFord @VeryVaughn Уединитесь уже

Oakley Ford Verified @VeryVaughn Только если ты правда так думаешь. Иначе я обижусь.

Vaughn Bennett @OakleyFord А мы все еще про мороженое?

– А ужин скоро? – кричит Шейн из комнаты. – Нам надо на футбол.

Я смазываю маслом последние два кусочка теста, бросаю их в чугунную сковородку и кричу в ответ:

– Пять минут!

Я снова проверяю время. Курица с лимоном в йогурте будет готова через две минуты; через десять близнецы уже встанут из-за стола; через полчаса я уже уберу со стола, упакую ужин для Пейсли и спрячу в холодильник. Она сегодня задерживается допоздна из-за какого-то секретного проекта.

Если все пройдет по плану, то у меня останется еще час, чтобы собраться на концерт Окли Форда в клубе «Вэйлор» – тот самый благотворительный вечер, на который он пригласил меня с друзьями. Я переворачиваю лепешки и достаю из духовки идеально запеченную курицу.

– Что сегодня на ужин?

– Лепешки наан с курицей с лимоном и соусом из йогурта с гарниром из жареного лука и стручкового гороха.

– Короче, хлеб, курица и горох, – говорит Спенсер, принюхиваясь. – Пахнет вкусно. – Он показывает брату большой палец.

– Ты опять экспериментируешь, да? – говорит Шейн, выдвигая стул. – Я помираю с голоду.

– Вас никто не заставляет это есть, – сообщаю я наглецам. Привычными движениями раскладываю курицу по тарелкам, слегка поливаю соусом и ставлю перед братьями.

Они сметают еду моментально – что бы и кто ни говорил по поводу моих экспериментов, по большей части у меня отлично получается, и нечего скромничать. Я очень люблю готовить, если на это есть время, и теперь, раз мне уже не нужно обслуживать посетителей и у нас стало немного больше денег на продукты, я постоянно и с большим удовольствием готовлю что-нибудь новое.

Довольно скоро близнецы убегают на тренировку. Сегодня они едут вместе со своим другом и его родителями. Мне тоже пора собираться.

Кики одобрила мой выбор одежды: обтягивающие джинсы, черная мешковатая футболка, новый кружевной бюстгальтер цвета морской волны, лямки которого периодически показываются в вороте футболки, ботинки на невысоком каблуке. Волосы я зачесываю в высокий хвост, крашу ресницы тушью, на губы наношу слой блеска. За мной приезжает черный внедорожник, но водителя я не знаю, а его темные очки и непроницаемое выражение лица не располагают к дружеским беседам.

Мы заезжаем за Кэрри.

– А почему не лимузин? – говорит она, садясь в машину. На ней короткое черное платье с вырезами на талии, светлые волосы она выпрямила утюжком, и они стали гладкими и блестящими.

– Ни разу не видела, чтобы Окли ездил на лимузине, – говорю я.

– Жалко. Может, он на них только на церемонии награждения ездит?

Я развожу руками, потому что никогда об этом не думала.

– Ну, наверное.

Мы обе смотрим на водителя. Он делает вид, что нас вообще тут нет, и просто едет в потоке машин к следующей точке назначения.

– Кстати, знаешь, ваша переписка в «Твиттере» очень возбуждает! – заявляет Кэрри.

– Э-э-э-э, я не хочу ничего об этом знать.

– В смысле? Вы с Окли довольно откровенно беседовали о мороженом!

На самом деле, о мороженом беседовали мы с Эми, но Кэрри я не буду этого говорить. Кроме того, честно говоря, я совсем забыла об Эми. Временами у меня такое ощущение, что я действительно переписываюсь с Окли, и некоторые вещи, которые он – ну, то есть Эми – пишет, вполне похожи на то, что он и на самом деле мог бы сказать. Вероятно, пиар-команда очень хорошо его знает.