Его решение - Екатерина Носкова

Разбудила меня вибрация телефона, что лежал под моей рукой. Я приоткрыла глаза и меня тут же ослепил яркий свет.

— Алло, — сонно ответила абоненту.

— Ты где? — в телефоне услышала взволнованный голос Сони.

— В больнице. У Макса, — добавила, чтобы она не успела ничего себе на придумывать.

— Понятно. Могла бы и… — она замолчала, а потом послышался тяжелый вздох. — Прости, я только сейчас нашла твою записку. Как тебя вообще ночью пропустили? Держи нас в курсе новостей.

И она отключилась, не задавая лишних вопросов.

Я так и не смогла вчера уснуть. Долго лежала в кровати, успокаивала себя, что все хорошо, что Максим нашелся и он обязательно поправиться. Но меня тянуло к нему. Поэтому прекратив себя мучить, я оделась и на такси поехала в больницу. Пришлось прикормить охранника и дежурную медсестру. И вот я на том же диване… В нескольких десятках метрах от Максима… И только тут мне стало спокойней, и я смогла уснуть.

Часы показали восемь утра. Оказывается, я так и уснула, лежа на диване в холле. Кто-то из сотрудников укрыл пледом.

И хотя диван не очень удобный для сна оказался, я на удивление чувствовала себя боле-менее выспавшейся. Я присела на диване, сложила аккуратно плед, еще раз поблагодарив доброго человека. Шея не много затекла и когда я ее разминала, заметила, что в мою сторону идет Паша с двумя стаканчиками кофе и бумажным пакетом.

— Доброе утро, — поздоровался друг, протягивая мне кофе. — Сень, ты прости за снотворное. Черт, даже не предполагали, что такая реакция будет.

— Все нормально, — ответила другу, отпивая ароматный напиток. — Я даже благодарна в некоторой степени.

Паша удивленно поднял брови, явно не ожидая такого ответа.

— Не удивляйся. Я бы поехала с вами и к Лешему, и за Юрой, даже если бы вы просто дома меня оставили. Все равно не усидела. А так не известно, как бы все повернулось, да и свою реакцию не представляю, если бы увидела Максима в том подвале.

Паша только кивнул, соглашаясь с моими словами.

Мы продолжили сидеть в холле, я пересказала слова Виктора Федоровича и что дома не смогла уснуть поэтому приехала сюда. Ближе к обеду начали подъезжать все близкие люди Максима. Меня удивило появление Миши. Он шел, широко шагая и был не много злой. И при этом он крепко держал за руку, еле успевающую за ним Олю.

Они подошли к нам. Миша усадил Олю на диван и указал на нее пальцем:

— Тут сиди, — приказал ей друг, на что Оля только кивнула. Потом посмотрел на Пашу и уже обратился к нему. — Проследи, чтобы даже не вставала, — и ушел в сторону лифта.

Мы все заинтересованно посмотрели на Олю. Она сидела, опустив голову вся красная, как помидор.

— Гм, — откашлялся Семен Михайлович. — Здравствуй Оленька.

— Здравствуйте, — пискнула подруга, не поднимая головы.

В этот момент к нам подошел Виктор Федорович и все наше внимание переключилось на него.

— Здравствуйте. Ну что. Мы начали выводить Максима из состояния искусственной комы. Нам осталось только ждать пока он придет в сознание.

— Сколько времени это может занять? — спросил Игорь.

— У каждого по-разному. Кто-то в течении нескольких часов приходит в сознание, а кому-то необходимо несколько дней. За ним сейчас установлено особое наблюдение и как только он придет в сознание, мы его осмотрим и примем решение о необходимости еще одной операции.