Девочка с перчиками - Екатерина Вильмонт

– Здравствуйте. Я Янина.

– О, Яночка, спасибо, что согласились прийти. Садитесь, кофе будете?

– С удовольствием.

– А вот мой несчастный питомец.

Яна взяла в руки горшок. Осмотрела его. Это был вовсе не Capsikum annuum, а какое-то другое, незнакомое ей растение, хотя на первый взгляд и похожее. Она вдруг испугалась. После пережитого недавно ограбления ей вдруг показалось, что ее опять заманивают в какую-то ловушку.

– Послушайте, что вам от меня нужно? – внезапно охрипшим голосом проговорила она. – К чему этот дурацкий спектакль?

– Помилуйте, Яна. Но я... – И Наталья Федоровна в растерянности оглянулась на Ольгу Варламовну. Зато та не растерялась, встала, шагнула к Яне и глазами показала подруге на выход. Наталья Федоровна с радостью ретировалась.

– Яна, простите меня, ради бога! Это была моя идиотская затея, просто я хотела познакомиться с вами и вот ничего умнее не придумала. Я сестра Олега Савицкого и мать Тимофея.

– О, господи, Ольга Варламовна? – отчего-то вдруг залилась краской Яна.

– Простите мне эту несусветную дурь. Но я просила сына познакомить нас, а он наотрез отказался.

Яна беспомощно улыбнулась.

– Я понимаю, что выгляжу полной идиоткой, придумала невесть какую чушь, вовлекла подругу, поверьте, мне ужасно стыдно, а учитывая, что мне уже восьмой десяток пошел, это и вовсе непростительно. Что поделаешь, старческое любопытство.

Яна вдруг облегченно рассмеялась.

– Ничего, любопытство штука вполне понятная. И, знаете, я рада, что мы познакомились именно так...

– Почему? – удивилась Ольга Варламовна.

– Потому что это все сразу упростило, по крайней мере для меня.

Они посмотрели в глаза друг другу и расхохотались. И это мгновенно сблизило их.

– Когда-то, очень давно, я тоже безумно хотела увидеть людей, которых так любил Олег Варламович, он много мне рассказывал о вас и вашем сыне...

– А мне о вас никогда и словом не обмолвился... Я лишь на днях узнала, что значили его последние предсмертные слова: «Будь счастлива, девочка с перчиками».

– Он так сказал?

– Да, только мне-то послышалось «с персиками»! Боже мой, Яна, вы и представить себе не можете, какую сложную и глупую историю мне пришлось сочинить, чтобы спросить у сына, что бы это значило...

И Ольга Варламовна рассказала Яне все, не забыв при этом как бы между прочим упомянуть о щенке, из-за которого Тимофей расстался с женой.

– А вы любите собак, Яночка?

– Очень. Особенно больших, но у меня самой никогда их не было. Только подруга иногда подселяла меня к своему псу, если куда-то уезжала, а теперь пес этот умер и она не желает больше заводить собаку.

Какая она милая, подумала Ольга Варламовна, просто прелесть, правда, на рукаве рубашки не хватает одной пуговицы, но это же чепуха!

– Яна, простите за наглый вопрос. Вы Мишу любите?

Яна вскинула на нее изумленный и в то же время измученный взгляд.

– А почему вы об этом спрашиваете?

– Я понимаю, вопрос бестактный, меня это совершенно не касается, я вообще в ваших глазах выгляжу полной дурой, которая все время делает и говорит несусветные глупости.

– Да нет, просто вы чувствуете себя неловко, я понимаю.

– Я вообще-то хотела спросить о другом. Сколько вам было лет, когда вы встретились с Олегом?

– Пятнадцать.

– А ему?

– Почти пятьдесят. И я его действительно любила, по-настоящему. А с тех пор больше никого и никогда... так... А Миша, он чудесный... Добрый, теплый, умный... самый лучший... думаю, он лучше Олега. Ох, простите, Ольга Варламовна.

– Да нет, вы правы, Яночка, – она погладила Яну по руке и той это было необыкновенно приятно. – И я очень рада, что познакомилась с вами, пусть даже буду выглядеть в ваших глазах старой маразматичкой.

– Ах, бросьте, все получилось как-то... очень обаятельно, что ли...

– Значит, вы не сердитесь?

– Господь с вами, конечно, нет! Если хотите знать, мне все это даже здорово понравилось, честное слово!

– И вы мне, Яночка, тоже очень понравились! Только одна просьба – не рассказывайте об этом Тимофею!

– Да боже упаси! Простите, Ольга Варламовна, но мне пора... И если вам захочется о чем-то меня спросить, звоните когда угодно, не стесняйтесь. Я буду только рада!

Как я хочу, чтобы Тим на ней женился!

Заказав себе вторую чашку капучино, Ольга Варламовна еще посидела в раздумье, расплатилась и вышла из кафе.

– Женщина, женщина, вы цветочек забыли! – выскочила за ней официантка.

– Тьфу ты пропасть! – еле слышно выругалась пожилая дама и вышвырнула горшок в первую попавшуюся урну.

Когда Тимофей вошел в переговорную, напряженный, сосредоточенный, и сел на свое обычное место, по правую руку от главы корпорации, его вдруг охватило какое-то странное волнение, никоим образом не связанное с предстоящим совещанием. Он уловил в воздухе запах, так поразивший его в свое время в квартире Яны. Что за бред, подумал он, и только тут заметил среди явившихся на переговоры потенциальных партнеров не слишком молодую, но весьма элегантную женщину с красивым, но неприятным лицом. Это от нее так пахнет. Значит, это духи! Но от самой Яны никогда ими не пахло. Странно...

– Тимофей Борисович, что с вами? – толкнул его в бок главный инженер.

– Все в порядке! – мгновенно опомнился он. – Я готов!

Переговоры были сложными и долгими, но закончились вполне успешно.

В приемной, среди ожидающих его сотрудников сидел незнакомый молодой человек, похожий на английского клерка средней руки. Тимофей вопросительно взглянул на секретаршу.

– Тимофей Борисович, это к вам, по личному конфиденциальному делу, ровно на пять минут. Иностранец, – отрапортовала шепотом секретарша.

– Господа, прошу прощения за задержку, всего пять минут. Приму всех, не беспокойтесь. Прошу вас, – сказал он клерку. – Итак, вы говорите по-русски?

– Да, господин Логунов. Я представитель фирмы Тиффани.

– Какой фирмы? – не поверил своим ушам Тимофей.

– Тиффани!

– Невероятно! И что вас привело сюда?

– Наша фирма уполномочена в течение пяти лет к 17 июня ежегодно передавать вам одно ювелирное изделие для дальнейшей передачи госпоже Янине Юркевич. Прошу вас, взгляните на изделие и распишитесь вот тут и тут.

– Это распоряжение сделано господином Савицким, надо полагать?

– Да.

– Хорошо. Где расписаться?

– Но, может быть, вы сначала изволите взглянуть на изделие?