В плену Зверя - Виктория Вестич

В столовой я появилась первой. Мы с Дамиром спали в разных спальнях, он лишь вечером приходил ко мне. Я знала, что он все еще не смог простить меня и это тяготило. Как заслужить его прощение после того, что я сделала? Как показать ему, что я раскаиваюсь, что хочу все изменить? Я боялась за него, ужасно, до дрожи. Особенно когда он возвращался вечерами со стесанными в кровь кулаками, синяками и кровоподтеками. Бросалась к нему, но он неизменно игнорировал меня и закрывался в своем кабинете.

Не простил. Да я сама себя простить не могу за то, что сделала…

Я так задумалась, что пропустила момент, когда Дамир появился в столовой. Удивленно поднял брови, взглянув на меня, и занял свое место.

– Не замечал в тебе тяги к дешевым цацкам, – прокомментировал он, наливая в чашку кофе.

– Это не дешевые цацки, – нахмурилась я.

– Да эта хрень и сотки рублей не стоит! – рассмеялся он, – Пластмассовый ободок. Ты в детском отделе купила что ли?

– Это подарок папы, – сжала я зубы.

– Я серьезно, Марин. Мне это не нравится. Даже если подарок папы. Сними. Если хочешь, я закажу для тебя подходящий. Моя женщина не должна ходить в подобной дряни, – произнес Дамир, глядя на меня излишне серьезно.

Хотела возразить, но только сглотнула горький комок и опустила глаза в тарелку. Молча сняла с себя все украшения, чтобы просто не злить лишний раз и без того нервного мужчину. Лучше так, чем еще плюс десять ударов по утрам.

******

Дамира нет практически весь день, но к ужину он возвращается. Неизменно. Даже если после у него намечены дела, ужинает он всегда со мной. В этот раз я даже не успеваю мимо него пройти: едва подхожу к столу, как Зверь хватает меня и прижимает к себе.

– У тебя сегодня день рождения. Весь день ломал голову, а надо было просто взглянуть в твой паспорт, – хмыкнул он. – Так почему ты не сказала, что сегодня праздник?

– Сегодня нет праздника. Я уже давно не отмечаю свой день рождения, – я усиленно прячу глаза, но Дамир мягким касанием поворачивает мое лицо к себе и заглядывает в глаза.

– Почему?

– В этот день отец погиб в аварии.

Снова ожидаю насмешек, но Дамир моментально посерьезнел.

– Почему ты не сказала?

– Разве это важно?

– Важно. Хочу выпить за покой его души, – сказал он без тени улыбки.

Я буквально немею от его слов. Просто застыла неподвижно посреди комнаты и отстраненно наблюдала за тем, как Дамир приносит водку и ставит на стол одну-единственную стопку. Наливает, осушает ее до дна. На автомате я потянулась к ней, чтобы выпить следом – как обычно делают по традиции, но Дамир отрицательно покачал головой.

– Тебе не стоит пить. Я думаю, твой папа не обидится за тебя на это, – сказал он, вручая мне вместо стопки стакан со свежевыжатым яблочным соком.

Я делаю маленький глоток, но он буквально встает комом у меня в горле, вместе со слезами. Поспешно отставляю стакан и смотрю на Дамира потерянным взглядом.

– Это его подарки?

– Да… – отвечаю коротко и после паузы поясняю, – Эти бусы мамины, папа всегда их хранил отдельно. Даже маме Зое не подарил, так они и лежали они всегда в коробочке далеко на антресолях. Кольца тоже их обручальные. Мама умерла очень рано и отец… он всегда хранил ее кольцо.

Дамир проводит пальцем по двум обручальным колечкам у меня на пальце, мягко сжимает мою ладонь.

– Это все, что от него осталось? – спрашивает негромко.

– Да.

– Интересно, ты бы хранила мое кольцо, если бы я вдруг погиб? – интересуется он тихо, глядя в мои глаза.

В этот момент меня пробирает до костей. Смотрю на него испуганно, неосознанно сжимая рубашку Дамира в кулаке, и хрипло прошу:

– Не говори так.

– Ну а если? Всякое бывает, Марина, такова жизнь, – легко пожимает Дамир плечами, а потом беззаботно улыбается, – Впрочем, неважно. Забудь.

Я отчаянно цепляюсь за него. Происходящее просто сводит меня с ума и я едва слышно выдыхаю:

– Да. Конечно да.

Чувствую, как слезы подкатывают к горлу и поспешно отворачиваюсь. Воспоминания о погибших родителях всегда бередили душу в дни их памяти, еще и этот страшный вопрос. Я вдруг поняла, что совсем к нему не готова, а еще… что это действительно может случиться. А я совсем, совсем никак не могу Дамиру помочь, наоборот, только навредила тем, что украла папку… Не выдержав, я разрыдалась, как маленькая девчонка, пряча лицо в ладонях. Некоторые ошибки никак не исправить, как ни старайся…

И совсем я не ожидала, что Дамир подойдет, поднимет меня на руки и просто прижмет к своей груди. Молча заключит в крепкие объятия, отнесет меня в постель и будет гладить по волосам, успокаивая мягкими поцелуями, пока я не засну.

Впервые за все это время в его объятиях.