Дрянная помощница для мастера - Виктория Свободина

Марка заметила рядом с выходом из торгового центра, подошла, тронула за рукав. Начальник обернулся ко мне, и глаза его широко распахнулись, взгляд очень удивленный стал. 

– Рита? Это ты?

– Да, разве не узнаешь?

– Неожиданно. Ты совершенно сейчас на себя не похожа. 

Уже почти профессионально хлопнула новыми ресницами. Пам. Ух, даже ветер немного поднялся.

– Ой, да я просто причесалась. Так лучше? 

– Не знаю, как сказать. Ты просто другая. 

Эй, я не понимаю, Марку нравится или нет? Рассматривает очень внимательно, взгляда не отрывает, это, наверное, значит, что все-таки понравилось ему. 

– Может, тогда, если все в порядке, поедем уже? 

– Да, едем, – отмер Марк, взял меня за руку и в какой-то своей мрачной задумчивости повел в сторону дороги. Что с ним такое? Я рассчитывала хотя бы на один комплимент. Нелегко с этими гениями, не поймешь, что у них в голове. 

Только в машине додумалась поинтересоваться:

– А кто будет на этом семейном вечере? 

– Родители, Богдан с женой. Наш дядя по папиной линии с женой и дочкой и тетя – мамина старшая сестра. 

– Ага. Скажи сразу, как кого зовут, попытаюсь запомнить, пока обстановка спокойная. 

Марк улыбнулся. 

– Рита, тебе совершенно не о чем волноваться. Мы ведь не по-настоящему встречаемся, верно? Так что что бы ни случилось, тебя это никак не затронет. 

– Я еще не хочу тебя никак подставить или поставить в неловкое положение. 

– Этого не будет. Ты замечательная, если бы я хоть немного в тебе сомневался, я бы не стал тебя туда звать. 

Шеф ободряюще сжал мою руку и не торопится отпускать. Наши пальцы переплелись. Притихла. Это как-то совсем неуместно, но у меня опять в животе бабочки порхают. Нельзя же с собственным начальником за ручки держаться, верно? Или это репетиция? 

В итоге мы приехали к большому частному кирпичному особняку. Оценив на глаз размеры дома, поняла, что в семье Суворовых любят простор. Стоило во дворе выйти из машины, и на Марка налетела большая белая пушистая собака. О, у пса настоящее собачье счастье, скулит радостно-счастливо, напрыгивает на шефа, хвостом вертит так, что тот сейчас отвалится, спешит, ластится. 

– Ну все, все, Аякс, спокойно, – фыркает Марк, уворачиваясь от бурных собачьих ласк. Пес так и норовит лизнуть моего начальника. – Аякс, знакомься, это Рита, – произнес Марк серьезно, когда бурная собачья радость немного поутихла. – Рита, это Аякс. 

Собака подошла ко мне и осторожно обнюхала протянутую ладонь. 

– А можно погладить? – спрашиваю умоляюще. Руки так и тянутся потрогать это белое пушистое облако с черными глазами-бусинами. 

– Конечно можно. 

С удовольствием затискала тут же пушистика, а он и рад. Вертится, руки лижет, игривый такой. Чистый восторг. 

– Марк, а как эта порода называется? 

– Самоед. Понравился? 

– Он потрясающий! Если я когда-нибудь куплю себе дом, то обязательно заведу такую собаку. 

Едва сдержалась, чтобы не поцеловать песеля в нос. У меня губы накрашены, нельзя.  

– Марк! Ну наконец-то ты приехал! – доносится до меня женский голос. Поднимаю взгляд вверх и вижу перед собой пару. Мужчина и женщина. Взрослые. Судя по тому, как женщина обнимает Марка, это и есть его мама. Ой, как неловко, я на столь ответственное мероприятие приехала и сразу расслабилась. Аякс своей умилительной мордахой совершенно убил мою бдительность. 

Поспешно поднимаюсь с корточек. О, а мама у Марка не такая, как я себе представляла. Мне почему-то виделась этакая пожилая дама с жемчужным ожерельем на шее и манерно поджатыми губами. Ничего подобного. Современная моложавая женщина в кокетливом платьице с довольно смелой длиной подола, открывающей стройные длинные ноги. Светленькая, улыбчивая, волосы распущены.