И с привкусом соли на губах - Рин Скай

Артем

Они обе нежны и веселы. Примеряют разные образы, смеются, и за этот смех я готов отдать все на свете до последней капли.

Я подумал, что у меня нет ни одной фотографии дочери, а Вероника так быстро растет и меняется! Заказал профессиональную фотосессию, и теперь девочки отрываются по полной. Я не отстаю от них. Ведь это же мгновения нашей семьи, запечатлённые на цифру видеокамеры.

Исподволь, мы с Лианой кидаем друг на друга отнюдь неоднозначные взгляды. Ладно, будем честными, я пожираю ее глазами, потому что она надела полупрозрачное платье с плотной тканью на интимный местах, ее плоский живот, стройные ножки, тонкие руки драпировал газовый шифон, будоража мое воображение и еще кое-что весьма твердое и материальное.

Я же для фотосессии надел праздничный костюм глубокого темно сиреневого цвета и поймал уже не один быстрый жадный взгляд Лианы. Неужели тоже хочет меня? Ладно, не желание, но заинтересованность там читается с первых строк.

— Сделаем несколько кадров девочки с игрушками и на качелях, — предложила фотограф.

— Много хотю! — требует наш неугомонный ребенок. — Не несколько!

— Можем и много.

Пока Вероника и фотографиня ищут интересные ракурсы, я уже не в силах сдержать себя, хватаю Лиану под локоток и подталкиваю к укромному закутку, где нас никто не сможет увидеть.

Лиана напряжена, пытается вырваться. Не бьется в моих объятиях, но и комфорта явно не испытывает.

— Тшшш… — уговариваю я ее, — ну что ты, малышка? Я просто соскучился по тебе!

Лиана перестает сопротивляться. Смотрит на меня, улыбаясь.

— Вы сегодня обе такие красивые! Ты Лиана, похожа на ангела! Я не знаю, как смогу дотерпеть до вечера.

Девушка трепещет в моих руках, смотрит приоткрыв влажные губы.

— Я могу получить маленький аванс? — прошу с мольбой, потому что взорвусь сейчас если не почувствую вкус этих спелых черешен, не переплету наши дыхания и не вожмусь в нее еще сильнее.

* * *

Лиана

Мы с Вероникой оценили этот королевский подарок от Полянского. Поначалу нам обеим было неловко перед камерами, светом и объективом, но потом неловкость начала потихоньку сходить на нет, и оставшуюся фотосессию мы наслаждались, дурачась перед камерами.

Полянский тоже присоединился к нам. Он вырядился как жених на свадьбу, посетив до этого барбешоп и привел там свои волосы и бороду в идеальный порядок.

На какое-то мгновение я аж засмотрелась на него, таким неотразим он мне показался. И не мне одной. Более по-детски раскрепощенная Вероника с криками «ВАУ» кинулась на отца:

— Папотька! Ты такой класивый! Как плинц!

Он и правда выглядел принцем из сказки, так ему шел этот образ. Мои глаза то и дело притягивались к его высоченной статной фигуре и я ничего с этим поделать не могла.

Когда он зажал меня в углу, я и испугалась и обрадовалась одновременно. Обрадовалась. Потому что захотела вдруг почувствовать себя нужной ему, желанной им, и испугалась ровно тех же чувств.

Меня тянет к этому человеку, и надо как-то перебарывать себя, научиться справляться со страхом к нему, к тому же, после нашего ночного разговора выяснилось, что там и бояться особо нечего. Да он оступился, убил человека, защищая сестру, напал на меня в поезде, но всему есть объяснение. Он ответил на все мои вопросы и его ответы меня удовлетворили.

Теперь нужно признаться ему о своих встречах с Македовым и его копаниях в прошлом Полянского. Не к добру Александр ворошит прошлое, не к добру добывает факты очерняющие отца моего ребенка.

* * *

Лиана

Артему уже нет надобности бегать за мной по дому и зазывать, затаскивать в его спальню хитростью. Нет, теперь я сама иду туда, уложив Веронику спать.

Выйдя из душа Артем удивлен моим нахождением в его кровати, но вида не показывает. Садится рядом, привлекает к себе, заключает в объятия. Гладит по спине не пытаясь раздеть или просунуть руку под шелковую ткань халатика.

— Что-то случилось, Лиан?

— Да. Но я боюсь тебе сказать.

— Почему боишься? — улыбается он, осторожно приподнимая мое лицо за подбородок, — Что произошло?

Внешне Полянский спокоен, но уголок его рта едва заметно дергается. На самом деле мужчина крайне напряжен, хотя всеми силами старается этого не показать.

Я и сама боюсь реакции Артема, но сказать надо, а поэтому набираю в легкие побольше воздуха и как с обрыва срываюсь:

— Мы встречались с Македовым. Несколько раз.

Пальцы Зверя вмиг деревенеют на моем позвоночнике, словно заморозились в жидком азоте.

— Продолжай. — мужчина так напряжен, что еле разомкнул челюсти для ответа.