Друзья с привилегиями - Кристина Мульер

– Ты сама хочешь подчиниться, Фрея, – его ладонь поднимается вверх, задирая подол тяжёлого платья, и с моих губ срывается один сдавленный стон.

– Нет, – на выдохе произношу, продолжая и дальше выводить его из себя.

– Ты мне врёшь. Снова, – слышу шёпот прямо над ухом и чувствую крепкое тело Вильяма, прижимающееся к моему сзади. – Знаешь, что я делаю с теми, кто мне врёт?

Моя грудь вжимается в шаткий стол, который в тот же миг издаёт скрипучий звук. Раск, сжав мои запястья, вытягивает руки ещё выше над моей головой.

– Знаю. Накажи меня за это.

– Уверена?

Боже, это что, забота?

– Да, – поворачиваюсь к Вильяму лицом, найдя его глазами. – Я хочу, чтобы ты меня наказал. – Его взгляд наполняется уважением, смешанным с игривым азартом, а губы образуют удовлетворённую улыбку.

– Ладно, как скажешь, – Раск выпрямляется, опустив ладонь на нижнюю часть моей поясницы. – Значит, ты мне врёшь, да?

– Да.

Спустя секунду чувствую сильный шлепок на своей заднице, провоцирующий ноющую боль. Вскрикиваю от неожиданности, тут же закусив губу.

– Без звуков, Миллз, – Вильям поглаживает место удара, слегка сжимая пальцы.

– Виль, я просто… не ожида…

Начинаю оправдываться, но не заканчиваю фразу из-за второго, более агрессивного, удара, приходящегося на другую половину моей бедной задницы. На этот раз выдерживаю испытание не закричать, но уже не от боли, а от возмущения. За что?!

– Я не разрешал тебе говорить, – с угрозой произносит Раск, а я всё-таки со злостью закатываю глаза и укладываю голову на вытянутые предплечья. – Ты считаешь, что не заслужила наказания?

Опираюсь на локти, немного приподнявшись, и кидаю на Вильяма вопросительный взгляд через плечо.

– Можешь ответить.

– Спасибо, мой господин, – говорю с сарказмом, ожидая, что задену Вильяма неподобающим тоном, но он лишь коротко улыбается, тут же натянув на свою физиономию выражение ледяного спокойствия. – Нет, считаю, что заслужила.

– Я тоже считаю, что заслужила. Ну, ничего, ещё научишься быть покорной.

Вильям жестом показывает мне, чтобы я поднялась, и я вскакиваю, в ту же минуту ощутив боль в ягодичной мышце. Чёрт его подери, этот БДСМ.

– Знаешь, мне нравится, что ты такая дерзкая, – он заводит руки за спину и шагает в сторону, вновь оказываясь у меня за спиной. – Ещё больше хочется подчинить тебя, – едва слышно добавляет, а я прикрываю глаза. – Скажи, тебя это заводит? Подчиняться мне, – его шёпот ласкает уши, и я сразу же нахожу ответ на его вопрос в своей голове. И не только в голове.

– Нет, – продолжаю гнуть свою линию, хоть и очевидно, по-моему, что я его обманываю. Но это так чертовски весело.

– Врёшь?

– Нет.

– Я тебе верю. – А вот я тебе – нет. Что ты задумал, Раск? – Хочешь, сделаю тебе приятно за то, что ты мне не врёшь?

– Хочу, – выдавливаю из себя одно слово, и через секунду чувствую ладонь Вильяма на своём бедре.

Он прижимается ко мне сзади, а я прикусываю нижнюю губу, замерев в томительном ожидании. Ещё мгновение, и я ощущаю, как средний палец мужской руки скользит между половыми губами, проникая внутрь, и, дойдя до клитора, делает пару круговых движений. Начинаю извиваться в руках Вильяма, а он только крепче прижимает меня к себе.

– Думаешь о Уолкере сейчас? – слышу дьявольский шёпот и чувствую горячее дыхание над ухом.

– По-моему, единственный, кто сейчас о нём думает, – это ты, – издевательски улыбаюсь.

– Забавно. А знаешь, что самое забавное в этой ситуации?

– М? – прогибаюсь в пояснице, прикрыв глаза.

– Ты ведь мне всё-таки соврала. Тебе нравится мне подчиняться, – Вильям резко вставляет в меня два пальца, срывая с моих губ отчаянный стон, и тут же накрывает мой рот второй ладонью. – Знаешь, что это значит? – его губы касаются моего уха, а язык скользит по коже, поднимаясь от мочки наверх.

– Снова наказание?

Раск отстраняется, а я разворачиваюсь, взглянув ему в глаза.

– Хватит с тебя наказаний, – он выгибает бровь, слабо улыбнувшись. – Просто скажи мне кое-что.

– Что угодно, господин.

Боже, а я ведь шучу сейчас, да?

– Скажи, что тебе нравится мне подчиняться. Глядя мне в глаза, – Вильям просовывает руки в карманы брюк.

Продолжаю разглядывать победное ликование в голубых глазах и, не справившись с ним, отвожу взгляд в сторону, нервозно закусив губу.

– Нет, смотри мне в глаза.

Я его ненавижу. Это самое настоящее наказание для меня, и он об этом прекрасно знает. Засранец!

– Я… – вновь пытаюсь отвести взгляд, но быстро возвращаюсь глазами к его. – Мне нравится вам подчиняться, – едва слышно произношу и мягко выдыхаю. Губы Вильяма разъезжаются в стороны, образуя снисходительную улыбку.

– Нравится, значит… – Раск дотрагивается до своего галстука, оттягивая его вниз, и снимает его с шеи. – Так чего же ты мне постоянно перечишь? – шёпотом добавляет, заведя мои руки за спину, и перевязывает запястья, лаская шёлковой тканью кожу моих рук.

– Мне нравится выводить вас из себя, Виль… – не успеваю закончить и уже наслаждаюсь осуждающим взглядом голубых глаз, прожигающих в моей душе дыру, образованную совершением непростительных ошибок. – Господин, – закусываю губу, а Вильям мягко усмехается.

– Ты ведь не можешь обижаться на меня за то, что мне понравилось, как ты называешь меня господином. – Отрицательно мотаю головой, и Раск шумно выдыхает. – Тем более, это была твоя инициатива, – едко произносит, вынуждая меня поджать губы. – А теперь последний вопрос, – Вильям делает шаг назад, окинув меня внимательным взглядом. – Хочешь, я тебе вставлю?

– Хочу.

– Не слышу.

– Я хочу вас, – чуть громче проговариваю, а Раск недовольно дёргает уголком рта.

И чем я ему на этот раз не угодила?

– Не понимаю, Фрея, – его голос пропитывается пренебрежительной интонацией, и я едва заметно вздрагиваю.

– Я неимоверно желаю почувствовать вас в себе, господин.

Вильям шагает вперёд, а я замираю, вглядываясь в его глаза. Чувствую себя так, как будто жду первого поцелуя с мальчиком, который мне очень сильно нравится. Мышцы каменеют, ноги подкашиваются, в горле пересыхает.

Внезапно понимаю, что не хочу, чтобы он как обычно был грубым, хоть меня это и заводит. Теперь я хочу – по какой-то неведомой для меня причине – увидеть его нежность, заботу, ласку и любовь.

Это что, чувства, которые мы договорились не испытывать, да?

– Я готов исполнить твоё желание, – едва слышно произносит Вильям и наклоняет голову.