Неправильный треугольник - Северная Виктория

— Я что-то пропустил? — поинтересовался он.

— У меня выдался тяжелый день, — призналась Кузнецова. — Думаю, что каждая свободная и не очень женщина, работающая в этом здании, уже разработала план по завоеванию тебя или Марка. Я чувствую себя слегка собственницей, потому что каждый взгляд в вашу сторону воспринимаю, как посягательство на мою собственность. Я не хочу вас ни с кем делить!

Она высказала, что у неё тяжелым камнем лежало на сердце. После истории с Леной Злата по-другому стала смотреть на флиртующих с её мужчинами дам и не боялась им в этом признаться.

Мужчины переглянулись, и Марк резко поднялся, посмотрев на выход.

— Эй, ты куда? — Злата не хотела оставаться наедине с Филиппом. Она рассчитывала на крышесносный секс, а не на задушевные беседы. Она пока не готова к ним.

— Надо позвонить Марго, — усмехнулся Марк, подмигнув. — Буду слёзно умолять, чтобы мой верный секретарь вернулась на работу раньше времени и избавила нас от присутствия Лизочки…

Он весьма натурально передёрнулся. Злата криво усмехнулась, но не стала комментировать очевидное. Лизочка не просто так строила грандиозные планы в отношение Марка. Еще до того знаменательного момента, когда Золотова стала Кузнецовой, когда они с Марком были просто друзьями, он переспал с настырной блондинкой, и, судя по всему, даже не помнит этого. Зато Лиза трогательно хранила светлые воспоминания и была весьма впечатлена его способностями в постели. Всю эту информацию Кузнецова узнала из сплетен, которые активно курсировали в офисе. Ей практически сразу донесли, что её муженек в свое время успел многих сотрудниц осчастливить своим вниманием. Оксана, её помощница и администратор кафе, провела тщательное расследование и довольно быстро дала полный отчет о прошлых похождениях Кузнецова.

Муж тем временем подошел к ней и ласково поцеловал в щеку:

— Вам надо поговорить, — серьезно сказал он, — и не только…

Злата скривилась. С Марком после ухода Филиппа их отношения стали только ближе, и муж знал все её страхи и сомнения. Похоже, он устал ждать, пока она сама решится на активные действия, и решил свести её и Филиппа.

— Какой же ты…— она не закончила и покачала головой, но Кузнецов понял без слов.

— Какой уж есть, — усмехнулся он, — и вы любите меня таким, так что меняться я не собираюсь.

Еще раз поцеловав её только уже в губы, он вышел из конференц-зала. Послышался щелчок закрываемого замка.

— Он, что, — она округлила глаза, — нас закрыл здесь?

— Похоже на то, — Филипп этим обстоятельством, кажется, был доволен. Он накрыл её руку своей большой ладонью. — Думаю, нам давно пора нормально поговорить и наконец расставить всё по местам.

Злата посмотрела на него взглядом затравленного кролика.

— Может, просто сексом займемся? — предложила Кузнецова. К сексу с ним она уже давно была готова, а вот услышать подробности причин, из-за чего Филипп бросил их, Злата не слишком хотела. Трусость, конечно, но она боялась услышать болезненные и неприятные вещи.

— О, мы обязательно займёмся любовью, — многообещающе произнес Мельников, — но для начала я должен знать… Ты простила меня?

Вот так просто и в лоб. И что она должна ему ответить?

— Фил, — начала Злата и тяжело вздохнула, — ты живешь со мной в одном доме, мы едим за одним столом и я достоверно знаю, что Марк в отличие от меня уже занимался с тобой сексом. Думаешь, я бы позволила всему этому происходить, если бы не простила?

— И тем не менее…? — подталкивал её к откровению Мельников. Когда Филипп хотел, он становился весьма и весьма въедливым. Легче сказать правду, иначе измучает её и душевно, и физически.

— И тем не менее, — послушно продолжила Кузнецова, — мне до сих пор больно и обидно. Я не могу по щелку пальцев заставить себя забыть. Это уже второй раз, когда ты уходил от меня, и каждый стал испытанием на прочность, которое я бы не хотела снова проходить.

— Я понимаю, — серьезно сказал он, — правда, понимаю, Злат, но проблема в том, что держа меня на расстоянии, ты не сможешь преодолеть все свои страхи. К сожалению, я их в тебе породил. Мне их и исправлять. Но если ты не дашь мне приблизиться к тебе, действительно приблизиться и в сексуальном, и в моральном смыслах, то у нас не получится восстановить доверие.

— Филипп, я действительно хочу тебе поверить, — грустно произнесла она, — но мне действительно страшно…

Он взял её ладошки в свои большие руки и сел перед ней на корточки.

— Знаешь, что я понял за то время, что провёл вдали от вас? — спросил он просто. Она отрицательно покачала головой. — Я понял, что у других женщин в мире нет ни единого шанса занять твоё место в моей жизни. Ты, Марк и Милана — самые дорогие мне люди. Вы действительно моя семья. Но мне трудно притворяться, что это не так. Тяжело на людях делать вид, что вы мне не принадлежите, сохранять отстраненность и отвечать что-то нейтральное интересующимся моей личной жизнью. Но то время пока я думал, что ты села в тот самолет… Это были самые страшные минуты в моей жизни, но они на многое раскрыли мне глаза. Неизвестно, что ждет нас впереди, но своё настоящее я хочу разделить с тобой и Марком, а всё остальное я преодолею. Ты веришь мне?

Она хотела. Очень хотела.

— Ты мне веришь? — повторил он вопрос, проведя большим пальцем по тонкой коже на её запястья, отчего Злата вздрогнула.

Посмотрела ему в глаза. Там было столько всего… Вина, любовь, страсть и надежда. Много-много различных оттенков эмоций. Ничего скрывал. И она тонула в этом водовороте чувств.

Медленно, очень медленно кивнула.

— Позволь мне поцеловать тебя, — прошептал неожиданно хриплым голосом. Фил сказал это так, что становилось понятно, что не только поцелуй имелся в виду.

— Заставь меня довериться тебе, — неожиданно бросила вызов. — Заставь меня отбросить все страхи и сомнения!

Едва стоило её словам растаять в воздухе, как на её губы накинулся оголодавший мужчина. Её мужчина. Не было прелюдии. Он просто притянул Злату к себе и стал пожирать её губы. Язык проник ей в рот и стал разбойничать там, заставляя девушку задыхаться от разгорающейся страсти. Слишком откровенно,