Грешники - Дана Блэк

Можно.

Но вряд ли это правда.

- Что с отцом? - охрипла. Откашлялась. - Кирилл. Не делай ему ничего.

- Все, что я делаю, любимая - так это стою под окнами и жду свою гулящую супругу. Сама выйдешь или за тобой подняться?

Поморщилась - муж даже притвориться не пытается, что приехал извиняться. Посмотрела на мужскую фигуру в салоне Сааба и представила, что будет, если я позову Савву с собой.

Защищать жену лучшего друга от самого друга.

Он мне так и не ответил, уйдет ли от Светы, а тут еще и Кирилл, мой отец...

Столько навалилось лишь из-за того, что я поднялась тем вечером на соседское крыльцо.

Будь проклят тот день.

- Выйду, - пообещала и бросила трубку. Вернулась к машине и распахнула дверь, сунулась в салон.

Савва повернулся. Руки лежат на руле, он барабанит длинными пальцами по оплетке.

Я не знаю, с чего начать, и мнусь.

- Развод обсуждали, соседка? - подал он, наконец, голос. Изучил меня внимательным потемневшим взглядом.

На панели вспыхнул его сотовый.

Савва бросил краткий взгляд на экран.

- Жена потеряла? - в моем вопросе столько сварливости и дурацкого яда, что хочется язык себе отрезать, но я просто не могу молчать. - Возьми трубку, давай. Вместе послушаем, что скажет.

- Прекращай, - его голос спокойный, в отличие от моего, он собой владеет прекрасно, а я от нервов, ревности и несправедливости почти подпрыгиваю на месте.

И говорю вовсе не то, что надо.

- Ты не разведешься с ней, да? Ответь прямо сейчас. Отвечай.

- Злата, - позвал он предостерегающе. - Тон сбавь.

- А если не сбавлю?

Телефон продолжает трезвонить, хочется схватить его и грохнуть об асфальт, чтобы заткнулся, а потом встряхнуть Савву за грудки и...

На самом деле, я и сама все вижу, не дура.

Это я замужем около месяца и терять мне нечего, я влюблена без памяти. А что чувствует он - не знаю, того, что я его возбуждаю и меня можно трахать, привязанной к клетке - явно недостаточно для развода.

А мне нужно, чтобы так же.

Чтобы он из головы меня не выпускал ни днем, ни ночью.

И звонил чаще одного раза в неделю.

- Не хочешь отвечать мне - значит, езжай к ней! - выкрикнула и в сердцах хлопнула дверью.

И с этим хлопком пожалела о своем поступке так сильно, что едва не бросилась открывать дверь обратно.

Замерла на месте и всё внутри меня замерло, словно после громкого крика в горах, краткий миг перед тем, как лавина обрушится, не уезжай, пожалуйста, только не уезжай - эта мольба молотком застучала в висках.

Черный Сааб постоял еще немного.

А потом сдал назад, резко развернулся и рванул вперед, с каждой секундой отдаляясь от меня, пока не скрылся за поворотом.

Он уехал.

А я осталась тупо стоять у бара, слушать смех и музыку и проклинать всё на свете.

Ну зачем, зачем такие чувства.

Вытерла мокрые ресницы и поплелась в сторону дома.

По пути сбросила пару звонков от мужа, еще два раза набрала папе и снова нарвалась на автоответчик.

В свой двор зашла, будто на казнь и сразу увидела мужа - стоит под деревом, прислонился к капоту и лениво наблюдает за компанией в беседке - один из парней на весь двор горланит под гитару армейскую песню.

- Сюда, любимая, - Кирилл махнул рукой, словно я заблудиться могу. Обошел машину и распахнул переднюю дверь. - А чего без сумки?

- Папа где? - остановилась напротив.

- В клинике. Как и обещал - лечится от алкоголизма, - Кирилл широко улыбнулся. - Хороший у тебя муж? Целовать вот сюда, - пальцем он ткнул в гладковыбритую щеку.

- В какой еще клинике, - не поверила. - Папа сам бы туда не лег. А без согласия родственников...

- Я тебя умоляю, - Кирилл закатил глаза. - Можно и обезьяну в больницу устроить - были бы деньги. Ну? Садись.

- Я не поеду.

- Нет ты поедешь, Злата, - муж двинулся на меня, заставляя попятиться. - Я выразился как-то неясно или что? Пока ты со мной - с твоим отцом все нормально. Чистая палата, трехразовое питание, прогулки на свежем воздухе и сончас. Откажешься ехать, - Кирилл усмехнулся, - завтра же тебе позвонят с рассказом о том, как твой папаша тайком напился медицинского спирта. И очень жаль, что с лекарствами его мешать было нельзя. Примите наши соболезнования. Ты все поняла? - он перевел дух, полюбовался моим побледневшим лицом. И с удовлетворением кивнул. - Тогда заткнулась и села в машину.

Глава 46

- Красивые цветы для моей красавицы жены, - повторил Кирилл фразу, которую я слышу вот уже две недели каждый вечер и положил на стол передо мной букет.

- Ах, - ахнула Света. Отставила в сторону бокал и подняла розы, перевязанные нежно-розовой лентой. - Нет, ты только посмотри, Злат. Шикарные. Не муж, а зайка.

- Попрыгайка, - подтвердил Кирилл и чмокнул меня в щеку.

От него слегка пахнет выпивкой - едет из ресторана, с какого-нибудь делового ужина, прямиком домой, как приличный муж.

- Спасибо, - отозвалась. - Правда, красивые.

Как и вчерашние, и те, что он дарил неделю назад - букеты до сих пор стоят в гостиной, пока не завяли.

- Есть что поесть? - от веселого тона мужа хочется выйти в другую комнату. Он распахнул холодильник и оглядел пустые полки. - Любимая, ужин опять не приготовила?

- Тебе не нравится.

- Я был молод и глуп и мне стыдно, - Кирилл обернулся, широко улыбнулся. - Злата, милая. Не дуйся. С удовольствием бы сейчас навернул...домашнего борща.

Не дождавшись моей реакции он перевел взгляд на Свету.

- Нет, родной, на меня даже не смотри, - она расхохоталась. - Если не хочешь отравиться - держи меня подальше от кастрюль.

- Бедный Савва. Жестокая ты женщина, Светлана.

- Он заслужил.

Они шутят и смеются. За окном темно и по стеклу барабанит дождь, а в кухне сухо и горит неяркий уютный свет.

Середина августа.

И, кажется, не было никогда этого июля в моей жизни и Саввы, Кирилл не поднимал на меня руку, и я не