Круги на воде - Алеата Ромиг

Веки Нат задрожали, а внутри всё сжалось.

Его рука проследовала на её зад.

— Как твоя пылающая кожа блестит, когда я отмечаю её своей рукой или хлыстом. — Он медленно перевёл руку вперёд, поглаживая бедро, рёбра, округлости груди. Он словно возносил почести тому, что скрыто одеждой, занимался с ней любовью с помощью одних только слов. Добравшись до подбородка, он слегка его прищемил, побуждая её открыть глаза. — Знаю, как великолепны твои глаза, когда блестят от удовольствия и боли. — Он мягко её поцеловал. — Как ты одаряешь меня великой честью, делясь со мной своей улыбкой и своими слезами.

— Дек…стер… — она растянула его имя. Её соски затвердели под бюстгальтером и свитером.

— Моя Нат, у меня перехватывает дыхание каждый раз, когда я вижу тебя. Каждый раз с того момента, когда я впервые увидел тебя, с первого раза и теперь навсегда. Я потерялся в тебе. Я говорил тебе, что у тебя нет контроля, но это нет так. Настоящая власть у тебя. Только ты можешь разбить мне сердце.

Она покачала головой.

— Никогда.

— Одетая для перелёта, для торжества или раздетая и разбитая — никогда не сомневайся, что я смотрю на тебя как на восхитительную и манящую под всеми обёртками. Ты прекрасна снаружи и внутри.

С горящими щеками она прильнула к нему, её грудь трепетала.

— Я просто хочу сделать тебя счастливым.

— Ты это делаешь, просто будучи такой, какая есть. Тебе не надо стараться.

Она отступила на шаг и посмотрела на одежду, которая её раздражала несколько минут назад. Может, она не так плоха? Пожав плечами, она спросила:

— Так всё нормально? Тебе эта одежда на мне нравится?

Декстер засмеялся и ещё раз окинул её взглядом сверху донизу.

— Сегодня. Да. Не думаю, что приемлемо вести тебя в самолёт голой. Уверен, люди будут судачить. — Он приподнял бровь: — Но когда мы будем в воздухе…?

— Свой самолёт? — спросила она.

— Я не летаю коммерческими рейсами… если только на это нет причины. Знаю, что ты сама выбрала такой в прошлый раз. И как тебе?

На этот раз была очередь Нат смеяться.

— Поначалу не особенно. Но теперь я довольна.

— Довольна?

— Более чем довольна, Декстер. У меня есть всё, потому что у меня есть ты.

Он подмигнул:

— Думаю, с этого момента мы остановимся на частных.

— Хорошо. Значит ли это, что я не должна буду…

Декстер приложил палец к её губам, останавливая вопрос. Затем, взяв за руку, он повёл её к дивану, стоящему у больших окон спальни.

Следуя его указанию, она села, их колени соприкоснулись.

— Я сказал тебе, что у меня есть кое-что, чтобы чувствовать себя лучше. И я не имел ввиду коктейль.

— Что…?

Он соскользнул с дивана и опустился на одно колено.

У неё волосы зашевелились на затылке от смущения. Их положение было неправильным. Это она всегда стоит на коленях на полу.

— Натали Роулингс… — он полез в карман и вынул кольцо, кольцо с бриллиантом. Самое красивое из того, что она видела.

— Прошлый раз, когда мы летели, я сказал тебе, что однажды ты заслужишь настоящие кольца. Я тебе обещал также, что они будут намного изысканнее, чем то фальшивое. Надеюсь, это так. Оно принадлежало нескольким поколениям моей семьи. О чём я не знал тогда, так это о том, что ты сама намного изысканнее, чем я мог себе представить. Ты моя любовь, моя жизнь, моя королева. Я обещал тебе, что никогда не покину тебя и не позволю тебе уйти, но, пока мы не сели в самолёт, я хочу, чтобы мы сделали всё официально.

— Натали, ты станешь моей женой? Выполнишь ли ты своё обещание никогда не оставлять меня, всегда любить меня и быть всем для меня?

Не дав ей ответить, он добавил:

— И я буду делать всё, что в моей власти, чтобы быть всем для тебя.

Натали уже не видела кольца. Всё, что она видела, это любовь и восхищение в глазах мужчины, которого она боготворила, любила, которым восхищалась. Этот мужчина видел её в худшие моменты и превознёс до высот, о существовании которых она и не догадывалась. Он был её королём и дьяволом. Она была его, телом и душой. Она провела пальцами по его светлым волосам.

— Декстер, я люблю тебя.

— Клоп, я тоже тебя люблю. Но это не ответ.

Она кивнула.

— Ответ. Это ответ на все вопросы, которые ты мне будешь задавать до конца жизни. Я люблю тебя. Я доверяю тебе. Я твоя. Я буду твоей женой и твоей королевой или твоим рабом, или просто твоим спутником. Я буду тем, кем ты пожелаешь меня видеть.

Он приподнял её левую руку и надел на палец кольцо со сногсшибательным бриллиантом.

— Моя жена и королева навсегда.

Натали кивнула.

— Да, я выйду за тебя. — И затем она тоже соскользнула с дивана и опустилась на колени. — Я навсегда привязана к тебе.

Их губы встретились, и они скрепили договор поцелуем.

— Женимся сейчас? — неуверенно спросила она. Если бы он этого захотел, она без колебаний послушалась бы.

— Не лучше ли тебе всё спланировать со своей матерью?

К ней вернулся страх, который она чувствовала ранее, и она опустила голову.

Он поднял её подбородок.

— Клоп?

— Да, — сказала она, — я это хочу. Я бросила их. Я не хочу, чтобы ещё и моя свадьба прошла без них.

Он улыбнулся.

— Тогда не будем. Подождём.

— Но что, если они не хотят, чтобы я вернулась?

— Я показывал тебе письма на почте. Нат, они хотят, чтобы ты вернулась.

Она глубоко вздохнула.

— Не думаю, что смогу встретиться с ними без тебя.

— Я буду там.

Позже, когда Декстер помогал Натали надеть шерстяное пальто, она снова подумала, как оно тяжело для плеч. Но потом, когда, выходя в переднюю дверь виллы к поджидавшей машине, у неё перехватило дыхание от морозного горного воздуха и щиплющего щёки ветра, она оценила его. Над белым покрывалом снега светило ослепляюще яркое солнце.

Она не была уверена, что смогла бы выйти в этот мир, если бы не сильная рука Декстера, покоящаяся на её пояснице. Было слишком много ощущений, слишком много всего.

— Ты в порядке? —