(Не) пара для миллионера - Анна Бигси

– Я не понимаю… – невольно хмурюсь я, пытаясь разгадать этот ребус. – Какой деятельности? Я забочусь о братьях, делаю для них все, что в моих силах…

– Вы делаете недостаточно, – сухо замечает она и трясет папкой перед моим лицом. – Я составлю отчет о посещении вашей семьи, и он будет далеко не радужный.

– Какой отчет? – шепчу я, впадая в ступор. – Зачем?

– Вот мой номер. – Екатерина Федоровна протягивает мне свою визитку. – Пусть позвонит ваш отец, я ему все объясню.

– Но… но… – пытаюсь что-то сказать, но ничего членораздельного не получается.

– Разговор окончен. Всего доброго. – Она разворачивается и выходит за дверь, а я остаюсь стоять на месте, глядя в пространство перед собой невидящим взглядом.

Мысли в голове путаются, наскакивая друг на друга. Она что, хочет сказать, что у меня могут забрать детей? Леденящий душу страх сковывает горло, мешая нормально дышать, а по телу ползут колючие мурашки.

– Постойте, – наконец прихожу в себя и бегу за ней. Догоняю почти около калитки. – Так же нельзя!

– Вот и я об этом говорю, – отмахивается Екатерина, недовольно поджимая губы и едва не врезается в массивную мужскую фигуру.

– Что здесь происходит? – Павел появляется так вовремя, что даже не верится.

– Паша, – кидаюсь к нему и умоляюще шепчу. – Это из опеки. Они хотят забрать мальчишек…

– Чего? – хмурится он и смотрит на Екатерину сверху вниз, буквально придавливая взглядом к земле. – На каком основании?

– А вы, собственно, кто? – Она сразу подбирается и надменно вскидывает подбородок.

– А я-то… – хмыкает Павел и берет ее за локоть. – Пойдемте, я вам все объясню… – уводит в сторону своего дома, делая мне знак остаться здесь. Провожаю их взглядом и нервно ломаю пальцы в ожидании. Надеюсь, он сможет договориться…

Глава 33. Павел

Опеки нам, конечно же, не хватало для полного счастья. Так и знал, что нельзя уезжать, потому что непременно случится какая-то дичь. Прямо чувствовал, и интуиция не подвела. Проблемы не заставили себя долго ждать.

Чтобы оценить ситуацию и вмешаться, потребовалось доли секунды, но теперь надо как-то вырулить в нужном направлении.

– Куда вы меня тянете? – возмущается тетка, похожая на Шапокляк, и пытается вырвать руку, но я держу крепко и уверенно веду ее к своему дому. Там нам никто не помешает обсудить важный вопрос.

– Поговорить по душам, – хмыкаю и открываю калитку, пропуская Шапокляк вперед.

– Вы с ума сошли? – Она старается притормозить. – Я вообще-то при исполнении.

– Тем лучше. Мы как раз на эту тему и побеседуем, – распахиваю дверь в дом и завожу ее внутрь. – Проходите, пожалуйста, – наигранно распинаюсь и закрываюсь изнутри, чтобы не сбежала.

– Что вы себе позволяете? – Шапокляк, наконец, получает свободу и впивается в меня гневным взглядом.

– Всего лишь хочу угостить вас кофе, – говорю невинно, расплываюсь в самой что ни на есть обворожительной улыбке и жестом приглашаю на кухню. – Присаживайтесь.

– Ну раз кофе, – фыркает та и, надменно вскинув голову, проходит мимо меня к столу.

«Вот грымза и есть грымза», – хмыкаю про себя. На лицо прогрессирующий недотрах, только помочь ей в этом вопросе я вряд ли смогу. А вот угостить хорошим кофе – это запросто. Включаю плиту и достаю турку.

– Как вас зовут? – участливо интересуюсь, стараясь расположить к себе.

– Никитина Екатерина Федоровна. – Она оборачивается в мою сторону и сканирует оценивающим взглядом. Не светит тебе ничего, успокойся.

– Козырев Павел Сергеевич, – достаю из кармана визитку и протягиваю ей. Залипает, рассматривая золотые буквы на белом фоне. Дорого и лаконично. Сам выбирал дизайн, настаивая, что визитки должны производить впечатление достатка. Судя по тому, как меняется лицо Шапокляк, старался не зря.

– Так по чьей просьбе, вы говорите, решили наведаться? – словно между делом спрашиваю и ставлю на стол две чашки с ароматным кофе.

– Я ничего не говорила и не скажу, – обиженно надувает губы, но чашку все же берет.

– Почему?

– Потому что не наведываюсь по просьбам, – чеканит каждое слово, словно заучивала наизусть. – У нас существует регламент, которому мы неукоснительно следуем.

– Отлично, – елейно улыбаюсь, подстраивая разговор под новые вводные. – Какой пункт регламента стал отправной точкой в вашем увлекательном путешествии в нашу деревню?

– Анонимный звонок, – нехотя признается Шапокляк и начинает хмуриться, отчего ее лицо приобретает еще более гадкое выражение. Вот вроде не старая, но ведет себя словно сварливая бабка.

– Всего лишь? – удивленно приподнимаю бровь.

Делаю глоток и понимаю, что забыл предложить сахар и молоко. Подрываюсь на ноги и исправляю оплошность. На столе появляются сахар в кубиках и сливки, а также печеньки с конфеты, что не доели мальчишки.

– Да, нам позвонили и вкратце обрисовали ситуацию. – Екатерина кладет пару кусочков сахара, наливает сливки и не спеша помешивает. – А мы обязаны реагировать.

– Кто позвонил?

– Да я не знаю, говорю же, анонимное донесение.

– Что вы собираетесь делать дальше?

– Да ничего, – равнодушно пожимает плечами, делает глоток и щурится от удовольствия.

– Составлю отчет, а там уж пусть начальство решает…

Расплываюсь в довольной улыбке. Кажется, я на правильном пути.

– Можно мне взглянуть на детали отчета?

– Зачем? – Екатерина поджимает губы и качает головой. – Это не положено.

Рассматриваю ее внимательнее, ловя каждое движение. Что-то мне подсказывает, что денег она не возьмет. Да и запугивать женщину как-то не в моих правилах. Жалко здесь нет Ивана, вот он у нас любимчик женщин. А я уж и не помню, как это делается.

– Да бросьте, – говорю вкрадчиво и смотрю прямо в глаза. – Я никому не расскажу…

Мой хрипловатый голос заполняет собой тишину. Екатерина застывает, лишь зрачки неумолимо расширяются.

– Ну хорошо… – сдается она и протягивает свою папку. – А вы кем приходитесь этой семье?

Вот тут, конечно, неувязочка вышла. Но папка уже в моих руках, поэтому мой ответ ничего не испортит.

– Будущий муж Лидии, – кидаю небрежно, открываю отчет и пробегаюсь глазами по заметкам, что оставила Шапокляк. Вот вроде женщина, должно быть какое-то сочувствие и понимание. Солидарность, в конце концов, но нет. Засаживает девчонку по полной.

– Она не говорила…

– Она сама еще не знает, – хмыкаю я, достаю бархатную коробочку из кармана шорт и кладу на стол. – Можете открыть.

Екатерина открывает крышку и ахает. Глаза ее загораются от желания обладать этим кольцом. Кто бы сомневался.

– Очень красивое, – шепчет и нервно сглатывает.

– Нравится? – лукаво усмехаюсь я, прекрасно зная, что играю на алчности этой женщины.

– Безумно…

– Хотите примерить?

– Как-то неудобно, – мнется Екатерина,