Богиня для плохиша - Алекс Найт

— Прости, Арти, Эд все тянет с оплатой, сама на мели, только последняя подработка выручила с наличностью. Это я зря столько на кокосовый рай выделила, — Мика заглядывала в мои глаза с опаской, думала, что я буду злиться на нее.

Только на что мне злиться? Заказы как правило приходят ей, мне и не приходится искать работу. Это последний месяц у нас выдался не самым удачным. Заказы выполнили, а оплату задерживают.

— Слушай, мне тут просили декорацию сделать для детского конкурса, давай я тебе отдам, — предложила Мика. — Там работы буквально на ночь, заплатят правда тоже немного, десять тысяч.

— Хоть что-то. А ты?

— А мне некогда я меч с ножнами Асуны делаю и зубастую книгу из Гарри Поттера. Кокосик не высыпается, — пожаловалась Мика, умильно заглядывая в мои глаза.

— Бедный кокосик, — я погладила ее по голове.

Итак, обговорив все детали с заказчицей я отправилась в магазин, чтобы закупить необходимые материалы. Пришлось отменять свидание с Андреем и ехать к Мике, ведь красок и многих материалов у меня не было.

В целом ночь прошла весело, Мика занималась мечом, я декорациями. Она пила вино, я чай, и мы много смеялись, но спали мало. Зато я закончила декорации.

В девятом часу приехала заказчица со своей дочерью. Мика только выползла из кровати и пыталась продрать глаза. А я уже была собрана. Ведь после сдачи заказа нужно ехать в универ на пары.

— Это что? — женщина смотрела на представленные декорации с почти искренним непониманием.

Ее дочь, десятилетняя девочка, наоборот с восторгом взирала на сцену, с изображенными на ней лесными мотивами.

— Мы договаривались о другом, — заявила женщина.

После бессонной ночи я соображала туго. Но все же извлекла из кармана телефон и открыла нашу переписку, где отправляла фото всех стадий работы, в том числе и эскизов декораций.

— Я отправляла вам фотографии. Все выполнено по одобренным вами эскизам.

— Это же просто картина! Я рассчитывала, что декорации будут объемными, кусты и кроны деревьев расправляться.

— Мы не обговаривали таких моментов, — включилась Мика, подозрительно прищурив голубые глаза. — Объемное изображение предполагает более сложную механику. Вряд ли бы кто согласился вам выполнить ее за десять тысяч.

— Да что вы говорите? Я рассчитывала на одно, а вы мне что подсовываете? У моей дочери завтра выступление, а декорации не готовы!

— Они готовы исходя из ваших эскизов, — уже злясь поговорила я.

— Ваша работа не по моим запросам. Она меня не устраивает.

— Если не устраивает, зачем тогда подтверждали эскизы? Там же все видно. И механика в заказ не входила, — продолжала Мика. — Вы понимаете, что декорации с механикой стоили бы в два раза дороже? К вечеру доработаем, но и цена возрастет.

— Пойдем, милая, придется мне самой делать декорации, — женщина отвела от нас надменный взгляд и потянула дочку к выходу.

Мика добрым нравом не отличалась, подождала, пока девочка обуется, после чего выкинула сапоги женщины в коридор и ее вытолкнула.

— С вами ни один бутафор города не будет работать, уж я это устрою! — заявила она, захлопнув дверь перед носом разоравшейся женщины.

— Кидалово, — пробормотала Мика. — Потому она и не переслала деньга на материалы.

— Черт, это были мои последние деньги, — обессилев, я рухнула на диван.

На учебу я ехала в самом ужасном настроении. Ситуация с заказом все еще не отпустила. Надо было требовать деньги вперед хотя бы на материалы, сама виновата. Не говоря о том, что из-за заказа я почти не спала. Еще и парковочное место не найти в это время дня. И вот сейчас я медленно ехала вдоль припаркованных машин, предварительно проверив парковочную площадку возле университета. Но там редко везло с местами, сегодня было не исключением.

Надавив на тормоз, я остановила машину возле свободного места. Достаточно широко, даже я смогу заехать. Но первая попытка не удалась, как и вторая. После третье попытки я отъехала, тяжело вздохнула. Было жарко, невольно казалось, что за мной наблюдают и смеются над моей неопытностью.

— Дурацкий день! — со злости ударила ладонями по рулю, прислонилась лбом к теплой кожаной оплетке. Пассажирская дверь вдруг открылась, заставив меня испуганно вскинуться.

Максим вольготно расселся в кресле, сразу закрыв за собой дверь. Итак плохое настроение начало скатываться куда-то уж совсем к самым недрам земли. Казалось, он заполнил собой весь салон автомобиля, в нос ударил свежий аромат его одеколона, отчего даже воздух казался тяжелым, вязким. Мне было трудно дышать, трудно не смотреть на него. И эта его улыбка так раздражала.

— Ты следишь что ли за мной? — прошипела я зло. Вот что ему надо? Почувствовал, что у меня паршивый день и решил окончательно его испортить?

— Конечно, — невозмутимо ответил он. — Высматриваю тебя в универе, каждый день проверяю твой инстаграм, даже засыпаю с мыслями о тебе.

Я вспыхнула до кончиков ушей. Что за вопрос? Зачем ему следить за мной? Он смотрел в мои глаза серьезно, ожидая реакции, будто все, что он сказал правда. Ему стоило бы хоть улыбнуться или позлорадствовать, но ничего подобного не происходило. Сейчас мне было стыдно за свою резкость.

— Давай помогу, — предложил он, так и не дождавшись от меня никакого ответа.

— Не поняла.

— С парковкой. У тебя, кажется, не получается параллельная.

— Кажется? Да я лох парковки, — пришлось тяжело вздохнуть, чтобы не наорать на него. Максим то не виноват в моей несостоятельности как парковщика.

— Как скажешь, — легко согласился Максим. — Подъезжай к соседней машине, близко, где-то с полуметр дистанцией.

— Ладно, — я дала задний ход, глубокими вздохами пытаясь совладать с раздражением и злостью.

— Остановись так, чтобы ваши задние колеса были на одном уровне.

Как только достигла нужного уровня, я остановила машину, уже с интересом ожидая новых инструкций.

— Максимально выкрути руль в сторону поворота и врубай заднюю.

Снова подчинилась, машина начала медленно заезжать на парковочное место.

— Как только угол бампера машины будет указывать на твое зеркало, выравнивай колеса.

А ведь получается! И что инструктор не мог вот так вот объяснить? Под руководством Максима я легко поставила машину на парковку выровняв ее вдоль тротуара. И не придется топать по пятнадцать-двадцать минут к машине. На фоне пусть и маленькой радости, напряжение отступило.

— Спасибо, — уже искренне поблагодарила я, повернувшись к Максиму.

И вздрогнула, когда мы встретились взглядами. Все это время он неотрывно рассматривал мое лицо. Я тоже невольно начала изучать почти забытые черты. Светлая кожа, широкий разлет густых бровей, ровный нос и губы с яркой линией, которые вновь растягивались в улыбке. Обаятельной и в