Порочные занятия - Сигги Шейд

— Тщщ… — шепчет он на ухо. — Все хорошо.

Я тяжело дышу, не знаю, как долго мы сидим вот так, прижавшись друг к другу, но тело тает. Крошечная искорка здравого рассудка в глубине подсознания спрашивает, почему я ищу утешения в объятиях мужчины, который унизил меня, но я лишь тушу ее со вздохом.

Когда мое дыхание восстанавливается, отодвигаюсь и встречаюсь глазами с его теплым взглядом.

— Я хочу пить, — получается шепотом.

Его глубокий смешок с вибрацией проникает внутрь моей груди.

— Думаю, у меня есть кое-что, что тебе понравится.

Я отрываю и закрываю саднящую челюсть.

— Спасибо, но тогда я предпочту порку.

Профессор Сегал кивает в сторону настенных часов, разжимает объятия и опускается обратно на стул.

— Ну, тогда давай, — он хлопает по ногам. — Ложись на колени.

— Но мой зад до сих пор болит после субботы.

— Я не стану повторять.

Мой взгляд устремляется к двери. На нано секунду я задумываюсь и оцениваю шансы выбежать в коридор. Но безумная часть меня хочет узнать, что же он будет делать дальше.

Я ложусь поперек его колен, и профессор кладет руку мне на поясницу, чтобы поддержать. Возбуждение трепещет в каждом нерве, но мышцы напрягаются в ожидании жгучего шлепка.

Он выдвигает ящик и достает что-то, что с легким стуком ударяется о поверхность стола.

Кожаный пэддл?

Мурашки пробегают по позвоночнику.

Он бы не стал.

Затем я слышу щелчок, как будто открылся тюбик, мои брови сами собой сдвигаются, и я спрашиваю:

— Что Вы делаете?

Он отодвигает мои трусики в сторону, и проводит кончиком пальца от киски к заднице, и обводит вокруг дырочки таким нежным движением, что тело расслабляется.

— Ох… — вырывается у меня с придыханием.

— Тебе нравится?

Блять, да.

— Вполне.

Он продолжает блуждать кругами вокруг дырочки, поднимаясь и опускаясь к складочкам, пока я не впиваюсь в его ногу.

— Еще.

— Ты уверена?

— Пожалуйста.

В ответ я чувствую что-то влажное и скользкое, и все мои мышцы сжимаются.

— Это снова гель?

— Смазка, — следует нежный шлепок. — Расслабься.

— Хорошо, — я отпускаю напряжение. — Вы хотите сделать это пальцами?

— Как ты хочешь, чтобы я подготовил тебя к аналу? Пальцами или игрушкой?

— И так, и так. У Вас есть анальная пробка? — спрашиваю я.

— Не совсем, — отвечает он, заполняя мой задний вход чем-то тонким и эластичным.

Я сжимаю зубы.

— Профессор?

— М-м-м? — он кругами массирует оба моих бедра, но я не смогу расслабиться. Точно не смогу, пока не раскрою его коварный план.

— Почему она такое маленькая?

— Это небольшой план, который я придумал для тебя прошлой ночью, — отвечает он. — Чтобы в будущем удержать от плохого поведения во время моих лекций.

— Но я не…

— Ты хотела довести меня до такого стояка, что я бы даже думать связно не мог от мысли о моем члене у тебя во рту, — он сжимает руку на заднице.

Я шиплю сквозь зубы.

— Но это была всего лишь шутка.

— Не нахожу ничего смешного в том, чтобы любоваться тобой, лижущей банан.

Он тянется за чем-то к столу, и вставляет это между складочками моей киски. По ощущению, оно сделано из пластика и по размеру не больше фонарика.

— Эм… профессор, что это?

— Это надувная анальная пробка на дистанционном управлении.

Горло сжимается так, что я почти задыхаюсь.

— Для чего это?

— Чтобы подготовить тебя. Ты понадобишься мне сегодня чуть позже, — он возвращает мои трусики на место и нежно подталкивает.

Уловив подсказку, я поднимаюсь с его колен и расправляю юбку. Профессор Сегал сидит в кресле, а его взгляд блуждает по моей фигуре вверх-вниз.

Я даже не могу полностью насладиться его вниманием, ведь разум занят как мыслью о пробке, так и перспективой встретиться с ним после занятий.

— Я думала, мы встречаемся завтра.

— План изменился, — он снова переводит взгляд на стол и закручивает крышку тюбика со смазкой. — Я хочу, чтобы ты явилась ко мне домой в воскресенье в полдень на обед.

— Приготовите жаркое? — спрашиваю я, прищурив глаза.

Он забрасывает тюбик в шкафчик стола, закрывает его, и снова бросает взгляд на меня.

— Да.

Бабочки роем взмывают в моем животе.

— Угу… хорошо.

Легкая улыбка касается его губ, и это незначительное движение заставляет сердце трепетать. Но прежде, чем я успеваю насладиться моментом, он выпроваживает меня. Хватаю свою сумку с книгами и иду к двери.

Под воскресным обедом имелось в виду приглашение на двадцать четыре часа, я уверенна. Сколько извращенного секса может выдержать девушка, прежде чем взорвется?

Я уже на полпути по коридору, когда понимаю, что:

1) Я ума не приложу, как работает эта помпа.

2) Следующее занятие — макроэкономика.

3) Которую ведет профессор Сегал.

4) И, технически, он еще не наказал меня за проделку с бананом.

Дерьмо.

Оглядываюсь через плечо, прикидывая, что может случиться, если я отключу устройство. Рука сама сжимается в кулак.

Ни за что.

Предвкушение пробегает по моему позвоночнику. Я мчусь вниз по лестнице, через коридор, пробираясь к среднему лекционному залу, когда слышу шаги позади.

Вир Бестлэссон трусцой подбегает с листовкой в руках.

— На случай, если передумаешь насчет субботы.

Я смотрю на фиолетовый листик с изображением троих участников, извещающий, что его группа «Оловянные солдатики на Плутоне» выступает завтра в «Кампус Кафе» и вспоминаю, как он что-то такое упоминал на этой неделе.

— О, круто, — пытаюсь наполнить свой голос энтузиазмом.

Вир обнимает меня за плечо.

— Я видел последствия вчерашней лекции. Хочешь, я сделаю что-нибудь с этим придурком?

Отмахнувшись от него, я еще раз удивляюсь, почему он вдруг стал таким дружелюбным, но он только обнимает меня за талию.

— Эй, убери руки, — рявкаю я.

Он вскидывает обе ладони.

— Прости, я просто обнимал тебя. Всем было плевать, когда он швырнул стул мне в голову.

Я пощипываю переносицу, вспоминая, что несколько девочек начали петицию, чтобы уволить профессора Сегала, ведь он поставил меня в неловкое положение.

Кажется, все думают, что я расстроена из-за комментария о минете, но никто не возмущался из-за того, что случилось с Виром.

— Верно, — говорю я со вздохом. — Не беспокойся обо мне, я в порядке.

Устройство жужжит, заставляя вздрогнуть.

— Что это за звук? — спрашивает Вир.

— Какой звук? — я сдвигаю сумку на низ живота и продолжаю идти к лекционному залу.

— Было бы здорово, если бы ты пришла завтра, — он не отстает. — И приведи свою подругу Шарлотту.

Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть ему в глаза. Одина радужка ледниково-голубая, а другая с янтарными крапинками, которые кажутся почти зелеными. С каких это пор у