Потомство для зверя - Сигги Шейд

— Переезжай к Ангусу, пока не вернешь зрение. Ты будешь окружен семьей...

— Нет, — Лу раздувает ноздри.

— Если тебе нужно спокойное время, то Киран...

— Хватит, — говорит Лу. — Я не уеду отсюда.

Я прикусываю внутреннюю сторону щеки. На месте Лу я бы не отказалась от возможности быть окруженной сильными союзниками, но думаю, никто не знает, что он прячет Гермиону.

Черт.

Если они расстроились из-за того, что я здесь, значит, они будут в бешенстве, когда узнают о дочери Танатоса.

— Ситуация выходит из-под контроля, — говорит Бард. — Если бы ты позвонил мне вчера, я бы организовал охрану, чтобы провести тебя через двери больницы.

Лу фыркает.

— Позвонить тебе? Мудаку, который угрожал мне выколоть второй глаз?

Бард вздрагивает.

— Когда?

— В тот раз, когда ты привел ее на ужин.

— Меня? — спрашивает Брианна, ее голос повысился на октаву.

— Значит, не помнишь? — спрашивает Лу.

Бард и Брианна обмениваются растерянными взглядами, похоже, никто из них не помнит об угрозе. Я сжимаю руку Лу, полностью веря в его рассказ. Люди всегда говорят гадости в горячке и бьют по чужой неуверенности.

Лу как-то сказал, что каждый человек и его собака пускают колкости по поводу его глаза. Для них это смешно, но для Лу это постоянное напоминание о его прошлом. Это та угроза, которую человек не может забыть.

Мы все переходим на другую сторону комнаты, оставляя охранников помогать доктору разбирать оборудование. Бард подходит к шкафу, угощается из графина и предлагает выпить Лу.

Брианна отводит меня в сторону и шепчет:

— Ты бывшая девушка Мориса Танатоса?

Я бросаю взгляд на другой конец комнаты, где двое мужчин увлеченно беседуют. Похоже, мои подозрения были верны. Они считают меня очередной Арией Маркос, пришедшей навлечь на Лу несчастье.

— Об этом парне я знаю только из газет, — отвечаю я с содроганием.

— Тогда что же произошло вчера?

— Я вышла за покупками. Танатос попытался схватить меня на парковке, и завязалась драка.

Черты ее лица искажаются. Я многое упускаю, но, если бы Лу хотел, чтобы они узнали об аукционе, он бы сказал об этом в день нашей встречи в клинике.

— У Лу и Танатоса своя история, — она кладет руку на мою. — Не влезай в их смертельно опасную вражду.

Я пожимаю плечами.

— Не беспокойся. Я могу о себе позаботиться.

Она кивает, хотя беспокойство в ее бровях говорит о том, что она не уверена. Теперь, когда я знаю всю историю, я уже не чувствую себя так ужасно. Здесь замешано нечто большее, чем то, что Лу выиграл меня на аукционе. Их вендетта длится уже десятилетие, и я всего лишь маленькая фигурка в их игре с насилием и смертью.

Но это не значит, что я отвернусь от Лу, когда он вылечит глаз. Его люди могут охранять дом, но кто позаботится о том, чтобы он был в безопасности, пока спит?

Когда доктор заканчивает собирать свое оборудование, Бард и Лу присоединяются к нам.

— Спасибо, что пришли, доктор, — говорит Лу, его голос напряжен. — Я очень признателен.

— Конечно, мистер Конмак, — отвечает доктор.

Бард поворачивается ко мне.

— Подумай о том, что я сказал.

— О чем? — рычит Лу.

Я сжимаю переносицу. Брианна ведет себя так, будто я не в безопасности рядом с Лу, а Бард говорит так, будто я стану причиной всех бед. Что не так с этой назойливой парочкой?

Глава 25

Лу идет на Барда, его плечи расширяются с каждым шагом. Бард отводит Брианну на несколько футов в сторону и жестом приказывает одному из охранников не подпускать ее. Как только охранник выводит ее из комнаты, он снова поворачивается к Лу.

Я бросаюсь к столу, надеясь, что большой предмет мебели сможет защитить меня от надвигающейся драки.

— Объясни, какого черта ты делаешь, — рычит Лу.

Бард поднимает обе руки.

— Ходят слухи о том, что ты сделал...

— Что? — спрашивает Лу, стиснув зубы.

— Ты не можешь просто купить женщину Танатоса на аукционе и рассчитывать, что она останется у тебя без последствий.

— Я не его женщина, — огрызаюсь я.

— Она ему не принадлежит, — рычит Лу.

— Она не принадлежит и тебе, — говорит Бард, его голос становится жестче. — Эта ваша вражда с Танатосом распространяется на другие предприятия. Страдает прибыль.

Лу поджимает губы, но не отрицает этого.

— К чему ты клонишь?

— То, что ты укрываешь женщину, связанную с Танатосом, уже опасно, но то, что она расплачивается детьми - слишком. Это лишь вопрос времени, когда он узнает и начнет мстить.

— Тогда скажи Ураносу, чтобы он схватил своего мальчика, пока я его сам не убил, — рычит Лу.

— В последний раз, когда я разговаривал с греками, это едва не привело к полномасштабной войне, — говорит Бард. — Отпусти Хелен со мной, я буду держать ее в безопасности и спрячу.

Ноздри Лу раздуваются, но он поворачивает голову в мою сторону. Я хватаюсь за грудь. Он сейчас попросит меня уйти с Бардом?

— Хелен? — спрашивает Лу.

— Нет, — я обхожу стол и встаю между двумя мужчинами. Положив обе руки на грудь Лу, говорю: — Если ты хочешь отослать меня, то я не стану задерживаться, но я хочу быть с тобой.

Черты его лица смягчаются, и напряжение исчезает из его позы.

— Ты слышал.

— Ты уверена в этом? — спрашивает меня Бард сзади.

— Я не уйду, — отвечаю я, впиваясь пальцами в грудь Лу. — Он - единственный человек, который заботился обо мне, когда мой муж продал меня на аукцион. Я хочу остаться и помогать ему.

Старший мужчина смеется.

— Это безумие...

— Разве у тебя мало забот, Бард? — спрашивает Лу, его голос звучит напряженно.

— Не мало, — говорит