Будешь моей игрушкой - Иванна Флокс

— Прости, Равена. Знаю, поступаю жестоко по отношению к тебе, но вынуждена рассказать правду. Я не могу позволить этому дураку так поступать со своей жизнью! — подняв на меня полные решимости глаза, продолжила Хела. — Если б он любил тебя по-настоящему, я бы отступила. Позволила ему делать, что заблагорассудится. Но чувства, что Локи к тебе испытывает, ничто иное как реакция на феромоны фурии. Ты воздействуешь на него, даже сама не понимая этого!

— Ошибаешься! — рыкнула я, немного успокаиваясь. — Я даже начала тебе верить. Чтоб ты знала, я не фурия. Мои родители были людьми!

— Знаю! Но они были в вашем роду, и кровь взыграла именно в тебе. Не кажется ли странным, что бессмертный, не во что не ставящий людей, вдруг обезумел от любви к простой человечке?! — фыркнула она в ответ, делая шаг ко мне. — Так вот я тебе скажу почему! Ты околдовала его! И чем больше он находится рядом, тем больше подвергается воздействию твоего яда! Ты подобно суккубу вытягиваешь из него жизнь!

— Нет, — нервно качнула головой я, пытаясь отстраниться от жестоких слов богини. — Я не могу этого делать! Я бы никогда…

— Знаю, Равена, я все знаю, — выдохнула Хела, присаживаясь в кресло. — Мне неприятно быть той, кто откроет тебе всю правду. Но Локи сделал свой выбор. Он никогда не признается. Прошу, если ты действительно любишь этого безумца, позволь ему жить!

— Если я уйду, он исцелится? — вопрос прозвучал надломлено, еле слышно.

— Я не знаю, девочка, не могу ничего сказать. Все что я узнала о фуриях, исключительно из записей хранителей и слов очевидцев. Позволь мне провести эксперимент, — протянула она руку, прося прикоснуться к ней.

— Я ведь могу и тебе навредить… — шагнув назад, настороженно взглянула на богиню.

— Не можешь! Твое влияние распространяется только на мужчин. Дай, пожалуйста, руку.

Выудив из кармана серебряную ложечку, бессмертная положила ее себе на колени, а как только я дала руку, кожу обожгла резкая боль и по ладони потекла кровь, стекая в столовый прибор.

Не успела густая красная жидкость коснуться металла, как тут же вскипела, пузырясь и очерняя серебро.

— О боги! — ахнула я, шокировано отступая от женщины. Если до этого момента меня еще терзали сомнения, то видя происходящее просто не могла не поверить. К тому же, чувствовала, что богиня говорит правду.

— Будь ты полноценной фурией, металл бы расплавился… — сочувственно прошептала Хела. — В общем, подумай над моими словами. Надеюсь, ты примешь правильное решение.

Лихорадочно пыталась осмыслить сказанное. Ноги норовили подогнуться. Мне с трудом удавалось удержать себя в вертикальном положении, слушая слова бессмертной.

Я была зла… На нее, что раскрыла мне эту тайну, на себя, что причиняю вред любимому мужчине и на свою семью, которой уже давно нет.

Множество раз мне доводилось слышать байки о фуриях, что способны вытянуть жизнь из бессмертного. Но казалось, что это глупые россказни скучающих селян. Как же сильно я ошибалась…

— Хела, ответь мне еще на один вопрос…

— Я тебя слушаю, — голос женщины сквозил нежностью и печалью. Она искренне переживала за меня. Во всяком случае сейчас мне именно так и казалось. Вероятнее всего она понимала, я сделаю что угодно, ради безопасности Локи. А значит мы на одной стороне.

— Среди людей ходит слух, что фурии вытягивают жизнь из своих близнецов… Думаю, ты уже знаешь, что у меня была сестра… — на этих словах голос дрогнул, я более не могла говорить. Не могла произнести вслух вопрос, терзающий меня. Но бессмертной это было не нужно. Она поняла, что я хочу знать.

— Сочувствую тебе, Равена… Я надеялась оставить эту часть истории в секрете, но раз ты сама спрашиваешь, думаю, не честно от тебя скрывать. Знай одно, в этом нет твоей вины. Ты ничего не могла поделать. Просто так произошло. Твоя воля к жизни оказалась сильнее, ты была доминирующей фурией… — попыталась успокоить меня женщина, но ее слова лишь сильнее терзали душу.

— Вот именно, Хела… Моя вина в том, что оказалась сильнее, — прохрипела я, с трудом выдавливая слова, сквозь ком в горле. — Я не позволю Локи умереть так безрассудно. Ты можешь быть спокойна… Но сейчас, прошу, позволь мне побыть одной…

Сопротивляться бессмертная не стала.

— Знаю, что никакие мои слова не помогут справиться с твоей болью. Но помни, пожалуйста, если понадоблюсь, зови не задумываясь. Я в неоплатном долгу перед тобой, — с этими словами она растворилась в зеленом тумане, оставляя меня наедине с собственной болью, справиться с которой было слишком сложно.

Глава 46

Локи

На удивление правительница эльфов встретила меня довольно тепло.

“Неужели приличный внешний вид ее настолько впечатлил?” — хмыкнул про себя, прокручивая между пальцев ценный камешек, что достался мне с огромным трудом. — “Раньше как-то и не думал, что торговаться с эльфами так утомительно. Остроухие упрямые сволочи!”

И все же, пусть я и отдал за него половину своих артефактов, что оберегал от посторонних, оно того стоило! Я был готов отдать все!

Ведь теперь у меня появится самое ценное… Да, бессмертные обзаводятся наследниками, выбирая себе пару по роду, силе и статусу. Подобно подбору породистой кобылы или жеребца…

Я получу нечто другое. Куда более ценное и значимое. У меня будет семья. Не то подобие, что я всю жизнь наблюдал у своих родителей. Когда оба держатся вместе, воспроизводя потомство, но ни в грош не ставят партнера и не упускают возможности развлечься на стороне, при том не так важно с такими же бессмертными, эльфами или даже русалками.

Как не посмотри, но они чужие друг другу.

Я хотел как у людей. Раньше не мог понять смысла их метаний, а сейчас мечтал испытать все те чувства, через которые проходит любящая пара. Хотел засыпать со своей маленькой человечкой и просыпаться вместе каждое утро, видеть ее улыбку и знать, что прилагаю все усилия для ее счастья. Хотел, чтоб она подарила мне детей. Уже в предвкушении ожидал момента, когда узнаю о ее положении, когда смогу взять на руки свою кроху…

Тело прошиб озноб и я мотнул головой, осматриваясь. Понимание пришло не сразу, но как только до меня дошло, не смог сдержать лихорадочный смех.

“Кажется, я схожу с ума! Моя мышка совсем затуманила разум!”

Уплыв в свои фантазии, слишком сильно отвлекся и вместо того, чтоб вернуться домой, закинул себя черт знает куда.

Стоял посреди ледника, обдуваемый обжигающе холодным ветром. Вокруг простиралось белое полотно и не было видно ни