Монстр рядом со мной - Ярослава Бекетова

В груди болит от сдерживаемого дыхания. Я даже не пытаюсь сделать новый вдох пока моя попа подвергается такой экзекуции. Тихо скулю, когда член входит полностью. Но тут мужчина отстраняется и резко подаётся бёдрами вперёд.

Черт, как больно!

Реву, не сдерживая слез, как только Богдан с бешено стучащим сердцем, начинает заливать меня спермой.

Боюсь пошевелиться пока мужчина осыпает мою влажную спину нежными поцелуями, время от времени срываясь на укусы.

- Люблю тебя... Моя девочка... Моя лялечка... Никому не отдам. Никогда не отпущу.

Глава 44

Я стою на последней ступеньке лестницы, не решаясь двинуться дальше. Перед глазами маячит широкая голая спина мужчины, который что - то сосредоточенно готовит на плите. Даже отсюда могу разглядеть глубокие красные борозды на смуглой коже плеч, оставленные вчера моими ногтями.

- Садись. Завтракать будем, - раздаётся хрипловато - сонный голос Богдана.

У него глаза на затылке? Как узнал, что я спустилась?

Неуклюже шагаю к столу, робко замирая перед большой тарелкой с горячими бутербродами.

Розовенький ломтик бекона, расплавленный в духовке сыр и хрустящая корочка белого хлеба - манят так, что я нетерпеливо сглатываю вязкую слюну, уже представив, как вгрызусь зубами в эту прелесть.

Не в силах соблюдать приличия, тяну руку к бутерброду. Беру тот, что лежит сверху. Откусив сразу большой кусок, пытаюсь спешно прожевать.

Богдан улыбается одним уголком губ и весело отмечает:

- Зверский аппетит после жаркой ночи.

Цепенею под пристальным взглядом майора. Тот молча ставит передо мной кружку, из которой идёт пар.

- Садись, ляль. В ногах правды нет.

- Я так, - тихо отвечаю, покосившись на сетку вен, ярко выступивших на смуглой кисти мужских рук. - Стоя больше влезет.

Не дожидаясь очередного приказа, берусь двумя руками за высокую белую кружку, чтобы тут же обжечься горячим чаем.

- Вот же... - ругается майор, бросаясь оказывать первую помощь пострадавшей по собственной глупости. - Торопыга! Значит, стоя в неё больше влезает... - задумчиво выдаёт. - Учту на будущее.

- Что? - уточняю, не соображая о чем вообще речь.

- Что? - повторяет за мной, наигранно улыбаясь. - Почему не садишься? - Кивает в сторону мягкого стула. - Попка болит?

Вся кровь отливает от лица. Вспоминая о том, как Богдан протискивал в меня свой член, я испытываю ни с чем не сравнимый стыд.

- Спасибо, - бесцветным голосом благодарю мужчину за завтрак и, не глядя, делаю шаг назад, - я наелась.

Разворачиваюсь спиной, планируя пуститься в бега, как слышу грозное:

- Лия!

Растерянно смотрю на высокую фигуру майора, не зная, как поступить и стоит ли перечить, когда он в ТАКОМ настроении.

- Вернулась и поела нормально.

Молча плетусь обратно. Осторожно сажусь на стул, зло поджимая губы.

***

Я решила действовать, когда с завтраком уже было покончено.

- Богдан, мне домой нужно. - Мужчина замер, так и не сделав очередной глоток крепкого кофе. - Марсик там один, голодный.

- А я? Я не голодный? - тут же недовольно парирует Суворов.

- Прекрати! - резко поднимаясь со стула, морщусь от болезненного ощущения, что не укрывается от сосредоточеных тёмных глаз.

Теперь лицо Богдана становится очень серьёзным.

- А ну - ка иди сюда, - шипит майор, поднимаясь.

Испуганно отступаю назад, увеличивая расстояние между нами. В ту же секунду Богдан толкает меня к кухонной тумбе, задирает короткое платье вверх и, оголив мою пострадавшую от его большого члена попу, трогает там, смотрит.

- Отпусти меня! - требовательно кричу, яростно вырываясь из захвата.

- Отпустил, - отвечает Богдан, расцепляя свой медвежий капкан, медленно поднимая руки вверх.

- Отойди! - голос предательски дрожит, в глазах стоят слезы, на щеках алеет стыдливый румянец.

Быстро поправляю платье, не сводя настороженных глаз с насмешливого выражения лица напротив.

- Отошел, - сообщает мужчина, тут же совершая опасный маневр, пытаясь меня схватить.

- Стой, где стоишь! - Я напугана так, что всё тело начинает мелко дрожать.

- Стою, котенок.

- За что Боженька так наказал меня тобой? - удивлённо произношу, лихорадочно ищя выход из ситуации.

- Не наказал, а наградил, - тут же поправляет меня Богдан.

- Ты сексуальный маньяк, Суворов! - Отступаю назад, выставляя перед собой руку в защитном жесте. - Я ухожу. Провожать не надо. Такси вызову и уеду, - говорю уверенно, но потом тихо добавляю в след: - Ладно?

- Да кто тебя отпустит? - насмешливо выдаёт Богдан, скрещивая сильные руки на груди.

- Ты ведь не станешь удерживать силой? - в той же манере спрашиваю, страшась услышать ответ.

- Стану, - подтверждает мои мысли мужчина, внезапно меняя линию поведения, становясь подозрительным. - В чем проблема, девочка? Почему ты постоянно пытаешься сбежать от меня? - Сурово сдвигает брови, резюмируя: - Всё дело в сексе? - Начинает приближаться, доводя меня до состояния повышенной тревожности. - Я прав? - Впивается тёмным взглядом в моё побелевшее лицо. - Или в страхе перед серьёзными отношениями? Ты ведь думала вести себя так, будто между нами ни хера нет. Не так ли?

Ударяюсь спиной о стену и болезненно шиплю, не позволяя майору нависнуть надо мной всем своим громадным ростом.

- По - твоему я похож на терпилу? Меня можно пользовать, котенок?

Отрицательно мотаю головой, когда Богдан кладёт обе руки таким образом, чтобы взять меня в кольцо. Вырываюсь.

- Прекрати. Мне не нравится.

- Правда? - полушепотом интересуется он, скользя пальцами по моей шее. - Ночью ты визжала так, что у меня яйца поджимались. Просила, чтобы я трахал сильнее. Помнишь? Оказывается, тебе не нравилось... - с издевкой происносит Богдан.

- Ты - тиран, Суворов! Ничего мне от тебя не надо. Ничего. Не хочу! Отпусти!

- А я хочу, - рычит он, агрессивно встряхивая меня за плечи. - Поняла? Я ХОЧУ.

Дёргаюсь в сильных руках, острыми локтями отталкивая тяжёлую грудь, но моего сопротивления недостаточно даже для того, чтобы он просто замолчал, прекратил давить.

- Не смей мне врать. Не смей говорить, что не хочешь. Не смей отталкивать! Иначе, анальный секс покажется тебе лёгкой игрой в отличии от тех испытаний, через которые я могу тебя провести.

Ударила. Не могла больше молча слушать его угрозы. Не могла дать себя растоптать. Не могла позволить