Двое из ларца… для бывшего - Мила Гейбатова

Такое заявление я не могу проигнорировать. Моментально сажусь на постели.

– Ого, яичница в форме сердца? Кто ты и куда дел моего жениха? – восклицаю удивленно.

– Жениха? – теперь его очередь делать круглые глаза. – Даже так?

– А ты кольцо потерял? – спрашиваю, усмехаясь. – Или другой отдал?

– Нет, конечно, но я не думал, что ты настолько быстро передумаешь, – присаживается рядом на постель.

– Можно долго проверять друг друга и так и не увидеть главного, а можно прыгнуть в омут с головой, наплевав на риски. В нашей ситуации второй вариант предпочтительнее, детей легче и проще защитить. Меня, правда, не знаю, – задумываюсь на мгновение.

В голове снова всплывают сомнения, а не иду ли я к собственному краху? Не отберут ли Золотаревы самое дорогое? Хотя правдоподобно играть искренность, какая была сегодня ночью с его стороны, сложно.

– Тебя тоже, Марин, – Марк берет меня за руки, – ты ведь будешь моей супругой, моим правым плечом, оберегаемая и любимая.

За последнее слово мой слух невольно зацепляется, но я предпочитаю не развивать тему. Много было сказано ночью слов, еще больше прочувствовано, но той самой заветной фразы я не услышала. Впрочем, и сама ее не произнесла.

С этим точно торопиться не стоит, у нас ситуация нестандартная. Сначала пожили, потом расстались, успев сделать детей, и лишь потом решили пожениться, не в последнюю очередь опасаясь вмешательства со стороны.

Забираем детей только через день. Маша по телефону уверяет меня, что все в полном порядке, да и двойняшки наперебой просят остаться поиграть, и я, не сильно сопротивляясь, сдаюсь. Лишний день вдвоем нам с Марком нужен, как воздух.

– Надеюсь, теперь ты мне можешь рассказать, не растерял ли Золотарев свои умения? – ухмыляется в трубку Маша, когда дети убегают. – Вы меня не разочаровали? Всю ночь проверяли кровать на прочность?

– Маша! – тут же вспыхиваю. – Что за вопросы.

– Прекрасно, значит, занимались правильными делами. Смотри, Марина, если бы вы там в шахматы или шашки резались вместо настоящего взрослого общения, я бы привезла вам своих старших на неделю. Чтобы хотя бы с пользой время проводили, раз делом заняться не можете.

– Между прочим, я всегда рада видеть твоих детей, – отвечаю ей.

– Ага, особенно был бы рад Марк, когда они что–нибудь разбили бы или поломали его игровую приставку.

– Ой, Маш, хватит. У нас все нормально, у вас все нормально, приедем завтра. Наверное, – перебиваю подругу.

– Ты смотри, уже «наверное», – усмехается она, – вот это ты, мать, даешь. Вкусила интима и решила забить на все остальное.

– Маша, с тобой невозможно разговаривать. Да ты сама даешь напутствие на близкое общение с Марком, – снова смущаюсь.

– Даю, – соглашается подруга, – только матерью пятерых я не собираюсь становится. Мне троих достаточно. Мама уезжает завтра, отцу спину прихватило.

– Все, поняла, что ж ты сразу не сказала, – перебиваю ее. – Завтра с утра заберём Костика со Светой.

– Нет, с утра не надо, мы маму повезем. Няне доплачу, останется со всеми. Лучше вечером приезжайте, потому что няня вам не откроет.

– Ладно, спасибо. И здоровья твоему отцу, – чувствую себя почему–то виноватой перед Машей. – Может, нам сегодня вечером приехать? Смысл их там на ночь оставлять, да и вам спокойнее.

– Нормально все, я не наезда ради рассказываю, просто ставлю в известность, – отмахивается подруга. – Не нужно сегодня, у них запланирован ночлег в палатках, твои тебе концерт всю ночь будут устраивать, если ты их лишишь их такого.

– Тут ты права, – усмехаюсь. – Ладно, еще раз спасибо, Машуль, чтоб я без тебя делала.

– Не знаю, но вряд ли что–то путное, – отвечает с улыбкой подруга.

Отключаюсь, а Марк уже ждет.

– Все хорошо? – спрашивает обеспокоенно.

– Да вроде, за детьми завтра поедем. Ты на работу? – смотрю на время.

– Нет, я в ЗАГС хотел тебя позвать.

После завтрака мы снова стали немного зажаты друг с другом. Наверное, должна пройти не одна совместная ночь, чтобы это стеснение больше не появлялось. И, подозреваю, наш прошлый опыт не помогает, а, наоборот, мешает до конца расслабиться рядом друг с другом. Ведь хотя это все уже было, закончилось оно плохо.

– О! Ладно, – коротко соглашаюсь.

Действительно, смысла тянуть нет. Я согласна, он согласен, что еще нужно?

Выходим из дома и не сразу, но Марк берет меня–таки за руку. Не сдерживаю улыбку. Чем–то мы напоминаем молодых влюблённых. Робость в некоторых действиях уж точно такая.

– Идем, нам сюда, – произносит вдруг Золотарев у здания с резными колоннами.

– Ты квартиру специально подбирал, чтобы всюду пешком ходить? – спрашиваю, рассматривая здания.

– Почти, – усмехается Марк.

Внутри немноголюдно, и нас быстро обслуживают. Заявление совсем несложное, а документы мы с Золотаревым предусмотрительно взяли.

– Может быть, у вас имеются причины для более раннего вступления в брак? Тогда ждать в два раза меньше, – спрашивает работник ЗАГСА.

– Что, простите? – не понимаю ее вопроса.

– Не беременны? Тогда было бы побыстрее, правда, мне справка нужна от врача.

И тут я на секунду зависаю, а Марк ночью предохранялся?

Глава 56

Тем не менее, мой вопрос, конечно, остается без ответа. Не самое подходящее время для уточнений.

– Нет, к сожалению, эта причина на данный момент нам недоступна, – отвечает за меня Марк.

С нами вскоре заканчивают, и мы выходим обратно на улицу.

– Я не поняла, что это было? Ты еще ребенка хочешь? Тебе двоих мало, учитывая, сколько ты пропустил, – прорывает меня.

Я не хотела наезжать, но слова Золотарева что–то затронули в душе.

– Милая, я пошутил, – Марк берет мои руки и примирительно улыбается, – не злись. Конечно, мне вас не мало, и ты права, до конца контакт не налажен ни с тобой, ни с Костиком, ни со Светой. Но я подозреваю такие вещи длятся годами, ни в одной семье за одну неделю не становятся идеальными отцами и мужьями. Но да, скрывать не буду, я бы хотел и третьего ребенка от тебя.

– Чтобы узнать, что ты пропустил за это время? – скептически выгибаю бровь. – Ну–ну, хорошая мысль, но я не инкубатор по выращиванию твоего биологического материала.

– Марина, это сейчас очень грубо прозвучало, – он хмурится, – давай не будем ругаться, пожалуйста. Просто оставим этот разговор на потом.

– Нет, подобное нужно решать сразу, – почему–то не могу остановиться, продолжаю ругаться.

– Прекрасно, сейчас, так сейчас, – тяжело вздыхает Марк. – Никто тебя инкубатором не считает, если не хочешь больше детей, скажи прямо, ни к чему все эти оскорбительные рассуждения.

– Я не знаю, хочу и ли нет, на данный момент точно нет.