В пламени дракона 2 - Элла Соловьева

Роберта случился ступор. Он сидел с минуту и не двигался, глядя на жену, у которой то и дело подкатывал комок г горлу. Он уже утратил надежду, в то, что это случится, а потому и не ждал этого, он свыкся с мыслью, что этого не произойдёт. Но постепенно, новость, которая оглушила его по началу, теперь растекалась в его сознании, ручьями нежданного счастья, пока не заполнила до краёв. И он засмеялся во весь голос, вскочил, и подхватил жену на руки. Он поцеловал её, и бережно, очень нежно, отнёс и положил на кровать:

- Милая, я сейчас же позову лекаря, он должен осмотреть тебя.

Но Элейн покачала головой:

- Мне не нужен лекарь, я и сама знаю.

- Но тебе же плохо, лекарь приготовит тебе лекарство.

Элейн покачала головой:

- Нет, Роб. Отправь самого быстрого гонца к Лигару, я напишу ему. Я не подпущу к себе королевских лекарей.

Роберт не стал спорить, и не мешкая дал ей перо и лист бумаги. И она написала старцу, сообщив радостную весть, и просила настой, чтобы уменьшить её недомогание. И Роберт тут же отправил его с гонцами.

Он вернулся к ней, но она уснула, и он тихонько вышел и закрыл дверь, и сразу помчался к Максу. Он влетел к нему без стука, и застал Макса в постели. Он содрал с него одеяло и вытащил его нагого из кровати, за ноги. Он тряс его за плечи, и кричал:

- Макс, она беременна!!! У неё моё дитя. Макс!

Новость за сутки облетела Мидлтаун, и в замке витало предчувствие большого пира. Который не заставил себя долго ждать, и уже спустя три дня, зал приемов и торжеств распахнул свои двери гостям, и столы ломились от яств и вина.

Между тем, Королеве то становилось лучше, то опять плохело. Но как только гонец доставил ей зелье Лигара, она сразу пришла в себя, и дальше её беременность текла спокойно и безболезненно. Она часто выходила на балкон, и любовалась издалека своими чадами, которые теперь сидели только на дальних башнях, вняв мольбам своей владычицы. Но они видели и чувствовали её, и они терпеливо ждали.

Роберт же теперь никуда не отпускал её одну, и она покидала покои или с ним, или с Вэл, Хелен, Максом или Филом. Будь его воля, он бы и вообще не выпускал её, но Королева напрочь отказалась от такого режима, но против сопровождения возражать не стала. Она с нетерпением ждала, когда выйдет положенный срок, и дитя зашевелится в её утробе. Она очень хотела к своим чадам, но время пока не пришло.

И пока Королева считала дни, до окончания вынужденного отречения от своих драконов, жизнь в замке не останавливалась. Так барон Майлс Барт, так удачно выдав свою дочь Мелони за барона Филиппа Харди, теперь подыскивал столь же блестящую партию для своего старшего сына Мейра Барта. А потому, считая себя в родстве с самим Королём, и чувствуя себя чрезвычайно важной персоной при дворе, решил, что Тори Холдберг должен будет быть весьма польщённым, если его младшая дочь Лаура будет обещана его сыну Майеру. И хотя ей еще не исполнилось и пятнадцати лет, он хотел объявить о помолвке с тем, чтобы не упустить момент, пока её не пообещали другому. И он вынашивал эту идею несколько недель, и наконец решил поговорить об этом с Тори. И этим утром он стучал в кабинет Холдберга. Тори весьма приветливо встретил его, и барон Майлс, с важным видом, изложил ему свою идею:

- Тори, твоя младшая дочь всё ещё не сосватана. А я, как ты знаешь, являюсь членом королевской семьи. И потому я решил предложить тебе связать браком твою младшую дочь и моего старшего сына Мейра. И хоть я не имею графского титула, но войти в королевскую семью честь для любого из нас, не правда ли? Что ты думаешь об этом?

Тори задумался ненадолго, но решил, что вариант и правда не плох, а потому ответил:

- Майлс, я думаю это прекрасная мысль, и мы объявим о помолвке в следующем месяце, и заключим их брак, как только ей исполнится семнадцать лет.

И хлопнув по рукам, они разошлись.

Тори отправился к своей дочери, и рассказал ей, что он подобрал ей партию, и её мужем станет Мейр Барт. Тори ожидал увидеть слёзы и истерику, и готовил тазы и тряпки, но к его удивлению, девочка была несказанно рада такому известию. Хоть она была ещё совсем ребёнком, но уже присмотрела молодого красавца Мейра, и он очень нравился ей, и в тайне, именно об этом она и грезила. И хоть Мейр не обращал на неё совершенно никакого внимания, она всё равно мечтала, и видела его во снах.

Но что до самого Мейра, то он был взбешен решением отца. Он не планировал брак в скором времени, тайно вздыхая о Королеве. И хоть он и понимал, что ему придется оставить желание, заключить Королеву в объятия, на уровне несбыточных мечтаний, он противился браку. Но Майлс гневался и настаивал, и к тому же увещевал, что свадьба должна состояться только через два года, и у того ещё будет время нагуляться всласть, и перещупать всех девиц в Бассосе. И несчастному Мейру ничего не оставалось, как повиноваться отцу. И вскоре было объявлено о его помолвке с Лаурой Холдберг.

А сын барона Лиама Лайнса, Лок Лайнс, тем временем уже отпраздновал свадьбу с дочерью барона Десмонда Гибса, Дианой. И хоть безутешная Диана и продолжала проклинать судьбу, будучи по уши влюблённой в Гордиса Уайлда, отец не оставил ей выбора, и она подчинилась.

Была и ещё одна радостная весть. Фил тоже готовился стать отцом. Вскоре после известия о беременности Королевы, Мелони почувствовала себя очень скверно, и лекарь, осмотрев её, обрадовал Фила, сообщив о скорой прибавке в их семействе.

Наконец день, которого так нетерпеливо, ждала Королева, настал. Сидя на балконе со своим мужем, и наслаждаясь прохладой и свежестью вечера, она вдруг ощутила едва заметный толчок в своём чреве. Её глаза вспыхнули радостным огоньком, и она схватила руку Роберта и приложила к своему животу:

- Роб, она толкнула меня!

Роберт с волнением и несколько удивлённо, смотрел на жену:

- Почему она? Откуда ты знаешь?

Она улыбнулась:

- Это будет девочка, я знаю.

Роберт, всё ещё не отнимая руки от