Happy End с мерзавцем - 2 - Лия Шах

– Нервные окончания в порядке, есть реакция!

– Дурень, конечно, есть реакция, – ворчал старый доктор, разматывая свой стетоскоп. – Она ж сидит. Паралитики сами не садятся. Тц, в каком только университете таких бездарей готовят?

– Простите, – смущенно прошептал бездарь и смущенно отошел, уступая старому доктору дорогу.

– Мисс Бэлл, вы знаете, где находитесь? – встав напротив с планшетом в руках, стал задавать вопросы старый доктор. Его прихвостни пытались вернуть ранее снятые датчики обратно мне на голову, но я молча их отобрала и тоже запихнула под одеяло.

– Я – не мисс Бэлл.

Все удивленно замерли и посмотрели на мое спокойное лицо. Старый врач нахмурился и крепче сжал планшет:

– Вы потеряли память?

– Нет.

– Тогда вы забыли свое имя?

– Нет.

– Мисс Бэлл, пожалуйста, отвечайте честно. Вы долгое время провели в коме, и мы должны определить степень повреждения вашего мозга. Скажите, вы помните свое имя?

– У меня нет имени, и с мозгом все в порядке. Я – не мисс Бэлл, – честно ответила я, не позволив мелкому эскулапу засунуть мне градусник в ухо. Я его отобрала и тоже засунула под одеяло. Скоро смогу торговать оборудованием. Отличное начало для стартапа.

– Не мисс Бэлл? – Брови старого доктора подпрыгнули над очками. – Тогда кто вы?

– Я – это я, – вздохнув, посмотрела в морщинистые глаза. – Кстати, вы не видели мою курочку?

– Простите, что? – еще сильнее удивился доктор, из чего следует, что курочку он не видел.

– Ничего, продолжайте, – вздохнула я.

– Мисс э-э-э… мисс, вы знаете, где находитесь? – поправив очки и сверившись с планшетом, спросил старый доктор.

– В больнице.

Очевидно же, нет?

– Да, но, как называется город знаете? Какой сейчас день? – продолжал допытываться мужчина.

«Определить геолокацию.»

Зима: [Текущее местоположение: Межзвездная Федерация, галактика Ои, Столичная Звезда, планета Оберон, город Цидея, улица Интергалактическая, здание 8.]

– Город Цидея, – получив отчет, ответила я. На самом деле это странно, что мне задают такие вопросы. Даже если я не знаю, что это за город, получить ответ очень просто. Разве так не у всех?

– Верно, – вскинув брови, хмыкнул врач. – А дата?

«Временная отметка.»

Зима: [4382 год по межгалактическому календарю, 30 мая, вторник.]

– Тридцатое мая, – прочитав отчет, повторила я.

– Интересно, – тыкая в планшет, пробормотал доктор. – Вы помните место и знаете дату, но не помните собственное имя, это очень интересно. Мисс, эм, кхм, вы помните сколько вам лет?

– Это секретная информация, у вас нет доступа, – отмахнулась я. Надоел он мне со своими вопросами. – Где я могу получить новые вещи?

– Вещи? – оторвав взгляд от планшета, переспросил он. – Нет, погодите, что значит «секретная»? Мисс Бэлл…

Устав препираться, я решительно перебила врача:

– Я – не мисс Бэлл, и у вас нет доступа к этим сведениям. Моя регенерация завершена, так что я ухожу. Скажите, где можно получить обувь и одежду.

– Мисс, вы не можете уйти, – строго посмотрел врач. – Вы не здоровы, у вас, судя по всему, частичная амнезия.

– Да и фиг с ним, – пожала я плечами, глядя на доктора широко распахнутыми глазами. – Мне это вообще никак не мешает жить. Разве все, кто не помнит имен, должны тут лежать? У вас, между прочим, воняет.

Младший персонал отступил и зашушукался, а доктор неодобрительно зыркнул поверх очков. Было видно, что он пытается придумать новые причины, но так как приборы показывали, что со мной все в порядке, то держать пациентку дальше смысла нет.

Имея в своем распоряжении технологию медкапсул, современная медицина редко прибегает к госпитализации. Обычно после использования этого оборудования пациенты полностью здоровы и готовы к выписке. Одну меня записали в коматозники зачем-то. Я, конечно, крепко сплю, но не до такой же степени.

Стоило подумать о себе в коме, как вдруг появилось чувство дежавю. Что-то такое смутное промелькнуло в воспоминаниях, но было тут же подавлено вместе с ощущением неправильности. Хм…

– Мисс Бэлл! – вышел из себя врач, поэтому я тоже решила быть жестче:

– Док, я терпеть не могу, когда мне пытаются дать имя. Даже если бы я была мисс Бэлл, то эта мисс уже совершеннолетняя, не так ли? А это значит, что ничье разрешение для выписки мне не нужно. Дайте тапки, и я пойду.

У врача задергалась бровь, но он все равно попытался достучаться до здравого смысла, не понимая, что еще немного – и останется без своих тапок:

– Послушайте, мисс, вы должны понять всю серьезность своего положения. Вы попали в аварию и получили многочисленные увечья. Почти все они были несовместимы с жизнью, но куда хуже была травма головы. Ваш мозг фактически умер. Не было и шанса, чтобы вы очнулись, но это случилось, а теперь вы не помните ни имени, ни возраста. Ваше сознание спутано. В таком состоянии крайне не рекомендуется выписываться, понимаете? Пожалуйста, будьте благоразумны и пройдите обследование.

Я надулась. Вот чего он заладил? Нормально у меня с мозгами все. Получше многих.

– Если пройду обследование, вы отстанете?

Врач тяжело вздохнул и посмотрел, как на маленького капризного ребенка:

– Да, если пройдете, отстану. Я запишу вас на полное сканирование через полчаса. Ждите здесь и никуда не уходите.

В ответ я посмотрела на него точно таким же взглядом:

– Хорошо.

Оставшись недовольными друг другом, мы расстались, а следом за доктором ушли и другие врачи. Теперь в палате были только мы с телевизором. Военный репортер как раз закончил хвалить маршала, когда за кадром началась какая-то заварушка. Спихнув все конфискованные приборы из-под одеяла на пол, я откинулась на подушку и стала смотреть дальше.

«Нам сообщают, что маршал покинул рубку управления и скоро будет здесь! Это уникальная возможность взять интервью у победителя в прямом эфире! Давайте поторопимся.»

Взволнованно сжимая микрофон, репортер побежал по коридору корабля, а за ним спешил оператор. Камеру почти не трясло, так что можно было хорошо рассмотреть внутренне убранство линкора. Это странно, но я обнаружила, что почти ничего не знаю о космических кораблях и их оснащении. И не то, чтобы я забыла это. Скорее, никогда не знала.

Телевизионщики спустились по металлическим