Пламенная бунтарка ледяного дракона - Наталия Журавликова

Но тут же меня мелкой водяной пылью окатило, будто я стояла на берегу моря.

Леденея от догадки, я позволила себя развернуть лицом к нападавшему.

Им оказался незнакомый мне мужчина.

А вот того, кто стоял за его спиной вытянув руку в нашу сторону я, к сожалению, знала.

Элвин Согитр, мой жених! Болотный граф.

— Можешь отпустить ее, Дирс, — велел Согитр. Поймав мой взгляд, усмехнулся:

— Надеюсь, ты рада, Кириэнн? Твой жених за тобой прибыл, рискуя жизнью.

— Откуда? Как? — вырвалось у меня. — Тот дирижабль, что подожгли…

— Всего лишь отвлекающий маневр, — гордо сказал граф, — этих тупых чешуйчатых животных легко сбить с толку. Они не успели тебя обидеть?

Я помотала головой.

— Отлично. Хотя, увы, на тебя все равно ляжет тень, Кириэнн. Ты побывала в лапах драторинов и теперь всякий будет судачить, что ты стала игрушкой для их увеселений.

— Тогда зачем меня забирать? — хрипло спросила я.

— Из чувства справедливости, разумеется, потом договорим. Надо спешить, пока эти звери не хватились. Помоги ей, Дирс.

Подручный Согитра подхватил меня под руки, потянул на лестницу.

Оглядываясь по сторонам и прислушиваясь, они потащили меня наверх.

Я знала, что это служебный выход, император и его семейство пользовались другим.

Они слишком хорошо знали, где тут что находится и смогли проскочить через воздушную защиту императорского дворца.

Явно без предательства не обошлось.

Выбор

Впереди меня бежал Согитр, позади его помощник.

Находясь между ними, я невольно ускорялась, Дирс меня подгонял.

— Куда мы спешим? Спросила я, задыхаясь, когда лестница совсем уж скрутилась спиралью, — неужели на крышу?

— А тут нет других вариантов, — граф тоже тяжело дышал, —дирижабль отвлек этих тупиц, пока мы подлетели с другой стороны на маленькой и неприметной воздушной эльфийской лодке.

— Она ведь одна в Урнари, — удивилась я.

— И принадлежит самому королю, — горделиво заметил Элвин и охнул, протискиваясь в ставший совсем узким проем.

— Кажется, сами драконы этой лестницей не пользуются, — прохрипел позади меня Дирс, — с их плечами сюда не пролезть.

— Как и с моим пузом, — вздохнул Согитр, — это выход для слуг и невольников, которые прибирают на крыше.

— Высокомерие этих тварей сыграло нам на руку, — поддакнул Дирс.

— А кто же был в том дирижабле, что летел прямиком на дворец? — вспомнила я. — Он ведь не сам управлялся?

— Не бери в голову, — фыркнул граф, — это всего лишь полукровки. Слишком тупые, чтобы понять — эта авантюра не могла закончиться для них успешно. Им хорошо заплатили. Наняли, чтобы просто попугать Даэрда.

— Но как на это можно было согласиться? — ахнула я, легко проскальзывая вверх за графом. Для моих параметров проход был пока еще вполне удобным, я даже головой не стукалась.

— Ну, пришлось немного слукавить, — откликнулся Дирс, — сказать, что если возникнут сложности, их тут же спасет наша воздушная армада, для которой они отвлекают внимание.

— Это же подлость! — у меня в горле пересохло от осознания того, что сотворили мои соплеменники.

— Кириэнн, ты за соблюдение чьих интересов сейчас выступаешь? — Элвин даже притормозил и обернулся ко мне, хоть в сыром полумраке меня не особенно было разглядеть.

— Для нас сейчас все как нельзя лучше. Конфликт разгорится славный. Мерзкие драконы уничтожили дирижабль с гербом Урнари, не желая выдавать плененную ими незаконно королевскую внучку. Даже не посмотрели, что внутри этого корабля были обожаемые ими полукровки. Как лицемерны все их слова защиты!

— Прошу прощения, сэли, нам надо шевелиться, — Дирс чуть ткнул меня между лопаток.

— Но разве вам поверят? — выдохнула я, чувствуя, как колотится сердце. — Ведь у Драторина огромный вес в мировом сообществе.

— Твой дед сумеет убедить сэлонимскую часть мира, даже не сомневайся.

Над нами уже был просвет. Мы почти выбрались на крышу.

Я виновата в том, что сэлонимы и драторины схлестнутся! А еще и полукровки пострадают. Их опять сделают третьей стороной в этой сваре.

Получается так, что смешанных перетягивают в свой лагерь, когда они нужны.

— В обломках дирижабля найдут флаг перемирия, — хихикнул Дирс, подталкивая меня к выходу на крышу, — и пусть эти огнедышащие гусеницы попробуют доказать, что урнарцы летели без флага. Кто же будет его держать в кабине, если угрожает смерть?

Мне и без вопросов было понятно, что несчастные полукровки, обреченные на гибель, понятия не имели, что у них есть этот символ переговоров.

А мир сделает свои выводы на основе предпочтений.

Я подвела императора и Эйтона… одним своим пребыванием во дворце Даэры.

Люк с лестницы выходил на очень стратегически удачное для Элвина место. Мы были скрыты за невысокой башенкой, в которой, судя по всему лежала утварь для уборки крыши.

— Идем, времени мало, — торопил граф, хватая меня за руку, — и так провозились на лестнице. Я обещал твоим родителям вернуть тебя, Кириэнн. Не представляешь, сколько усилий было приложено, чтобы тебя найти.

Я слышала отдаленные крики, грохот. Наверняка, подбитый дирижабль упал.

Еще немного, и ничего нельзя будет сделать.

Элвин Согитр тащил меня к краю крыши, где, судя по всему, нас ждал маленький воздушный кораблик, сработанный эльфами, с магическим эффектом маскировки, позволяющим ему сливаться с окружающей его средой.

Моя догадка оказалась верна.

Дирс пошарил рукой в воздухе дернул будто бы пустоту.

Но тут же появились очертания небольшого судна. Полукруглая кабина, небольшие выступы по бокам, напоминающие крылышки. Провал двери.

— Идем. Скоро будешь дома, Кириэнн, — граф решительно подхватил меня под локоть, — если боишься, я подсажу. Могу даже на руках занести.

Ох, сколько мыслей одновременно пронеслось в моей голове вихрем.

Меня должны вернуть семье, в которой поступок Согитра считается подвигом. Его будут благодарить и хвалить. А потом — выдадут за него меня замуж, если он сочтет, что я не слишком опорочила свою репутацию пребыванием на невольничьем рынке.

А может, благодаря этой сегодняшней подлостью, Урнари сплотит вокруг себя всех сэлонимов. И разгонится новый виток уж было подутихшей вражды драторинов и сэлонимов.

Но… это моя семья. Мой народ.

Каков мой выбор?

Это очевидно.

— Да, если можно, внеси меня на руках, я боюсь эту трепыхающуюся лодочку, попросила я.

— Вот и славно, — осклабился Согитр, — а то я уж