Горячие и нервные - Сьюзен Андерсон

Джон тихо разговаривал с каждым, и Виктория отметила, как осторожен он был, общаясь с ними. Показывая фотографию Джареда, он спрашивал, не видел ли его кто-нибудь из них. Но дети, один за другим, отрицательно качали головой.

Виктория расстроенно вздохнула, когда они вынырнули из узкой щели между домами, забитой контейнерами с мусором, где прятались бездомные подростки.

— Боже мой! — с ужасом проговорила она. — Я и представить не могла, что такое существует! — Она подняла воп — решающий взгляд на Рокета. — Неужели в городе нет специального приюта?

— Никто из этих ребят не жаждет оказаться там. Бездомные предпочитают самостоятельно бороться за выживание, и, к сожалению, дети часто страдают. — Он помолчал, затем добавил деловым тоном: — Для них зачастую куда безопаснее находиться на улице. Взрослые в этих приютах обращаются с ними чересчур плохо.

— О Господи! — прошептала она.

— Да, ничего хорошего, — согласился он. — Но таковы особенности жизни на улице, с которыми сталкивается большинство беглецов.

Продолжив свой путь, они спустя минут сорок пять свернули на узкую неказистую улочку, как вдруг откуда-то из щели между мусорными баками вынырнула черная тень и преградила им дорогу. Виктория вскрикнула, но Рокет не растерялся и быстро загородил ее собой. Она вовсе не испытывала стыда, чувствуя себя в безопасности за его широкой спиной.

— Деньги… быстро, и тогда никто не пострадает! — Голос явно принадлежал юному существу. Виктория вздрогнула, когда Джон отпустил ее руку. Напряжение, исходящее от его тела, передалось и ей; даже взгляд, которым он смотрел на парня, был обманчиво осторожен. Спустя несколько мгновений, поняв, что больше не выдержит, если не узнает, что произойдет секундой позже, Виктория выглянула из-за спины Джона.

Их грабитель оказался на вид даже моложе, чем казалось по голосу. В тусклом лунном свете, который освещал заброшенные дома, окружавшие их, можно было прочесть испуг в его глазах. У него были спутанные волосы, которые при дневном освещении скорее всего оказались бы белокурыми, все лицо в пирсинге и — о Господи! — она почувствовала, как ее глаза широко раскрылись, — нож в руке.

— Деньги, я сказал! — Голос парнишки сорвался на последнем слове, и он угрожающе повел ножом из стороны в сторону. Виктория снова спряталась за Джона.

Тот не шевельнулся.

— Кончай, парень, — тихо проговорил Рокет. — И я позволю тебе уйти.

Нервный смешок нарушил тишину.

— Ты чего, слепой, мистер? Не видишь, что ли, что у меня нож?

— И должно быть, очень хороший, — просто сказал Джон.

Остальное произошло настолько быстро, что Виктория даже не успела опомниться. Джон внезапно отодвинулся от нее и почти тут же молниеносно преодолел расстояние, отделявшее его от подростка. Вытянув руку, он схватил парня за запястье с такой силой, что тот медленно опустился на колени, а нож полетел в протянутую ладонь Джона.

Отпустив парня, он рассматривал нож.

— Действительно, неплохая вещица. Но оружие эффективно только в том случае, когда хозяин умеет обращаться с ним. — Он закрыл нож и убрал его карман, затем протянул парню фотографию Джареда.

Держа ее перед мальчиком, он посветил фонариком.

— Ты когда-нибудь видел его?

Потирая запястье, мальчишка даже не удосужился посмотреть на фото.

— Нет, — буркнул он.

— И даже если бы видел, то не сказал бы мне? — Когда парень взглянул на него исподлобья, Джон улыбнулся. — Впрочем, ничего удивительного. Я выставил тебя не в лучшем свете перед леди, а ты в отместку не хочешь помочь мне. Я не говорил, что за нужную информацию полагается вознаграждение? — Он сделал вид, что хочет убрать фотографию.

Пару секунд парень раздумывал, затем протянул руку:

— Дайте-ка мне посмотреть.

— Конечно, — согласился Джон без всякого намека на одержанную победу и вновь посветил на фото фонариком.

— Да, я встречал его здесь… Он тусуется с девчонкой. Не то Пи-Уи, не то Пи-Джей, или что-то в этом роде.

Сердце Тори зашлось от боли. Так, значит, это правда! Джаред где-то здесь, в Денвере. Не то чтобы она сомневалась… Но слышать, как кто-то говорит, что видел ее брата, просто невыносимо.

Когда она подняла глаза на Джона, он тем не менее был снова мистер Невозмутимость и выглядел так, словно слушает прогноз погоды.

— Ты знаешь, где мы можем найти его?

— Не-е-ет. — Парень покачал головой. — Я видел его в Скайлайн-парке, но не обратил внимания, куда они пошли оттуда. — Он потер нос кулаком и выжидающе посмотрел на Джона. — Значит, мне не светит вознаграждение?

Джон засунул руку в задний карман джинсов и, достав бумажник, вынул двадцатидолларовую купюру.

— Расскажи нам о девушке.

— Девушка?.. Да она просто малявка. Моложе меня и точно помладше того парня. — Он еще раз взглянул на фото, которое держал Джон. — Волосы такие… как это… каштановые, я думаю. И тарахтит без умолку. — Он следил за рукой Джона, в которой была зажата двадцатидолларовая купюра, и глотал слюну. — И голос у нее такой чудной.

— Как это?

— А черт ее знает. Как будто у нее это… ну… Как это… ларин… Ну, знаете, когда болит горло…

— Ларингит?

— Во. Точно.

Рокет протянул ему деньги вместе со своей визиткой.

— Если ты увидишь их, позвони мне и получишь еще. Между прочим, парень, можешь рассчитывать на нашу помощь и оставь грабеж профессионалам. И ради Бога, держись подальше от ножей, не то дождешься, что тебя самого прикончат.

Парнишка пожал плечами, убрал деньги в карман и быстро растворился в темной щели между двумя мусорными контейнерами.

Джон молчал, когда они снова двинулись в путь. Затем он остановился и взял Викторию за руку, когда она хотела пойти дальше.

— Давай закончим на сегодня, а утром продолжим поиски с этого места.

Ее приподнятое настроение резко упало. Мысль, что Джаред болтается где-то на этих грязных улицах, как тот парень, которого они только что встретили, не давала ей покоя. Она хотела найти его сейчас же. Но волнения этого долгого дня утомили Викторию, она устала и была не в силах придумать убедительную причину, способную заставить Рокета продолжить поиски. Поэтому она просто кивнула.

Они молча возвращались к машине, и Виктория вдруг подумала, что, может быть, напрасно она увязалась за ним. Если бы она осталась в отеле, то Джон скорее всего продолжил бы поиски ее брата.

И словно этого было недостаточно, чтобы окончательно ее доконать, ее начали терзать мучительные угрызения совести. Она знала, что, уехав в Англию, поступила правильно, она обязана была прежде всего думать об Эсме. Но ей надо было убедить отца, что Джаред должен приезжать к ней чаще, чем ему было позволено. Может быть, если бы она приложила больше усилий, Джаред, попав в беду, обратился бы к ней, вместо того чтобы скрываться в трущобах. Безмолвные слезы бежали по ее щекам. Джон быстро посмотрел на нее.