Распятая любовь - Анна Олеговна Ковалева

Вещи закинул в свою старую холостяцкую берлогу, подаренную мне еще на совершеннолетие родителями, и рванул к Анжеле. Увидев меня на пороге, она радостно взвизгнула и кинулась на шею. А я был только рад этому.

Теперь можно было не сдерживаться и делать друг с другом все, что захочется. Вот мы и делали. Первый заход у нас случился в гостиной, второй в ванной, а потом уже и до кровати добрались.

Мы провели вместе потрясающую ночь. Настолько потрясающую, что я с утра искренне не понимал, почему потерял столько времени с Ланой. Надо было уйти от нее уже давно. А в идеале вообще не жениться на ней.

Все-таки мама оказалась права. Ланка мне не пара и никогда ею не была. Жаль, что я угробил столько времени на осознание этого факта. Прозябая в постылом браке на рядовой должности штатного юриста.

Глава 30

Встреча

Из давно остывших воспоминаний меня вывели очередной приступ смеха Захарова и похлопывание по спине.

— Что, Глеб, потерялся в мыслях о любимой жене? Понимаю, понимаю. Сам иногда как о Лидусе подумаю, так о делах забываю. Да, милая?

Та лишь коротко кивнула нам, что-то шепнула Анжеле и они вместе перебрались к встроенному бару с напитками.

— Вот за что мне нравится Лида! — хмыкнул Виталий, бросив взгляд в сторону женщин. — Мягкая, послушная, чуткая. Налево не смотрит, мозги не выносит. Деньги тянуть не пытается, довольствуется тем, что я ей даю. А еще точно знает, когда нужно отойти в сторону, чтобы не мешаться под ногами. Одно слово — бриллиант. Кажется, среди куч мусора я его все же нашел.

— Что ж, — слегка ослабил узел галстука. — Могу вас с этим только поздравить.

— Спасибо. — довольно осклабился. — Не каждому так везет, как мне. Хотя Белозерскому все же повезло. После почти двадцати лет вдовства он все же женился. Откопал где-то себе жену, которая на пятнадцать лет моложе. Да еще какую…

— Очередное чудо пластического тюнинга?

— А вот и нет. Искусственного там нет вообще ничего. Сама по себе красотка, да еще какая, — Виталий как-то похабно ухмыльнулся при этих словах. — Тут дело в том, что девка при мозгах. Не говорящая голова с сиськами. Мишка купил ей салон красоты, так она сама ведет бизнес. Еще и ему идеи подает, сам слышал. И вполне дельные, стоит признать.

— Да ну, — усмехаюсь я. — Так разве бывает?

— Редко, но бывает. Сам увидишь, как приедем. Белозерская умная женщина. Жаль только, что характер уж больно колючий. Такой палец в рот не клади. Так, ладно, давай по-быстрому просмотрим бумаги.

Этим мы и занимались, пока ехали к особняку Белозерского, расположенному в одном из элитных поселков Подмосковья.

Вообще, Захаров довольно крупный делец, тертый жизнью калач, который сумел пробиться в большой бизнес идя по головам. Ходили слухи, что в суровые девяностые он поддерживал связи с крупными криминальными группировками, но реальных доказательств тому не было. В настоящее время его бизнес кристально чист. Он владеет довольно крупной сетью ночных клубов и баров по всей столице.

Белозерский тоже акула в своей нише. Хозяин сети спортивных магазинов и фитнес-клубов. Не монополист, конечно, но среди топов вертится. Чего греха таить, сам планировал купить абонемент в один из его центров. Да и Анжеле тоже. Она помешана на поддержании своей фигуры.

Причем настолько, что заявила мне почти сразу после свадьбы, что не собирается рожать детей. Я ей тогда не поверил, да и понятно было все. Молода еще девчонка, погулять хочется. Да и я детей тогда не особо желал.

Только время идет, пора бы уже и о детях думать. Не хочу до шестидесяти с этим тянуть. Но недавнее прощупывание показало, что Анжела мнение не поменяла. Она настаивает на суррогатной матери.

Я даже прихренел сначала, а потом подумал и плюнул. Почему бы и нет, собственно говоря? Деньги на ЭКО у нас есть, дамочки, желающие продать себя как инкубатор тоже найдутся. А так и Анжеле портить здоровье не придется, и у меня будет постоянный секс.

А то, как мне объяснил врач, к которому мы вместе на обследование ходили, во время беременности у женщин и кости страдают, и зубы, и сосуды. И еще много чего.

Так что укоренимся нормально в Москве, а через год можно и начать действовать.

Так вот, я так и не понял до конца, какие отношения у Захарова с Белозерским, они как бы не совсем дружеские, но вроде и не враждебные. Скорее что-то вроде готовности к сотрудничеству по типу «это просто бизнес, ничего личного».

В данный момент наклёвывалась сделка про купле-продаже пары торговых точек, принадлежавших Белозерскому.

Захарову помещения нужны были под новый клуб, а для Михаила эти филиалы были нерентабельны. Проблема была в том, чтобы договориться о приемлемых условиях.

Захаров включил еврейскую жилку и хотел урвать помещения по бросовой цене, Белозерский же, судя по встречному предложению, на такое был не согласен.

Вот и будем обсуждать возможные маневры на неофициальном ужине. Светская беседа, легкий разговор, закидывание удочек. А потом уже перейдем к серьезным разговорам в кабинете.

— Ну вот и приехали, — заявил Захаров, когда мы въехали на территорию довольно обширного участка.

Виталий вышел первым, я же выбрался следом, протянув руку сначала Лидии, а потом и Анжеле.

— Вау!!! — восторженно запищала жена, осматриваясь. — Тут просто шикарно! Нам тоже непременно нужен такой дом. Зачем ютиться в этом городском многоквартирном склепе?

Я протяжно вздохнул, набираясь терпения. Реакция жены была вполне предсказуемой. Она давно и очень толсто намекала, что нам нужно переехать в особняк.

И ей было похрен на то, что мы пока себе такие траты позволить не можем. Слишком уж на широкую ногу жили в Лондоне. Анжела же отказывать себе не привыкла ни в чем. Ей нужно было только самое лучшее: супер-люксовую косметику, брендовые шмотки, дизайнерскую обувь.

Причем скупала она все без разбора и особой необходимости: в нашей квартире отдельная комната отведена под ее гардеробную. Да и та скоро лопнет под ворохом новых покупок.

Что ж, кажется, настала пора немного приструнить женушку. Надо сказать, что если она хочет когда-нибудь переехать в такой вот дом, то ей придется унять свои хотелки. А то выписки с ее счетов меня конкретно так начали напрягать.

— Глеб, милый, — никак не унималась она. — Ну что ты молчишь? Я же права? Нам по статусу