Начало - Ана Эм

Эдриана видеть не хочу. Достаточно и того, что он приходит ко мне во снах вперемешку с кошмарами. Бросаю взгляд на свою стену, где изображен лес. Почему из всевозможных картинок, я попросила Вал изобразить именно лес? Потому что мне нравится летний лес. Вот и все. В конце концов я проводила там все свое свободное время в детстве. Воспоминания захлестнули, поэтому и вижу его во снах. Точка. Оборотни нам не друзья. Они похищали и убивали ведьм годами. И мне нужно помнить только об этом. Не о медовых глазах, не о смуглой коже, а о природе их существования. Они животные. Еще одна точка.

Быть может, одна из нас почувствует артефакт раньше, и нам вообще не придется иметь дело с оборотнями. Да, скорей всего так и будет.

Кора решила, что лучше всего отправиться ближе к обеду, когда солнце будет стоять высоко, потому что Темный лес, куда перенесет нас Валери, кишит разной нечистью, и это не считая оборотней.

Мысленно готовлю себя к путешествию и подхожу к зеркалу, снимаю повязку на плече. Небольшие желтые синяки еще остаются, но сама рана почти полностью затянулась. Шепчу заклинание и повязка в руке превращается в пыль. Беру небольшую баночку с травяной мазью и закидываю ее в сумку с вещами. Мой дар может исцелить сестер в случае чего, но вот мои раны потребуют стороннего вмешательства.

Сделав глубокий вдох, начинаю одеваться. Черный плотный свитер, того же цвета штаны и высокие сапоги. Остается прикрепить ремень с одним единственным кинжалом, что у меня есть. Подарок мамы на шестнадцатилетие.

Ты должна всегда чувствовать себя в безопасности, Ками. Но как только, чутье подскажет об опасности, не бойся защищаться.

Так она говорила. Но с тех пор, как мама вручила мне этот клинок с янтарем на рукояти, он пылился под вещами в шкафу. Ведь я никогда не носила оружие. И не любила им пользоваться. В отличии от Эвивы или Валери, наличие кинжала не давало мне чувства безопасности. Оно лишь напоминало о том, что придется убить.

Но сейчас я прикрепляю его на груди без тени сомнений.

Времена изменились.

Я изменилась.

Мой взгляд еще раз скользит по разрисованным стенам с хвойным лесом, кровати…

Вернусь ли я еще сюда?

Не знаю.

Хочу ли вернуться?

Вряд ли.

Со смертью отца это место перестало ощущаться как дом. Ничего здесь больше не держит меня. И в глубине души я даже радуюсь, что не придется оставаться. Воспоминания и так глубоко укоренились на дне моего сердца. И здесь они лишь напоминают о том, чего я лишилась. Все мы. Сестры – единственное, что у меня осталось. И я буду следовать за ними, куда бы то ни было. До самой смерти.

Повесив сумку на плечо я в полной тишине выхожу из комнаты, закрыв за собой дверь. Затем в такой же тишине направляюсь по коридорам.

На кухне только Агнес и пара работников. Кора сидит за длинным столом и завтракает. Когда я спускаюсь, Агнес забирает мою сумку и кивает на место за столом. Как всегда хочет меня накормить. Не буду упираться, не сегодня. Так что опускаюсь на место рядом с Корой.

– Готова? – спрашивает она, допивая свой кофе.

– Да. – уверенно отвечаю и осознаю, что это правда. Впервые за много лет я к чему-то готова. У меня есть четкая цель.

Кора улыбается одними губами. Мне становится не по себе от мысли, что она останется здесь совершенно одна. Да, были стражи. Но этого недостаточно.

– Все будет в порядке? В смысле, без барьера здесь опасно находиться…

– Это мой дом. – не думая, отвечает она и ставит чашку на стол. – И я буду защищать его, Ками. Столько, сколько нужно.

Мое сердце сжимается от этих слов. У Коры не было родных, отец пригласил ее в ковен, когда та была еще подростком, когда сам отец был совсем юн. Другой жизни она не знала. И не хотела знать.

Я киваю, сглатывая подступивший ком в горле. Передо мной возникает тарелка с теплой кашей и кружкой сладкого чая. Я приступаю к еде, и мы сидим вот так молча какое-то время. Еда колом застревает в желудке, но я заставляю себя съесть все до последней крошки.

В столовую из коридора врывается Эвива с книгой в руках. Она так резко бросает ее на стол перед нами, что моя тарелка подпрыгивает.

– Я тут кое-что придумала. – радостно сообщает сестра, опускаясь на стол напротив нас.

Книгу на столе я узнаю сразу. Гримуар отца.

– Что если мы могли бы, используя Триаду, создать новый барьер. – ее глаза горят от такой совершенно глупой идеи.

– Это не будет иметь никакого смысла. – высказывает Кора мои мысли. – Чем дальше вы будете от барьера, тем слабее он станет.

Эви яростно кивает, будто и так прекрасно это знает.

– Да, но что если мы немного изменим заклинание? Изначально оно привязывает магию создателя к барьеру по умолчанию. Я тут покопалась в старых заклинаниях…

Агнес ставит кружку с кофе возле нее, затем хмурится, улыбается и вдруг скрывается в коридоре.

В затылке снова возникает это странное покалывающее ощущение, и я оборачиваюсь, но кроме поваров никого не вижу. Странно.

Отмахиваюсь от этого жуткого чувства и сосредотачиваюсь на сестре.

– Есть одно заклятие, привязывающее жизнь одной ведьмы к жизни другой через кровь. Что если у нас получится внести небольшие изменения и привязать барьер не к нам, а скажем, к тебе, через кровь.

Кора задумалась. Моя голова взорвалась. Неужели такое возможно?

Эви высовывает листок из книги и протягивает Коре. На нем знакомое заклинание, но в измененном варианте. Мои глаза округляются. Эвива создала гибрид из уже имевшихся заклятий. Нечто новое. Никто и никогда так не делал. За исключением разве что Эрианы. Примерно такую же магию она использовала, привязывая весь свой род к артефактам Триады.

– Баланс не будет нарушен. Просто вместо нас мы привяжем тебя и твою магию. – увлеченно продолжает рассказывать сестра.

– Такое возможно? – спрашиваю я Кору. Та слегка улыбается, изумленно уставившись на Эвиву.

– Думаю, вполне.

Эви тут же потухает:

– Только твоей магии может быть недостаточно, чтобы долго удерживать барьер.

– Тогда привяжите его к нам. – громко раздается знакомый голос, и мы все поворачиваемся к его источнику. Агнес приводит Бренду. А за ней идут Катрина и Иона. У каждой в руках