Ошейник принца вампиров - Дарси Фэйтон

— Хорошая девочка, — сказал он, поглаживая её бёдра и опускаясь перед ней на колени. — На этом наш первый урок завершён.

Кира сразу потянулась вытереть лицо.

— Не надо, — приказал он. — Оставь. Я хочу видеть тебя такой.

Рука Киры медленно опустилась.

— Ты больной ублюдок.

— Не похоже, чтобы ты была очень благодарна.

Она фыркнула.

— Благодарна? За что?

Она попыталась встать, но он толкнул её обратно в кресло.

— Прекрати! — резко бросила она. — Ты уже позабавился, теперь отпусти меня.

— Пока нет, — сказал Натаниэль. — Пришло время награды.

— Мне она не нужна, — сразу ответила Кира. — Я отказываюсь.

Натаниэль тихо усмехнулся, звук прокатился низким рокотом в его груди.

— А как же моя награда? Ты получила удовольствие, отсасывая мне, питомец. — Его голос стал ледяным. — Теперь ты будешь делать то, что тебе сказано.

— Удовольствие? От того, что я отсасывала тебе? — вскрикнула она. — Да пошёл ты!

Он приподнял бровь, раздвигая её ноги и поглаживая внутреннюю сторону её бёдер.

— Да. Тебе это нравилось. И вот доказательство.

Одним ловким движением его рука накрыла её лоно через трусики, насквозь мокрые.

— Такая, блядь, мокрая, — прорычал он, растирая её через ткань.

— Не надо, — вскрикнула она, подтягивая колени к груди и обхватывая их руками. — Я не хочу, чтобы ты забрал мою девственность.

Странно, но её слова вызвали в нём укол печали, однако он тут же отмахнулся от этого чувства.

— Не волнуйся. Я сохраню твою девственность. Я знаю, как это важно для вас, волков.

Кира выглядела облегчённой, но лишь на мгновение, потому что затем он низко прошептал ей на ухо:

— Поверь мне, есть вещи похуже, которые я могу с тобой сделать. Теперь ты вся моя.

Пока Кира осмысливала его слова, он сделал свой ход. Её ноги всё ещё были подтянуты в защитной позе, но это лишь давало ему лучший доступ.

Она вскрикнула, когда его рука скользнула под её трусики, заставив его на мгновение замедлиться.

— Скажи мне остановиться, — прорычал он.

Она прикусила губу, но ничего не сказала, и её испуганный взгляд не смог скрыть желание.

Она была насторожена, но любопытна, и он двинулся дальше, поглаживая её — медленно, почти нежно, проводя пальцами между её половых губ.

Кира содрогнулась, пытаясь сомкнуть ноги, но он уже был между ними.

— Скажи мне, что ты этого не хочешь, питомец.

Она не ответила.

Он убрал руку и размазал её влагу по её щеке, проведя двумя пальцами к уголку её рта, пока она смотрела на него в потрясении.

Он наклонился ближе, его голос стал хриплым.

— Скажи мне, что ты мокрая для кого-то другого.

Огонь Киры вернулся и вспыхнул ярко, когда она уставилась на него испепеляющим взглядом.

— Я ненавижу тебя.

Натаниэль улыбнулся, размазывая её влагу по её губам, затем ввёл два пальца внутрь, загибая их вверх и притягивая её ближе, пока она не оказалась на самом краю сиденья.

— Но тебе нравится то, что я с тобой делаю.

Она покачала головой.

— Нет.

Он добавил третий палец, заставив её судорожно вдохнуть, и начал двигаться медленно, затем быстрее.

— О да, нравится. И ты докажешь мне это прямо сейчас, когда кончишь для меня.

— Нет, не докажу, — настаивала она, тяжело дыша, пока он тёр её клитор ладонью.

— О да, докажешь. — Он снова вогнал пальцы внутрь. — Ты, моя дорогая, кончишь прямо мне на руку, как хорошая маленькая шлюха, которой ты и являешься.

— Нет, — выдохнула она, но её взгляд был расфокусирован, дыхание стало тяжёлым.

Натаниэль наклонился ближе.

— Да. — Его голос был низким и властным.

Голова Киры бессильно склонилась вперёд.

— Это… не то, чего я хочу.

— Разве? — прошептал он. — Тогда зачем ты здесь?

Она слегка приподняла подбородок.

— Я пришла в твой кабинет… только чтобы убить тебя.

В её глазах мелькнула искра решимости, но исчезла, когда он резко вогнал пальцы внутрь. Её веки затрепетали и закрылись, когда он повторил движение, вынимая их, чтобы снова провести по ней и вдавить обратно.

Чёрт, она ощущалась восхитительно. Его рука была скользкой от её влаги, а край манжеты рубашки намок и потемнел.

— Убить меня? — спросил он. — Почему-то я тебе не верю. Если бы ты действительно хотела меня убить, я бы уже был мёртв.

— Я пыталась, — выдохнула она, едва слышно, вцепившись в его плечи, держась изо всех сил, пока он ускорялся, наслаждаясь её сбившимся дыханием.

— Пыталась? О, питомец… если бы ты вложила хотя бы половину тех усилий в попытку убить меня, какие вложила, отсасывая мне, у нас сейчас не было бы этого разговора.

Её тело содрогнулось от ярости, но он держал её в ловушке. Его глаза расширились, когда он увидел, как внутри неё нарастает буря, грудь тяжело вздымалась от рваного дыхания.

— Да, питомец. Вот так…

Он наполовину стоял, наполовину опустился на колено, целуя её шею, снова и снова вонзая в неё пальцы, заставляя её вскрикивать, пока тяжёлое кресло понемногу сдвигалось.

Боже, как же он хотел сейчас вбиваться в неё.

И в конце концов, почему бы и нет? Он поднялся, схватил Киру за бёдра и притянул к себе, нависая над ней, направляя свою эрекцию к её входу.

— Нет! — закричала она, её глаза широко распахнулись от ужаса, когда она поняла, что он собирается сделать. — Не надо!

Он замер.

— Ты разрушил мою инициацию, — продолжила она. — Я… я не хочу тебя.

Он никак не отреагировал на её слова. Она была на грани, и он собирался довести её до конца, так или иначе.

Он толкнул её обратно в кресло и глубоко вонзил пальцы внутрь.

— Ты хочешь мести.

— Да, — выдохнула она, хватая его за запястье, будто пытаясь остановить, но не отталкивая. Пока он двигался внутри неё, её голова откинулась назад, тело поддалось.

— И как, получается? — усмехнулся он.

Кира не ответила.

— Ты убил Хейли и Ану.

Он замер.

— Моя работа — найти и уничтожить последних представителей королевской линии.

— Девять хвостов, — прошептала она, её взгляд метнулся к стене за его столом, а затем она уставилась на него в ужасе.

Это почти заставило его почувствовать вину.

— Хейли и Ану так и не нашли, — сказала она, и в её глазах мелькнула искра надежды, будто она всё ещё верила, что его можно спасти.

Эту искру он собирался раздавить.

— Я преподнёс своему отцу шарф из их хвостов, восемнадцать штук. Он любит его носить.

Кира побледнела, и от этого её стоны удовольствия звучали ещё сильнее.

Она была так близко.

Он наклонился к её уху, медленно двигая пальцами внутри неё.

— Барбара,