Искусительница - Эйна Ли

— Но ведь ты любила его?

— Мне казалось, что любила. Ни ты, ни Энджи никогда ничего не говорили мне, а ведь иметь сестру с такой скандальной репутацией, как у меня… Уверена, мое поведение смущало вас и нередко заставляло краснеть.

— Тия, мы же любим тебя и знаем, что ты — хороший человек. Ты, конечно, можешь обмануть других, но тебе никогда не удастся ввести в заблуждение родных, — заметила Элизабет.

— А папа? Он страдал из-за меня, и Дэйв не упустил возможности напомнить мне об этом.

— Знаешь, мне кажется, папа считал, что это он виновен в том, что ты уехала из дома. Но он любил тебя, и ты это знаешь. — Бет взяла сестру за руку. — Тия, ты мучаешься из-за несчастного случая с девочкой. Но ведь такое могло случиться с любой из твоих учениц, причем тебя могло и не быть рядом! Никто не может влиять на судьбу человека.

— Раньше я тоже верила в это, но потом произошла эта история с Дэйвом и несчастный случай с Кэтрин Мэри. И не пытайся убедить меня, будто я ни в чем не виновата.

— Но признайся, тебя волнует не только Кэтрин Мэри, не правда ли? — спросила Бет, заглядывая в глаза Синтии.

— Нет, кажется, нет… Правда, сначала я была в шоке и моя реакция… Знаешь, в глубине души я — фаталист. — Она заставила себя улыбнуться. — И я не играю жизнями людей, не искушаю Господа, что бы ни думал Дэйв Кинкейд.

— Стало быть, все дело в Дэйве? А что произошло между вами?

— Ох, Бет, я столько всего натворила! Он никогда не был высокого мнения обо мне, а я… я хотела, чтобы он уступил мне. Дэйв с самого начала раскусил меня… Он сказал, что я всего лишь испорченная, богатая девчонка…

— Если бы ты объяснила мне, какие чувства испытываешь…

— Ни к чему это не приведет, Бет. Сначала я дразнила его, и его мнение обо мне стало только хуже. А теперь… теперь он презирает меня за то, что я оставила своих девочек, ведь они доверяли мне.

— В таком случае возвращайся в Тент-Таун и докажи ему, что он не прав, — предложила Элизабет. Синтия печально поглядела на сестру.

— Не могу я вернуться, Бет. Он просил передать тебе, что оставит работу, если я вернусь.

Глаза Бет расширились от изумления.

— Ох, не может быть! — воскликнула она. — Он сказал это со злости! Ведь Дэйв так предан своему делу! Он намерен достроить дорогу до конца.

— Нет, он сделает то, что обещал, — Дэйв достаточно упрям и исполнит свою угрозу. — Синтия фыркнула. — Но мне некого винить, кроме себя. Я полюбила его, а он ничуть не сомневается, что все его домыслы обо мне — правда… И я не могу доказать Дэйву, что он ошибается. — Синтия встала из-за стола и подошла к окну. — Наверное, ты назовешь это карой. — Некоторое время девушка молча смотрела в окно, а потом повернулась к сестре. — Господи, Бет, я так скучаю по нему! Прошло всего пять дней, а мне кажется — пять лет.

Элизабет подошла к сестре и положила руку ей на плечо.

— Но почему бы тебе не вернуться к нему, дорогая? Скажи ему, какие чувства ты испытываешь, скажи то, что ты сказала мне.

— Не думаю, что это поможет. Дэйв презирает меня.

— Тия, прошу прощения за любопытство, но… вы были близки?

— Нет, однако в этом нет моей вины. — Синтия усмехнулась. — Но я довела его до нужного состояния. Ничего не случилось только из-за того, что он был ранен, а останься я в Тент-Тауне, мы бы уже стали любовниками. Я уверена в этом, — добавила она.

Схватив сестру за руки, Бет заглянула ей в глаза.

— Но если ты любишь и хочешь Дэйва, то почему бежишь от него? Возвращайся и борись за него, за свою любовь, Тия! Сегодня прибудет товарный поезд. Попросим прицепить к нему твой вагон.

— Ты правда считаешь, что я должна так поступить?

— Не следует сдаваться без боя. Пойдем же, я помогу тебе собраться, — предложила Бет.

— Ох, Бет, я люблю тебя! — вскрикнула Синтия. Смеясь, девушки обнялись и поцеловались. Вдруг Элизабет стала серьезной.

— Боже мой! Мы совсем забыли об Энджи. Я обещала дать ей вагон для поездки в Сент-Луис. Так что ты сможешь взять его только через неделю.

Синтия помрачнела.

— Что ж, я так долго ждала, что потерплю еще неделю. Если бы мне не нужен был вагон для жилья, я бы поехала и без него, — задумчиво проговорила она. — Что ж, использую это время, чтобы подумать, как дальше вести себя с Дэйвом.

— Не придумывай ты ничего, Тия, пусть все идет, как идет. Наверное, он испытывает примерно те же чувства, что и ты. — Взяв Синтию под руку, Элизабет добавила:

— Господи, что же я буду делать, если вы обе уедете? А папы нет… В доме станет так пусто.

— Тебе тоже придется найти себе друга. Бет. Предпочтительно высокого, темноволосого и красивого. И храни его Бог, когда он будет проскальзывать мимо Мидди, Сестры со смехом вышли из комнаты.

Увидев возвращающихся Гиффа и Энджи, Синтия решила подышать свежим воздухом, взяла жакет и вышла из дома. Едва она подошла к конюшне, как из нее вышел Пит Гиффорд.

— Привет, Гифф! Что делает Энджи?

— Она там. — Он кивнул в сторону конюшни. — Прощается со своей лошадью. Никак не возьму в толк, почему она вздумала уехать. — И ушел, поднимая ногами клубы пыли.

Синтия смотрела ему вслед, недоумевая, что могло так огорчить Гиффа. Войдя в конюшню, Синтия увидела младшую сестру — та стояла, прижавшись щекой к своему скакуну.

— Я буду так скучать по тебе, Калико. Гифф позаботится о том, чтобы тебя каждый день выезжали и иногда давали по яблочку. — Повернувшись, Энджи заметила Синтию. — Ненавижу прощаться с кем-нибудь.

— Да, особенно когда приходится целовать лошадь. А мне-то всегда казалось, что маленькие принцессы целуют лягушек.

— Как бы мне хотелось быть такой же сильной, как ты, Тия. Ты никогда не огорчаешься.

— Это тебе так кажется, Тыквочка. Послушай, в школе ты будешь недолго, а на Рождество приедешь домой. — Она обняла сестру, и девушки пошли к дому.

— Обещай мне, Тия, что бы ни случилась, ты будешь здесь, когда я вернусь, — попросила Энджи.

— Обещаю, милая. Пойдем же, я помогу тебе собрать вещи.

— Да не понадобится тебе вся эта теплая одежда! — возмущалась Синтия, наблюдая, как сестра засовывает в сундук очередной свитер. — В Сент-Луисе не так холодно, как в Колорадо. К тому же если тебе станет совсем тоскливо, то обратно придется тащить все на себе. Вдруг ты решишь оставить школу искусств и вернуться к фермерской жизни.

— Синтия Маккензи, прекрати тешить ее пустыми надеждами, — строго произнесла вошедшая в комнату Элизабет.

— Уверена, что нашей сестренке захочется вернуться домой, как только она увидит первого же обнаженного натурщика, — усмехнулась Синтия.

Энджи резко повернулась к ней.