О чем молчат женщины - Винтер Трейси

Когда Арлетт пришла в мастерскую Сергея, тот был там в одиночестве — во второй половине дня натурщик больше не требовался.

Сергей открыл девушке дверь. На нем был льняной халат, волосы забраны под темно-синюю повязку.

Арлетт держала в руках корзинку, накрытую красно-белой клетчатой салфеткой, из-под которой выглядывало горлышко бутылки.

— Я принесла нам ужин. Думаю, мы сможем поесть прямо здесь, ты будешь работать, а я с удовольствием понаблюдаю, если не возражаешь.

Сергей поблагодарил Арлетт за предусмотрительность. Взяв у нее корзинку, поставил на стол. Арлетт сняла перчатки, вынула жемчужную булавку, закреплявшую шляпку. Жакет и шляпку Сергей повесил на крючок, при этом он заметил, что шляпная булавка Арлетт как родная сестра похожа на его булавку для галстука, только немного больше по размеру. Он с улыбкой провел пальцами по поверхности жемчужной россыпи, как по щеке любимой.

Девушка тем временем подошла к «Затаившемуся» и оглядела картину восхищенным взглядом.

— Что я могу сказать? — ее голос сорвался от волнения. — Ты заглянул в душу человека и отобразил то, что мучает ее.

Сергей взял Арлетт за плечи, повернул к себе.

— А может быть, я заглянул в свою душу?

Арлетт коснулась кончиками пальцев его щеки.

— Я здесь не для того, чтобы отвлекать тебя от работы. Хочу посидеть молча, а ты не думай обо мне.

Сергею показалась забавной мысль, что в присутствии Арлетт он может не думать о ней.

— Ты можешь говорить, сколько хочешь.

— Могу я осмотреть мастерскую?

— Конечно. И не стесняйся задавать вопросы.

За занавеской пряталась крошечная кухня со старой плитой и желтой цинковой раковиной. На плите стоял видавший виды кофейник, в небольшом буфете — дешевая посуда, купленная, видимо, у уличного торговца. Дверь из кухни выходила прямо в крошечный дворик.

Арлетт обошла всю мастерскую. В большой нише стоял стол, знававший лучшие дни, рядом — лавка, приколоченная к стене.

— Я накрою ужин чуть позже, — сказала Арлетт. — Эта мебель уже была здесь, когда ты снял мастерскую?

— Да. Единственное, что я принес сюда по настоянию Марии — русские покрывала и наволочки с национальным узором — они на кушетке.

Кушетка была единственным местом, свидетельствовавшим о попытке хозяина навести уют. Розовые, пурпурные и алые узоры привезенных из России покрывал и наволочек создавали яркое, веселое пятно на фоне сумрачной, без всяких излишеств комнаты.

Арлетт уселась на кушетку. Наступил вечер, и Сергей зажег электричество. Свет падал в основном на него и картину, Арлетт осталась в тени абажура. Сергей улыбнулся девушке, потом продолжил работу. Ему было приятно, что она рядом.

Когда Сергей закончил работу, Арлетт задернула занавески, зажгла плиту и поставила чайник. Сергей снял свою рабочую одежду, повязку с головы, повесил все это на крюк, затем тщательно вымыл руки и лицо. Арлетт расстелила на столе красно-белую салфетку, разложила еду на тарелки, которые нашла в буфете. Она принесла паштет, холодную говядину, сыр, салат и соус для него, французскую булку. Сервировку стола увенчала фруктами и найденной на кухне свечой, которую укрепила в блюдечке в самом центре стола. Резкий электрический свет почти не проникал в сумрачную нишу.

Из кухни появился Сергей, на ходу надевая жилет.

— Настоящий праздник! — восхитился он.

Сергей наполнил стаканы вином…

Они ужинали долго, иногда он протягивал руку и накрывал запястье Арлетт. После ужина девушка вымыла посуду.

Арлетт заглянула в шкаф и увидела кипу набросков. Верхний изображал ее саму…

Не произнося ни слова, она взяла рисунок, под ним был еще один набросок, еще и еще. Сергей молча следил за девушкой. Арлетт. Сидящая, стоящая, опустившая глаза вниз — она знала, что этот жест характерен для нее в момент напряжения, если ей хочется скрыть свои мысли.

— Когда ты сделал эти наброски? — в голосе девушки прозвучало неподдельное удивление.

Сергей поднялся и встал за ее спиной.

— Пока тебя не было. Помнишь, я как-то говорил, что всегда делаю наброски, прежде чем начать новую работу.

— Значит, я буду твоей следующей моделью?

— Уже не в первый раз. Когда был в России, по памяти сделал твой портрет.

Девушка оглянулась на Сергея.

— И он там до сих пор?

— Да. Занимает почетное место в моем кабинете.

Арлетт, улыбаясь, повернулась к рисункам.

— Значит, я буду позировать для тебя? Я буду рада приходить сюда и быть с тобой, когда рядом нет других людей, — девушка весело рассмеялась. — Но я вижу по наброскам, что новая работа будет сильно отличаться от предшествующих — я повсюду в одежде.

Сергей нежно поцеловал ее в щеку.

— Я бы выбрал иное, — его голос был мягким, обволакивающим.

Арлетт затаила дыхание, словно что-то изменилось в окружающем мире. Она тихо прижалась к нему, счастливо закрыла глаза. Рука Сергея нежно коснулась ее корсажа, нашла очертания груди под тканью, губы ласково пробежали по волосам. Его прикосновения заставили девушку задрожать. Сергей уже не в первый раз целовал ее, но никогда они не были уверены, что никто не нарушит их уединение.