По воле судьбы - Стефани Блейк

– С кем?! С Билли Бернсом?! Да ты, оказывается, еще дурее, чем я думал! Он худший из янки и презирает латиносов, как никто из белых.

Мурьета ухмыльнулся и, наклонившись над котелком, налил себе полную миску похлебки.

– Мы презираем его не меньше. Но он меня уважает, и игра была честной. Розита, передай-ка мне бурдюк.

Он ловко пристроил его у себя на плече и, запрокинув голову, подставил рот под темную струю. Красное вино с бульканьем полилось ему в горло и потекло по подбородку.

Хоакин и после еды остался сидеть у костра и продолжал пить. К тому времени, когда темнота окутало озеро, он был в приподнятом настроении – не пьяный, но на той границе, где рассудительность и здравый смысл уступают место развязности и безответственности.

Андрия зевнула и сладко потянулась.

– Пойду-ка к себе в палатку. Сегодня был долгий и утомительный день.

В первый же день после похищения Андрии отдали маленькую походную палатку, украденную со склада американской армии, и складную армейскую койку. Девушка зажгла фонарь, прицепленный к центральному шесту, и разделась. «Утром пойду искупаюсь в озере», – решила она, улеглась на койку, закуталась в тонкое хлопчатобумажное одеяло и почти сразу заснула.

Проснулась Андрия посреди ночи как от толчка. Сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот выскочит из груди. Стояла мертвая тишина, лишь снаружи доносилось пение цикад да с озера слышались отдаленные крики гагары, которой тоже не спалось. Костры погасли, иначе были бы видны красные отблески на парусиновых стенках палатки. Она лежала и напряженно ждала.

По-прежнему не доносилось ни единого тревожного звука, но какое-то шестое чувство подсказывало ей, что в палатке кто-то есть. Кто-то или что-то – может статься, дикий зверь, пришедший на запах пищи. Она обругала себя за то, что поленилась вымыть миску. Остатки еды вполне могли привлечь голодную лесную тварь.

К несчастью, это оказался не обитатель леса. Чья-то рука быстро зажала ей рот, и девушка с ужасом поняла, что ей предстоит иметь дело с двуногим хищником.

– Не бойся, это я, Хоакин.

Андрия отчаянно забилась, но он намертво придавил ее к койке своим телом.

– Хватит дергаться! Обещаю не делать тебе ничего плохого. Да ты и сама это знаешь. Я слишком сильно тебя люблю. – Она затихла, и Мурьета продолжил: – Обещай, что не будешь кричать, и тогда я уберу руку.

Андрия согласно кивнула. Он осторожно убрал руку от ее рта. Девушка осталась верна своему слову. Какой толк устраивать скандал из-за его неблагоразумия? Андрия не была обделена знаменитой восточной стойкостью. И потом, сколько боли принесет это ее подруге Розите!

– Хоакин, прекрати немедленно это безобразие! – возмущенно прошептала она. – Ты пьян!

– Пьян желанием быть с тобой, дорогая.

Он потянулся к ней с поцелуем, но девушка сердито отвернулась.

– Неужели у тебя нет никаких чувств ко мне? – взмолился он.

– Я уже было решила, что ты мой близкий друг и настоящий джентльмен, но сейчас вижу, насколько я ошибалась в тебе.

На самом деле Андрия испытывала к Мурьете неодолимое физическое влечение. Долго спавшую в ней чувственность, разбуженную в далеком Китае Люком Каллаганом, вновь пробудил к жизни Хоакин Мурьета.

Он отбросил в сторону одеяло и накрыл руками ее маленькие твердые груди. Андрия задрожала, и почти сразу ее соски уперлись ему в ладони. Мурьета тихонько рассмеялся и поцеловал ее в шею, с удовольствием отметив про себя, что ее сердце учащенно бьется.

– Голова говорит одно, а вот тело и кровь поют совсем другую песню, верно?

Он провел рукой по ее гладкому плоскому животу и принялся гладить округлое бедро. Рука скользнула ниже, к колену, и, протиснувшись между стиснутых бедер, двинулась вверх.

– Хоакин, умоляю, не надо!

– А я умоляю тебя: не борись со мной, дорогая. Дай свободу своим чувствам.

Андрия собрала всю свою волю, но тело ей не повиновалось. Она была бессильна остановить эту ласкающую и настойчивую руку. Его пальцы скользнули в глубину ее бедер, как мышка, что ищет теплую норку.

– О-о-о! – не выдержав, тихонько вскрикнула Андрия.

Когда он взял ее за руку и потянул вниз, к своей налитой плоти, девушка не сопротивлялась. Широко раскинув бедра, она нетерпеливо направила его желание к нужной цели. Она едва успела перевести дыхание, а Хоакин уже заполнил ее всю.

– Любимая, – с нежностью в голосе по-испански прошептал он ей на ухо, – ты самая красивая девушка в мире!

Андрия отдалась снедавшему ее желанию. Но даже в миг экстаза в глубине души она понимала, что это всего лишь телесное наслаждение, которое принесло только временное облегчение. Как все это далеко от той теплой, нежной и поистине блаженной любви, какую она познала с Люком!

Мурьета достиг экстаза вместе с ней, и они слились в сладостном ритме любовной близости, пока обессиленно не замерли, отдав друг другу все без остатка. Хоакин с удовлетворенным вздохом сполз с Андрии и с нежностью сжал ей ягодицы.

– Ты просто ангел!.. – шепнул он.

Вдруг Мурьета резко сел на койке и прислушался.

– Что такое, Джо?

– Ты ничего не слышала?

– Нет.

– Зато я слышал. – Он вскочил с койки, натянул штаны, на цыпочках подкрался к наружному пологу палатки и слегка приоткрыл его. – Caramba! – еле слышно выругался Мурьета.

– Что там, Джо? – Андрия спустила ноги на пол и закуталась в одеяло.

– Полиция, черт бы ее побрал! Дорогая, мне нужно уходить.

Он метнулся в глубину палатки, выхватил нож и полоснул по полотну. Потом бесшумно выскользнул в ночь…

Со всех сторон поднялась дикая стрельба. Бандиты были застигнуты врасплох, и пули беспощадно косили их. Трехпалый Джек, дремавший около едва тлеющего костра, был сражен насмерть несколькими выстрелами. Кто-то бросился к лошадям, кто-то упал на землю, чтобы не быть убитым и успеть сдаться. Мурьета благополучно добрался до своего жеребца и одним прыжком взлетел в седло. Конь понесся к лесу. Хоакину удалось бы уйти, не поймай его на мушку один из калифорнийских рейнджеров.

Когда все было кончено, Мурьету нашли ярдах в ста от лагеря. С запрокинутым к небу лицом он лежал на спине. Пуля раздробила ему позвоночник.

На поляне торжествующие полицейские прикладами безжалостно сгоняли всех пленников в кучу. Андрия, успевшая одеться, вышла из палатки и нос к носу столкнулась с высоким, дородным мужчиной в дорогой шляпе.

– Мэм? Я капитан Лоу, исполняющий обязанности шерифа рейнджеров Лос-Анджелеса. А вы, должно быть, мисс Андрия Каллаган?

– Мистер Калеб Каллаган – мой опекун.