Песочные часы - Елена Лагутина

— Не знаю, она всегда у меня была. Это, наверное, от мамы осталось. Алена, ну пожалуйста, давай читать!

Бережно перевернув обложку, Алена открыла первую страницу и увидела принцессу Жасмин — в розовом платье, с цветами, вплетенными в волосы.

— «В далекой сказочной стране, где никогда не бывает зимы, жила-была принцесса…»

Алена остановилась, почувствовав, как сдавило горло. Оторвав взгляд от пляшущих перед глазами букв, посмотрела на маленькую Сашу. Та сидела, притаившись, замерев, словно полностью превратившись в слух, закусив нижнюю губу, и смотрела на нее с таким восторгом и ожиданием чуда, что Алена сразу поняла: она не может позволить себе расслабиться, дать волю собственным чувствам. Взяв себя в руки, она продолжила читать Саше про Жасмин, изредка отрывая взгляд от страницы и наблюдая за ней. Щеки ее горели, взгляд блуждал где-то далеко, в сказочной стране, где никогда не бывает зимы…

Закончив последнюю сказку, Алена вздохнула и отодвинула книгу. А Саша некоторое время молчала — как будто не хотела возвращаться оттуда, где только что побывала, не хотела снова становиться маленькой девочкой, уже побывав однажды принцессой.

— Саша, — позвала Алена, и девочка вздрогнула, словно очнувшись, — знаешь, у меня в детстве была точно такая же книжка. И я очень любила, когда мне читали сказки, а особенно мне нравилась сказка про Жасмин.

— Жасмин — самая красивая принцесса. Я тоже хочу такое же платье, как у нее. Папа обещал мне купить… Когда я вырасту. Как ты думаешь, он купит?

— Конечно, купит! Обязательно купит.

— Обидно, что так долго ждать. Я так хочу быстрее стать взрослой!

Алена снова прижала девочку к себе, ласково погладила по волосам. Как объяснить ребенку, что детство — самая счастливая пора в жизни человека? Да и стоит ли говорить о том, что, взрослея, человек теряет так много, что порой начинает жалеть о том, что не остался маленьким ребенком? Как жестоко время!

— А сколько тебе сейчас лет? — спросила Алена.

— Вот столько. — Саша, как и все маленькие дети, предпочитала отвечать на этот вопрос не словами, а пальцами. Она растопырила ладошку и демонстративно подняла ее вверх, приблизив к самому лицу Алены. — Видишь?

— Пять?

— Угу. Почти шесть. А потом будет семь, и я пойду в школу. Меня научат читать, и я сама буду читать книжку про Жасмин. Правда ведь?

— Правда, и не только эту книжку, а еще много других интересных книжек…

— Все равно эта — самая интересная, а другие мне не нужны, — упрямо возразила Саша, — а теперь давай играть!

— В дочки-матери? — обреченно спросила Алена.

— Ну да… Или давай играть в школу. — Идея, в считанные секунды возникшая в ее маленькой головке, показалась ей настолько великолепной, что она радостно захлопала в ладоши: — Я буду учительницей! Сиди.

Она вскочила с дивана, тут же принялась снова волочить табуретку, придвинула ее вплотную к тому месту, где сидела Алена, положила на нее все ту же раскрытую книжку. Глядя на нее, Алена еле сдерживала смех: она изменилась в один момент, из маленькой мечтательной девочки словно превратившись в строгую и занудную классную даму. Только очков на кончике носа не хватало!

— Сегодня мы будем изучать буквы, — произнесла Саша, подражая взрослой интонации, и пояснила, на минуту выйдя из роли: — Это так у нас в садике бывает. Итак, скажите, пожалуйста, что это у нас за буква?

Она ткнула пухлым пальчиком в заглавную букву «А», написанную витиевато и не совсем понятно.

— Это буква «А», — как прилежная ученица, ответила Алена и, вспомнив, как когда-то пыталась разучивать буквы со своим маленьким четырехлетним племянником, сыном сестры Лизы, добавила: — «А» — начало алфавита, тем она и знаменита…

— Ух ты! — восторженно произнесла Саша, снова позабыв о том, что играет роль учительницы. — Ты знаешь стихи про буквы!

— Ну да, знаю… Хочешь, и про другие буквы стихи расскажу? Если вспомню, конечно… Вот, например, про букву «И». Ты знаешь букву «И»?

— Нет, не знаю, покажи.

— Вот, смотри, — Алена отыскала в тексте букву «И» и показала Саше, — две палочки, одна наискосок, снизу вверх. Молоток я раздобыл, из дощечек букву сбил. Между двух прямых досок одна легла наискосок. Сколько здесь дощечек? Три! А какая буква?..

— И-и-и! — смеясь, протянула Саша-маленькая. — Здорово! Две палочки, одна наискосок… И правда. А еще?

— Еще… — Алена усиленно пыталась воскресить в памяти стихи про буквы — несколько лет назад она знала их все наизусть, а теперь всплывали только обрывки. — Вот, послушай, про букву «С». Буква «С» напоминает полумесяц…

— Как у тебя? — Саша протянула ладошку и сомкнула в пальцах ее золотой кулон, не догадываясь о том, какие мучительные воспоминания пробуждает в душе своей новой знакомой.

— Как у меня, — спокойно согласилась Алена, отгоняя прочь мрачные мысли, — а теперь мы можем написать твое имя.

— Мы можем написать мое имя? — Ее восторг был неописуем. Казалось, она не могла поверить в то, что Алена ее не обманывает. — Вот здорово! Сейчас я принесу бумагу!

Саша снова исчезла из поля зрения, через минуту вернулась из кухни с тетрадкой и ручкой в руках.

— Я сама буду писать?

— Конечно, сама. Сначала напиши букву «С».

Саша послушно и старательно, раскрыв рот, принялась выводить на бумаге полумесяц, который получился у нее кривоватым.

— Молодец, — похвалила Алена, — а теперь рядом напиши букву «А».

«А» получилась у Саши ничуть не лучше, чем «С», следующая буква совсем съехала вниз, но, закончив наконец писать короткое слово, она так и заискрилась от счастья:

— Я написала свое имя? Сама?..

Алена кивнула.

— Вот здорово! Когда папа придет, я ему покажу, он меня похвалит… Да?

— Конечно, похвалит, — заверила ее Алена, улыбаясь детскому восторгу. — Послушай, ты, наверное, устала?

— Ни капельки! — Саша замотала головой из стороны в сторону. — Давай еще что-нибудь напишем!

— Саша, но ведь в школе всегда бывают перемены. Дети должны отдыхать от занятий.

— Но я не устала! — нахмурив брови, снова возразила Саша-маленькая. — Я не хочу отдыхать!

Еще целый час она старательно выводила на бумаге детские каракули — «папа», «мишка», «Микки», «Алена» и еще целую кучу разных слов, потом наконец положила ручку и вздохнула:

— Вот теперь устала. Давай сделаем перемену.

— Давай, — согласилась Алена, — может, хочешь есть?

— Нет, есть не хочу. Хочу гулять.

— Гулять? — Алена удивилась, потому что подобная мысль почему-то не приходила ей в голову.

— Ну да, гулять, — с прежним нетерпением в голосе пояснила Саша, — гулять полезно.