Изменница - Виктория Холт

— Да, так же как и у матушки Сепфоры, которую воспитывала моя мать.

— Я думаю, вам знаком здесь каждый уголок. Меня мучило желание разузнать что-нибудь о Жераре, и я сказала:

— Когда я приезжала сюда в прошлый раз навестить дядюшку, я встретила вашего друга, который останавливался здесь.

Хозяева озадаченно посмотрели друг на друга.

— Жерара д'Обинье, — пояснила я. Они непонимающе взглянули на меня.

— Вы позволили ему пожить здесь во время вашего отъезда, — продолжала я.

— Мы ни разу не уезжали. И ни разу не оставляли кого-то жить в доме… — Тут Дерек Форстер внезапно улыбнулся. — Да, но мы живем здесь не более двух лет. Когда вы приезжали?

Я почувствовала огромное облегчение. Я уже начала верить, что со мной случилось что-то сверхъестественное и Жерар действительно выходец с того света.

— Это было три года назад.

— Ну вот, — сказал Дерек. — Это все объясняет. Вы говорите, Жерар д'Обинье? Француз?

— Да, — ответила я, — он француз.

— До нас тут жили, как мне показалось, очень странные люди. Я никогда их не видел. Они бросили дом в страшной спешке. Сделку заключали через свое доверенное лицо. Все выглядело довольно таинственно. Говорили, что они шпионят на Францию и должны как можно быстрее покинуть нашу страну.

— Я сама не видела старых хозяев, — сказала я, — я поняла так, что они сдали ему дом на короткое время.

— Думаю, они были шпионами. Ну что ж, мы не имеем к ним ни малейшего отношения, правда, Дерек?

— Нет, боюсь, мы довольно скучные люди.

— Нравится ли вам дом? — спросила я.

— Да, жить в нем довольно занятно, — ответил Дерек.

— Ты только сейчас заметил это, — сказала Изабелла. — Иногда мне кажется, он не такой, как другие дома.

— Он достался нам по вполне разумной цене, — добавил Дерек, — Она была невелика, и мы не захотели упустить такой шанс. Мой брат сказал, что мы будем глупцами, если не купим его. Он тоже в этом заинтересован, потому что собирается начать практиковать в городе. Видите ли, он врач.

— Дом изменился, — сказала Сабрина. — Думаю, что атмосфера в нем зависит от людей, которые живут здесь.

— Конечно, это неизбежно.

Вино было превосходным, как и поданное к нему печенье, и нам с Сабриной не хотелось уходить отсюда.

— Вы приехали надолго? — спросила Изабелла.

— Нет. Возможно, недели на две.

— Лорд Эверсли так постарел, — заметила Сабрина. — Думаю, ему приятно посещения родственников Я размышляла, ходят ли в деревне слухи про Эверсли. Если да, то такая женщина, как Изабелла Форстер, не могла не слышать их.

— Кажется, у его светлости есть экономка, которая все цепко держит в своих руках.

Да, так и есть. Слухи дошли и до хозяев Эндерби.

Распрощавшись с хозяевами и получив приглашение зайти еще, если сумеем выкроить время, мы вернулись в Эверсли, чувствуя, что прекрасно провели утро. Я решила, что неплохо бы поговорить с Джефро наедине. Уж если здесь и есть кто-то, кто всецело на стороне дяди Карла, так это Джефро. К тому же в прошлый раз дядюшка доверился именно ему.

Во время полуденной трапезы Джесси была более разговорчива. Мне все время казалось, что она осторожничает из-за Сабрины, которую слегка побаивается. Джесси ела вместе с нами, как это было в мой прошлый приезд, а суетилась вокруг стола, чтобы, как и говорила, убедиться, что все нам по вкусу.

— На этих нынешних горничных ни в чем нельзя положиться, — нравилось повторять Джесси.

Мы встали из-за стола. Сабрина собиралась сегодня воспользоваться приглашением Форстеров. Я прекрасно знала Сабрину и понимала, что ей хочется вспомнить прошлое еще раз, даже если оно не особенно приятно. Я же решила, что больше не пойду в Эндерби, потому что там ничего не знают о Жераре, а бередить старые раны, которые причинили мне немало страданий, я не желала.

Джесси лукаво взглянула на меня, когда я проходила мимо.

— Вижу, вам очень не хватает вашей маленькой дочурки, миссис Рэнсом, сказала она. Я кивнула.

— Конечно, ребенок для вас все… Лотти ведь родилась месяцев через девять после отъезда отсюда… Видите, я помню, — и Джесси игриво подтолкнула меня локтем.

Я почувствовала, как краска заливает лицо. Я посмотрела на Сабрину. Она ничего не понимала. Обернувшись к Джесси, я произнесла:

— Должно быть, я вскоре приеду вместе с дочкой.

И вышла. Слова Джесси были ударом для меня. Что она хотела сказать? Когда я повернулась к ней, ее лицо выражало полнейшую невинность.

Была ли я сверхчувствительной? Ведь я замужняя женщина. Вполне логично, что у меня родился ребенок, а если он появился на свет после того, как я побывала в Эверсли и Джесси сумела заметить некоторое несоответствие по времени, то это еще ни о чем не говорит.

Я отправилась искать Джефро. Он находился у себя дома.

— О, — сказал он. — Я так и думал, что, возможно, вы захотите поговорить со мной, госпожа Сепфора.

— Джефро, расскажи мне, как обстоят дела в Эверсли.

— Кажется, все идет как надо. Его светлость счастлив. Джесси утвердилась в роли хозяйки и по-прежнему ведет себя соответственно, но делает это таким образом, что хозяйки как будто и нет… официально, но всем заправляет она, оставаясь как бы в тени.

— Как мне показалось, она стала немного тактичнее.

— Да, это так. И она очень заботится об его светлости.

— Я заметила. Не думаю, что она устроила представление ради нашего приезда. Джесси действительно заинтересована в том, чтобы его светлость жил подольше.

— Она изменилась после вашего отъезда, госпожа Сепфора. Я не знаю, как вы это сделали, но вам это удалось.

— Я просто указала Джесси, что эта сытая жизнь продлится, лишь пока жив лорд Эверсли.

Постаревшее темное лицо Джефро расплылось в улыбке.

— Да, сделано чудо, и все, кажется, счастливы.

— Относительно Джесси я сомневаюсь. Она вынашивала поистине грандиозные планы наложить лапу на все имение.

— А ее ежедневные визиты к Эймосу Керью? — спросила я. — Они продолжаются?

— Конечно.

— Джефро, — сказала я, — я скоро уеду, но постарайся держать меня в курсе всех дел в имении.

Джефро выглядел смущенным, и я поняла, что допустила бестактность. Конечно, он не умел ни читать, ни писать.

Я продолжала:

— Может, ты сможешь отправить посыльного ко мне. Есть здесь кто-нибудь, кому ты доверяешь? Джефро явно сомневался, и я пояснила:

— Конечно, лишь в случае крайней необходимости.