Поцелуй аиста - Тамара Лисицкая

Милка: Чего хочется?

Александра: Я ему говорю: Саша, а давай-ка ты оставишь свою «Доблесть» и пойдешь куда-нибудь, где работы и денег побольше! Нормальному стрингеру можно нормальные деньги зарабатывать! У меня девчонки, вон, на русскую службу Евроньюса работают и еще в куче мест. Крутятся, конечно, как чокнутые. В мыле с утра и до ночи, сигарета в пасти, глаза в кучку, на пальцах уже мозоли от клавы. Но колбасят. Стараются — зато и деньги есть. Ну, я и Сашку своего на эту тропу пыталась вывести. А он, подлец, уперся — и ни в какую! Говорит, что в «Доблести» весь его смысл жизни. Дома смысл в нас, а за пределами дома — в «Доблести». И он как мужчина совершенно удовлетворен своим статусом и большего от жизни не хочет! Ну, не козел разве?

Таня: Нет. Он имеет право на свою карьеру.

Александра: А я? Я не имею? Может, я тоже хотела бы полдня спокойно сидеть где-нибудь в редакции гламурного журнала и готовить модные обзоры! Хорошо, не пригласили меня в такой журнал, а сама я не открою, не потяну пока… Но и просто денег хочется! А еще квартиру новую! И машину! И к морю ездить, понимаете? Где это все взять? Вот я и мотаюсь, как больная! Я, вон, с вами разговариваю, а мне уже новое задание выслали, буду на сносях писать рекламный разворот! Думаете, от хорошей жизни? Ни фига!

Таня: Погоди… Ну, это тебе надо? Или кому? Кому надо, тот и делает!

Александра: Это всем нам надо!

Таня: Ну, у него другие взгляды на семейное счастье.

Александра: Да у него отсутствуют взгляды!

Милка: Салка хочешь?

Александра (Тане): А что? У тебя нет амбиций? У тебя как-то иначе голова устроена? Тебе не нужна лучшая жизнь? Новая машина, новая квартира?

Таня: Да вот даже и не знаю, как тебе ответить… Новая не помешала бы, конечно… Но нам и в старой неплохо живется. Она у нас уютная, мы ее любим… И денег у нас не так уж и много… Я — научный работник ботаническою сада… Муж — мелкий предприниматель, фруктами-овощами торгует.

Александра: То есть все же торгует, да? Все же человек крутится, ищет выгоду…

Таня: Да не ищет он выгоды. Он вообще не знает, как это. Работящий, это да… Но считать он не умеет, доверчивый, попросят одолжить — даст сразу… Нет, у нас как-то вообще вопрос денег просто решается. Надо к ним относиться спокойно. Тогда будет ровно столько, сколько надо для жизни. Вот у нас ровно столько.

Александра: А море?

Таня: К морю ездили в прошлом году — в Крым к друзьям-ботаникам, у них там небольшое сосновое хозяйство на берегу моря, живем там очень скромно, но весело…

Александра: Хорошо, а амбиции? Твои личные амбиции? Вот ты сама, как Личность, как профессионал? Ты собой довольна?

Таня: Я оставила пока работу.

Милка: Ой, я тоже свою оставила! Так рада! Три года гуляем! Красота!

Таня: Нет, я свою очень любила. Я же ботаник, цветочница… Я, девочки, новый гибрид лаванды вывела! С желтыми цветками! Я до декрета с участка не уходила… Три сотки счастья… Я копалась там день и ночь… Мне самый глинистый участок отдали — не верили, что вообще что-то из этой идеи получится. Я руками каждый комочек прошла, у меня там такой слой листовой земли потом был! Перегной с песочком, удобрения… Я это все готовила, как ведьма настои, понимаете? Это была не работа, а праздник… А они же, лаванды, только узколистые у нас растут. У нас же холодно. Но мне из Прованса привезли пару таких нежных красавцев, ах… И я их выходила! У меня так цвело, все слетались посмотреть, что за чудо. И все хотела новый цвет получить. Раз удалось теплолюбивую приручить, значит, могу и следующий шаг сделать? Мне мои ребята в роддом позвонили, когда я Розку рожала. Сказали, что теперь я счастливая мама не только Розы, но и желтой лаванды…

Александра: И много платили?

Таня: Не очень. Зато удовольствия было много.

Александра: Значит, муж финансовую часть закрывал?

Таня: Когда закрывал… А когда и в долг жили… И сейчас такое бывает… Сейчас вот двоих сразу рожу… Думаю, расходов будет больше, чем прибыли… Ну, ничего, как-нибудь справимся.

Александра (саркастично): Жди…

Милка: А че с желтой-то?

Таня: Ничего. Я уволилась. Надо было Розу смотреть. Мамы-папы у нас далеко, няня — дорого. В общем, переквалифицировалась в домохозяйки. Сейчас на даче цветы выращиваю. Может, и там зацветет моя лаванда. А пока просто каждый выходной с Розой ездим в гости в ботанический сад… Щемит сердце, конечно, когда вижу свой участочек-то… Его другому научному отдали… Но похожу, подумаю и успокоюсь. Главные цветы у меня — вот.

И Таня погладила свое синее пузо.

Одно и то же у всех нас, людей. Быть постоянно на взводе, доказывать свою состоятельность. Себе доказывать, кому-то или всем — каждому сверху спускается задача. Только вот интересно, чти задачи произвольно падают? Или тот, кто ее выдает, знает, у кого какой предел, и именно ту порцию отсыпает, которая по зубам? Но зубы должны хрустеть… Почему-то всегда должно быть тяжело. Почему? Может, только по хрусту зубов и костей определяется, хорошо ли работает человек?

Милка: А я считаю, что баба не должна работать вообще!

Александра: Еще раз так скажешь, и даже не подходи? Просто бесит! Мы все рождены быть равными! И что? Почему вся история цивилизации — это целенаправленный женский геноцид? Что они только с нами не делают! В паранджи нас заворачивают! В образовании отказывают! В хорошем месте и зарплате, такой, как у мужика на том же месте, — тоже! Снисходительно посмеиваются, бьют, не дают ходить в коротких юбках — насилуют! Но и в длинных не очень жалуют — уходят к тем, кто в коротких!

Милка: Это точно! Я как только выйду в короткой юбке, так меня сразу сосед к стене жмет и…

Александра: Почему женщина не добилась в науке и искусстве столько же, сколько мужчина? В это они нас все время тычут, да? Почему нет женского Леонардо, Данте, Эйнштейна? Где великая историческая коллективная женщина? Так как же нам… ей было добиться, когда ее и близко не подпускали к этим наукам и к этому искусству? Если на ней хозяйство, дети, мужа обстирать-накормить-ублажить! А тогда, на минуточку, ни памперсов, ни стиральных машин, ни посудомоек, и детей по десять человек… Когда ей было успевать стихи сочинять, математику учить, картины писать? Ну, спасибо, хоть любовались ею, пока она стирала, посвящали ей сонеты… А многое ли изменилось? Ну, техники побольше стало, удобств, так ведь и скорости, и нагрузки увеличились! Пусть бы хоть один мужик попробовал, как она… как я! Одной рукой кашу варю, другой Ричу нос подтираю, третьей статью пишу! Ухо в телефоне, второе ухо «Новейшую историю» слушает, там же надо все прочесть и на вопросы ответить, а как я их задам ребенку, если сама не врублюсь? И так с утра и до ночи! С утра и до ночи! Я встаю в семь — и все! До конца дня на мне пять карьер! Мне надо ребенка досмотреть, жратву приготовить, все убрать-вымыть, текст написать и еще хоть как-то рожу кремом намазать и пару раз отжаться, чтобы не дай Бог из обоймы не выпасть! Я одна с утра и до ночи в этой каше варюсь, я схожу с ума в бегах между родительскими собраниями, магазинами и офисом! Я пишу материал, когда сижу в очереди в поликлинику, и пишу смс учителям, пока беру интервью у героя репортажа!