Запятнанная корона - Эрин Уатт

– Сюда приезжают, чтобы достать хорошие вещи, – загадочно отвечает Гидеон.

Два раза повернув, он снижает скорость до темпа улитки.

– Боюсь даже спрашивать, откуда ты знаешь об этом месте, – говорю я, глядя через лобовое стекло в темный узкий переулок.

– Несколько парней из братства «Альфа-Зета» приезжали сюда прошлой осенью. Думаю, хотели выпендриться перед Кэлом и мной.

– Я захочу узнать, что внутри?

– Скорее всего, нет, – признается он. – Но именно такие места нравятся Стиву. – Значит, там полно грязи и разврата. – Собственно, мы уже на месте. – Гид показывает налево.

Когда мы проезжаем мимо, я разглядываю характерные изгибы очень дорогого спортивного автомобиля Стива. Но Гидеон продолжает ехать по аллее и паркуется перед живой изгородью, за которой скрывается небольшая подъездная дорожка.

– Подожди, – говорит он мне и тянется за продуктами, которые мы прихватили по дороге.

– Значит, мы не поужинаем болонской колбасой? – с усмешкой спрашиваю я.

– Если у нас что-то останется, она вся твоя. – Гидеон достает с заднего сиденья черную кепку. – Вот, держи.

Я беру ее и поворачиваю козырьком назад.

– Это и есть наша маскировка?

Он надевает на себя точно такую же.

– Да. Здесь нет камер, но мало ли что. А еще ты чертовски сексуально выглядишь в этой бейсболке.

Гид быстро улыбается мне и выпрыгивает из «ровера». Натянув на голову кепку, я роюсь в сумочке в поисках резинки для волос. Единственный недостаток копны беспорядочных кудряшек – что они все время лезут в лицо. Как только я убираю волосы, Гидеон открывает мне дверь.

– Готова?

– Готова, – отвечаю я, опираясь на протянутую руку.

Крепко сжав мою ладонь в своей, он захлопывает дверь бедром и ведет меня по тихому переулку.

Мы проходим мимо то одной дорогущей машины, то другой, и любопытство берет верх.

– Я должна это знать. Чем именно здесь занимаются?

Гидеон пожимает плечами.

– Все зависит от того, сколько у тебя денег и чего ты хочешь. Это практически единственные критерии.

Мое воображение разыгралось не на шутку, но я успеваю еще порасспрашивать его, потому что мы подходим к автомобилю Стива. Гидеон достает суперклей и маленький ножик. Он наклоняется к переднему колесу со стороны пассажира.

– Подержи, – говорит Гид, протягивая мне тюбик клея.

Я сжимаю его в своей вспотевшей ладони и наблюдаю, как мой бывший парень откручивает колпачок золотника и прижимает кончик ножа к металлическому каркасу. Из шины с шипением выходит воздух.

– Я выпущу воздух, и мы приклеим колпачки на место, – объясняет он.

– А для чего колбаса, сыр и арахисовое масло?

Я очень удивилась, когда он начал складывать их в корзину в супермаркете, но решила подождать и посмотреть, какой у него план.

– Сыр мы положим в глушитель. Когда машина поедет, он растает, и вонь проникнет в салон. В болонской колбасе есть фосфорная кислота, которая разлагает краску. То же самое с арахисовым маслом.

– А майонез зачем?

– Для лобового стекла.

– Так вот чему вас учат в колледже. – Вздохнув, я отдаю ему клей и забираю колпачок.

Потом Гидеон надевает колпачок обратно и перемещается к следующему колесу.

– Как-то раз мы с Кэлом напились и всю ночь читали в Интернете об использовании еды во вред. Все началось с какой-то статьи о том, как создавать бомбы на основе вещей, которые можно купить в аэропорту, и потом перешло в спор, сможем ли сделать взрывчатку из продуктов, продающихся в магазине органического питания.

– Это была здравая дискуссия, – шучу я.

– Еще бы! Мы еще та парочка интеллектуалов.

Пока он возится с шинами и глушителем, я берусь за майонез. Оказывается, размазывать его по ветровому стеклу может быть очень даже весело. Напевая, я выливаю остатки на дворники и возвращаюсь к сумке за арахисовым маслом. К тому времени, когда Гид заканчивает, у меня уже украшены обе двери, лобовое стекло и капот.

– Та-дам! – говорю я, показывая рукой на машину.

Он одобрительно кивает.

– Отличная работа.

Я хихикаю.

– Хм, а вандализм – это прикольно. Теперь не подсесть бы.

– У меня внушительный трастовый счет. Думаю, я смогу позволить себе внести за тебя залог.

Гидеон хватает меня за руку, и мы бегом возвращаемся к «рендж роверу».

– Но я могу снова попасть в неприятности.

Он усмехается, бросая пустой пакет на заднее сиденье. Тепло его улыбки смогло бы согреть меня на протяжении всей зимы в Каролине. Я делаю глубокий вдох, но тут же понимаю, что не могу дышать.

Гидеон берет меня за запястье и притягивает к себе.

– И я снова внесу за тебя залог.

У меня подгибаются колени, в лодыжках слабость. Меня клонит в сторону Гидеона.

– И сколько раз ты будешь это делать?

– Столько, сколько понадобится. – Его рот в миллиметрах от моего. Я чувствую запах мяты в его дыхании, тепло, согревающее мою щеку. – И так долго, как тебе будет нужно.

Его рука скользит от моего запястья вверх по локтю и плечу, чтобы коснуться моей щеки. Тогда я перестаю дышать. Воздух стал слишком тяжелым, чтобы наполнить легкие. Боюсь, что любое случайное движение может заставить его исчезнуть, как это было в моих снах.

– Саванна, – шепчет Гидеон.

Его большой палец касается моего подбородка, а потом замирает на середине нижней губы.

Это прикосновение отзывается во всем моем теле. Его пальцы обвиваются вокруг моей шеи. Медленно он тянет меня к себе, давая время отстраниться. Я двигаюсь. Поднимаюсь на цыпочки. Ближе. Настолько, чтобы стереть расстояние между нами. Еще ближе, чтобы мои губы могли коснуться его. Чтобы чувствовать, как поднимается и опускается его грудь, когда он жадно глотает воздух. И еще ближе, настолько, чтобы стереть прошлое, всю боль и сожаления.

Настолько, что для меня сейчас существует только он один.

Его сердцебиение стучит у меня в ушах. Его нежность сладостью остается на моем языке. Мы целуемся так, как будто не стоим посреди улицы перед машиной, которую только что испортили, так, словно никогда не ссорились, не говорили друг о друге плохого слова и не расставались.

Гид сжимает меня крепче, будто боится, что я снюсь ему. Это вызывает у меня улыбку, придает смелости. Я прижимаюсь к нему, двигая его назад до тех пор, пока его спина не ударяется о «ровер». Обнимаю его за шею и наклоняюсь, целуя в ответ, пока он не начинает задыхаться.

Гидеон подхватывает меня за ноги. Чувствую, как он поправляет себя подо мной, как расставляет ноги шире, скользнув руками под мою попу и прижимая меня к себе. Как же я по нему скучала!