Сумасбродка - Кэтрин Коултер

Именно в эту минуту Грею стало ясно, что он попросту не в состоянии дожидаться, пока они возлягут на пуховые перины в самом роскошном номере гостиницы «Лебединая шея», который столь красочно расписал ему Дуглас.

— Черт побери, ведь это все еще день нашей свадьбы и брачная ночь пока не наступила! Посмотри, даже солнце еще не село! Но если я не начну тебя учить, то умру прямо сейчас!

Слушая мужа, Джек лишь молча улыбалась, не сводя завороженного взгляда с его чресел.

Грей моментально оказался поверх нее. Путаясь в нижних юбках, он одновременно пытался приподнять ей подол и спустить с ног чулки, отцепив их от подвязок. Барон сделал героическую попытку еще раз совладать с собой. Он выпрямился, насколько это позволял ему потолок кареты, и с пафосом произнес:

— Нет! Я справлюсь, я непременно справлюсь и даже сделаю это легко и непринужденно. Я не пародия на мужчину и не поведу себя как эгоист, которому наплевать, что будет потом думать о нем его жена!

— Но на всех картинках и мужчина, и женщина были голыми, — сообщила Джек. Не тратя времени даром, она принялась стягивать через голову платье.

Грей почувствовал, что вот-вот сойдет с ума. В конце концов, не выдержав, он принялся ей помогать.

— Это следует делать не так. Лучше ты снова сядь ко мне на колени и поцелуй в губы, а я займусь твоими подвязками.

Джек тут же послушно исполнила его просьбу и раздвинула ноги.

— Так было нарисовано на одной картинке, — невинно сказала она, глядя ему в глаза. — Только на мужчине и женщине совсем ничего не было надето! Кажется, мне это начинает нравиться! — С этими словами она сжала в ладонях его лицо и стала целовать.

В ответ Грей прижал Джек к себе что было силы и стал покрывать жадными поцелуями уши, шею, гладить руками спину, пока не проник к ней под юбку. Тут он замер.

Она умудрилась придвинуться так, что Грей больше не в силах был сдерживаться. Он схватил ее за бедра и пробормотал:

— Джек, разведи ноги пошире. А теперь придвинься еще ближе, так близко, как только сможешь.

Черт побери, он и не представлял, как чудесно у нее это получится! Его руки уже скользнули с бедер ей на живот. Он почувствовал, как она замерла в напряжении.

— Тебе нечего скрывать от меня, — зашептал Грей. — Я уже видел тебя целиком, и твой живот тоже. Он очень милый и нежный. Ничуть не хуже, чем твоя белая нежная попка — а ведь ее я тоже видел. Помнишь, ты собиралась выскочить в таверне из окна? Ну а я тогда оказался сзади и мог вдоволь налюбоваться всем, что спрятано у тебя между ног. Потом, позже, мы непременно обсудим и твои бедра, и твои ножки — напомни, чтобы я не забыл об этом. А пока лучше просто опусти головку мне на плечо и дай насладиться тобой. Нет, слегка откинься назад, я сам удержу тебя на руках. Успокойся и расслабься, но не засыпай на ходу, ладно? — Тут у него захватило дух, так как он наконец добрался до самого сокровенного места.

— Грей! — Она отшатнулась и едва не свалилась на пол кареты. — Я чувствую себя слишком уж странно!

Еще бы это было не так, ведь между их телами оставался лишь жалкий слой тонкого шерстяного полотна!

— Погоди, это только начало, — пообещал барон. Он расстегнул штаны, освободил свое копье и направил его в цель.

От удивления у Джек глаза полезли на лоб, но она не могла видеть его член, поскольку чуть не до макушки была завернута в ворох своих нижних юбок. Зато она прекрасно чувствовала его…

— Ох, Боже мой, ты что делаешь? Я ничего не понимаю? Хватит, перестань!

Барон остановился, и Джек замерла ни жива ни мертва. Но через некоторое время он незаметно, дюйм за дюймом стал снова погружаться в ее тело, так как просто не в состоянии был не ответить на немой призыв влажной, горячей бездны. Наконец он невнятно произнес:

— Все идет как надо, Джек, ты просто не двигайся и посиди так какое-то время. Я уже почти вошел в тебя, и осталось совсем немного. Ты чувствуешь меня? Это не так уж противно, правда?

— Я пока и сама не знаю… — Голова, лежащая у него на плече, слегка качнулась. — Никогда в жизни не переживала ничего подобного!

Тут Грей подался вперед, и Джек инстинктивно отодвинулась к спинке сиденья.

— Нет, ты не должна бояться меня. Обопрись на мои руки.

Бледные пальчики легко скользнули по его плечам.

— Ты действительно у меня внутри, — призналась Джек. — Вот уж не думала, что кто-то станет так со мной обращаться!

Грей завороженно следил, как движутся ее губы. Затем он снова слегка подался вперед, проник еще глубже и наткнулся на барьер ее девственности.

Зажмурившись, он собрался с силами. Совершенно естественно, что у нее есть эта штука, как и у любой девицы.

— Не двигайся. Вообще ничего не делай. Господи, дай мне терпения! Ведь я разумный человек и не желаю скатиться на уровень какого-нибудь олуха! Я буду двигаться медленно, очень медленно. Скажи мне, Джек, как ты себя чувствуешь?

— Сейчас мне стало больно, как будто меня жгут или режут — что-то в этом роде. Тебя, наверное, тоже жжет, да?

— Ох, да, — выдохнул Грей. — И еще как!

Он снова приподнял ее и прижал к груди — так ему было легче следить за тем, насколько глубоко он пробился в ее лоно. Когда, по его мнению, Джек оказалась в самой выгодной позиции, он изо всех сил рванулся вперед.

Джек взвизгнула, и тут же из ее глаз полились слезы. Маленькие кулачки молотили мужа по плечам, она даже послала его к черту…

Что же до самого Грея, вряд ли он замечал, что она делает, поскольку был способен думать лишь о том, как бы довести до конца начатое дело. Он уже успел зайти достаточно далеко и дышал так, что, казалось, вот-вот лопнут легкие. Когда наконец его тело забилось в вожделенных конвульсиях, Грей прохрипел не своим голосом:

— Ну вот, Джек, все и кончилось. Как ты себя чувствуешь? Тебе уже не так больно, правда?

Она не промолвила ни слова.

Зажмурившись от упоения, он тихонько гладил ее по спине, приходя в восторг оттого, что теперь это белое, дивное тело принадлежало ему, ему одному! Он все еще оставался глубоко внутри ее и не сомневался, что боль от их первой близости скоро пройдет и забудется. Но ему и сейчас не хотелось прерывать эти блаженные минуты. Не так скоро. Пусть пока она немного привыкнет к нему.

Но не успел он и глазом моргнуть, как снова возбудился, так что Джек даже испугалась:

— Грей, что ты там делаешь? Я же чувствую, как что-то там изменилось! По крайней мере ты теперь такой мокрый, и мне уже не так больно, но…

Джек не успела договорить, потому что внезапно ее лепет прервал раздавшийся где-то поблизости выстрел. За ним прогремел еще один. Леонард, кучер Сент-Сайра, завопил что было мочи и принялся нахлестывать лошадей.

«Проклятие! — выругался про себя Грей. — Тоже, нашли время для стрельбы». И как он не догадался захватить с собой в дорогу пистолет! Однако откуда здесь взялись разбойники, да еще средь бела дня?