Мой босс, соперница и я - Ольга Иванова

— Танюх, привет, — у офиса нагнала меня Даша, на редкость серьезная и какая-то напряженная. — Чего так рано ушла с корпоратива? Я тебе звонила, а ты не брала трубку.

— Случайно звук в телефоне отключился, только вчера обнаружила, — я через силу улыбнулась. — Оказалось столько пропущенных, что я все и не смотрела.

— Ну ты даешь! Я ж хотела с тобой кое-чем поделиться, — она глянула на меня искоса. — Не самая приятная информация, но лучше пусть ты узнаешь это от меня, чем от других. Или ты уже знаешь?

Почему-то я сразу поняла, что именно это будет за информация.

— О чем именно? — сердце против воли сжалось. Только бы не подать виду, как мне больно, только бы никто ни о чем не догадался…

— Похоже, Акулов все же замутил с этой блатной, — ответила Даша с сочувствием.

— Ликой? — мне удалось произнести это ровным голосом.

— Ага. Вчера Люда видела, как они оба выходили из его кабинета. Вначале Лика… Шла такая растрепанная, волосы поправляла, платье обтягивала. Улыбалась. И на Людку как на грязь посмотрела… Королевишна местного разлива! А через несколько минут вышел Акулов, без пиджака, и тоже на ходу рубашку застегивал. Правда, не улыбался. Деловился. Сделал вид, что Людку не заметил. Наверное, думал, что никто не поймет, чем они там занимались. Вот же мужики! Все слабы на передок! А Лика добилась, похоже, своего… Только ты не расстраивайся, ладно? — тон подруги был заискивающим и виноватым. — Во-первых, может, это никак не повлияет на его выбор… Ну а если и повлияет, то… Пошли они все, ясно? Найдем тебе другую работу, где начальник не такой кобель.

В свете моей прошлой работы это звучало весьма «оптимистично».

— Я все равно увольняюсь. Сама. Сегодня, — сообщила подруге.

— Да ладно! — Даша будто бы удивилась.

— Не хочу здесь больше работать. Не понравилось мне, — мы как раз подошли к лифтам, и я нажала на кнопку вызова.

— Слушай, но потерпи еще недельку. Осталось-то совсем ничего, — начала уговаривать подруга. — Все ж больше получишь оклада. Даже копейка к Новому году лишней не будет. А еще подарки от фирмы будут.

— Мне премия все равно не положена, — возразила я.

— Так кроме премии будут еще. Сертификаты обычно дарят в салон какой или бассейн. Ну и детям конфеты. Хотя… У тебя ж детей нет.

— Не нужен мне никакой сертификат, — вздохнула я. — Обойдусь.

— Ну, Тань…

— Все, Даша, я решила. И не волнуйся за меня. Справлюсь сама, — я улыбнулась. — Твой этаж.

Оставшиеся несколько этажей я ехала в одиночестве. От слов подруги было паршиво: оказывается, не я одна видела их с Ликой, уже весь офис об этом сплетничает.

Лика уже привычно опаздывала. Впрочем, не удивлюсь, если ее сегодня вообще не будет. Однако и Акулов не спешил на работу: уже прошло тридцать минут рабочего времени, а его еще не было. И о задержки не предупредил. Может, опять что с матерью? Или же… Они вместе с Ликой где-то пропадают? Может, из постели никак не выберутся.

Не успела об этом подумать, как дверь приемной открылась, впуская Лику. Одну. И без настроения. Она даже не поздоровалась. Молча прошла к своему столу и включила компьютер. Но мне на ее настроение было совершенно плевать: я занималась тем, что от руки писала заявление об уходе по собственному желанию. Отдам его Акулову, как только явится.

Лика между тем вытянула шею, пытаясь заглянуть в приоткрытую дверь кабинета босса.

— Его еще нет, — сказала я, наблюдая за ее усердием. И чуть не добавила, уточняя: «А ты разве не в курсе?»

— Ясно, — отозвалась она и уткнулась взглядом в экран своего компьютера.

Зазвонил телефон, и мы обе одновременно потянули к нему руки, но я спохватилась, вспомнив, что увольняюсь, и кивком разрешила Лике поднять.

— Приемная генерального директора, — без всякой любезности произнесла она в трубку. Потом на миг встрепенулась, точно испугавшись, но в следующую секунду на ее лицо вернулось недовольное выражение: — Это тебя, — она сунула мне трубку. — Акулов.

Я на несколько мгновений замерла, растерялась, но потом все же поднесла трубку к уху:

— Слушаю.

— Татьяна? — я сразу не узнала голос Акулова, настолько тихим и сиплым он был. — Я приболел, в офис приехать не могу. Но мне надо, чтобы вы привезли кое-какие документы ко мне домой. И побыстрее. Можете взять такси, за счет компании. И не забудьте купить в аптеке маску, можно несколько, боюсь, я заразный. Жду вас в течение получаса, — он даже не дал мне рта открыть и тут же отключился.

Что ж, отвезу ему его бумаги в последний раз. Заодно и свое заявление «по собственному» отдам.

Всю дорогу до дома Акулова я мысленно себя накручивала и раззадоривала, вспоминая сцену, увиденную в субботу и ее последствия, о которых уже знает весь коллектив. И все же не могла понять, почему именно я сейчас еду к нему с поручением, а не Лика. Хотя… Может, он просто не хочет ее заразить? А я так, расходный материал… Правда, маску я все же купила и надела ее еще в такси, из-за чего подверглась тщательному допросу от консьержки в подъезде. Дом у Акулова был новым, дорогим, с просторныйм подъездом, зеркальным лифтом и несколькими десятками этажей. Сам босс жил на предпоследнем, и его квартира была единственной на площадке. Дверь открылась почти сразу, и передо мной предстал Акулов в весьма непривычном виде: старые джинсы, растянутая футболка, осунувшийся, небритый, с красными слезящимися глазами… Кажется, он и вправду серьезно разболелся.

— Добрый день, — Акулов тоже поспешно натянул на себя маску, которая до этого болталась у него на одном ухе, и отступил в сторону, пропуская меня в квартиру.

Я не позволила расцвести в моем сердце жалости, первые ростки которой уже начали активно пробиваться, и отозвалась сдержанно:

— Добрый день, Никита Романович. Вот документы, которые вы просили.

— Спасибо, проходите, — он пригласил меня в гостиную.

Минуя спальню, дверь которой была приоткрыта, я заметила незастланную постель и ноутбук, стоящий прямо на одеяле.

— Я сейчас просмотрю все, подпишу, и вы отвезете обратно в офис юристу, — Акулов сел на диван, я опустилась в кресло напротив. — Потом нужно будет послать их срочной доставкой, — ему трудно было говорить, и он постоянно покашливал и делал глубокие вдохи.

На стеклянном журнальном столике лежал электронный термометр, упаковка парацетамола, спрей для носа и пастилки для горла. И это все, чем он лечится?

— Вы врача вызывали? — вырвалось у меня.

— Нет, — Акулов снова закашлялся, потом, отдышавшись, продолжил: — Я, похоже, от сестры заразился… Полина уже поправилась, и у меня скоро пройдет. Главное, чтобы температура ушла.

— Высокая?

— Нет, уже тридцать восемь и пять.

— Уже? — я возмущенно приподняла брови.