Держи меня крепче - Ольга Джокер

Марк. Прошлое.

- Марк Юрьевич, дорогой! У нас в детском доме состоится праздник по случаю праздника ко Дню семьи, любви и верности! Будем очень рады видеть Вас!

Противный голос директорши детского дома вызывает у меня оскому. Я неприятно щурюсь и подальше отодвигаю телефон от уха.

- Хорошо, Ирина Львовна, буду, - отвечаю коротко, потому на дух не выношу корыстную директрису. – Что-то привезти?

Кажется, что этот вопрос ее волновал больше всего. Она быстро диктует мне список из двадцати пунктов, и я едва успеваю записывать.

Вот уже больше пяти лет я негласно курирую детский дом на Тимирязевской и несколько интернатов для детей с особенностями развития. Делаю необходимые закупки, помогаю финансово и всегда готов прийти на помощь, если меня об этом попросят. В обмен на это я всего лишь прошу у директора Ирины Львовны небольшие привилегии для одной из воспитанниц – Лизы Соловьевой.

Никогда не видел ее воочию и даже не хочу. Но уже заранее позаботился о ее образовании и жилье. Мы с директоршей типа в сговоре и она поклялась на внушительном конверте с деньгами, что будет способствовать тому, чтобы девочка Лиза ни в чем никогда не нуждалась.

–

Я приезжаю на концерт и прошу работников детского дома разгрузить автомобиль с подарками. Милый концерт, грустные дети… Телефонный звонок и я выхожу на улицу. Подкуриваю, разговариваю с Серегой. А дальше происходит то, что полностью выворачивает мое тело наизнанку – в моей жизни появляется девочка Лиза. Только теперь ее образ в моей голове оживает и становится цельным. И «Лиза Соловьева» теперь не просто два слова в моей голове, а цельная картинка. Красивая, яркая и отчетливая.

То, что девушка говорит, невероятно заводит и я делаю огромное усилие над собой, чтобы взять себя в руки – в конце концов, она всего лишь болтливая малолетка, пусть и жутко сексуальная.

- Тебя как зовут? – спрашиваю я, потушив окурок об урну.

Белоснежка хочет ответить, но на нашу территорию врывается посторонний в виде заведующего детского дома – тучный Василий Андреевич протягивает ко мне свои пухлые руки и цепляется за рукав пиджака.

- Марк Юрьевич! Мы Вас заждались! – он тянет меня в сторону актового зала, окидывает взглядом Белоснежку и показывает кулак в ее сторону. – Ко мне в кабинет немедленно!

Когда прохожу мимо бочки, на которой сидит девушка, успеваю вложить в ее ладонь электроимпульсную зажигалку, которую купил на днях в Берлине. Белоснежка еще долго смотрит мне вслед, я это чувствую по сильному жжению в области спины.

- Кто она? – нервно спрашиваю, когда мы идем к актовому залу.

- Ай, Соловьева. Воспитанница наша, - отмахивается Василий Андреевич.

- Елизавета?

У меня в ушах громко пульсирует. Надо же, меня только что влекло к той, которой я разрушил целый мир, всю ее вселенную.

- Она самая.

–

После той встречи я поручаю своей помощнице лично иметь дело с детским домом на Тимирязевской. Просто потому что осознаю – мое влечение к девчонке ненормально и от греха подальше лучше бы мне никогда ее не видеть.

Помощница Оля вполне удачно справляется с обязанностями – отвозит вещи, переводит необходимые суммы денег, решает вопрос с университетом, покупает хорошенькую квартиру для Лизы и ограждает меня от проблем.

Схватываюсь я только тогда, когда прошу у Оли отчет, чем занимается Лиза Соловьева спустя три года после окончания детдома. Хочу знать, как идут ее дела в МГИМО, что с личной жизнью и не нужно ли ей подсобить с работой.