Завороженная - Джейн Фэйзер

Атмосфера в парадном зале Зимнего дворца в Санкт-Петербурге была холодной и стылой, как вода в Неве. Приглашенные для аудиенции к императору чувствовали себя словно солдаты на плацу, в ужасе ожидавшие оглашения приговора трибунала. Дипломаты, вытянувшись в струнку, смотрели прямо перед собой на выстроенных в шеренгу напротив великих князей и княгинь. Между двумя шеренгами проходил царь в парадном мундире под руку с роскошно одетой матерью. Жена императора, одетая скромнее, следовала в нескольких шагах за ними. Члены императорской семьи не произнесли ни слова, отделываясь лишь кивками, пока император не подошел к французскому послу генералу Коленкуру.

– Добрый вечер, посол. Надеюсь, вы в добром здравии?

– Да, милостивый государь, благодарю. – Генерал поклонился. – Благодарю вас за честь быть приглашенным сюда. Надеюсь, ваше величество посетит прием в нашем посольстве на следующей неделе.

– Если время позволит, мы с радостью посетим прием. – Царь улыбнулся и двинулся дальше. Дамы из царской семьи последовали за императором. Когда царственное семейство скрылось за массивными двустворчатыми дверями, охраняемыми лакеями навытяжку, по обеим шеренгам пронесся вздох облегчения.

– Слава Богу, все закончилось, – пробормотал своему коллеге генерал Коленкур. – Готов ходить на приемы к матери императрице хоть каждый день. Эта леди понимает, что для монарха есть вещи и поважнее, чем строгое соблюдение протокола. – Он состроил кислую мину. – Императрица живет на широкую ногу, это верно. Но она может себе это позволить, – мрачно прошептал он. – Вскоре мне придется продать последнюю рубашку. Эти русские чертовски высокомерны и при этом дьявольски вероломны. Они улыбаются тебе, говорят комплименты, подгребая под себя все, что бы ты им ни предложил, а потом плюют тебе в лицо.

Собеседник Коленкура понимающе кивнул. Все знали, что французский посол, стремясь переманить русских на свою сторону, едва не довел себя до банкротства, устраивая роскошные приемы.

– Скажу тебе, Алан, – продолжал посол, – я устал бросать деньги на ветер. И потраченного впустую времени жаль. Они никогда не найдут общего языка с нами, с Бонапартом, и я искренне опасаюсь за царя. Дворяне никогда не мирились с деспотичным государем, который, не считаясь с их интересами, гнет свою линию. – Он выразительно провел ребром ладони по горлу. – Не знаю, понимает ли Александр, что ему грозит. Вряд ли он прислушивается к тому, что шепчут у него за спиной.

Александр в это время устало, но вежливо слушал мать.

– Надеюсь, ты не пойдешь на прием к Коленкуру, – заявила она. – Этот человек так же вероломен, как и император, которому он служит.

– Его лояльность не вызывает сомнений, мадам, – вяло возразил Александр.

– Но о корсиканце этого не скажешь, – заявила императрица мать, махнув рукой. – Ты подвергаешь себя опасности, записываясь в лакеи к Наполеону, Александр. Не знаю, понимаешь ли ты, о чем я говорю.

Александр вздохнул.

– Я уважаю ваше мнение, мадам, но в данном случае я поступлю так, как считаю нужным. Альянс с Францией принесет нашей стране честь и славу.

– Французы тебя околдовали, – презрительно заявила вдовствующая императрица. – Неужели ты не видишь, что творится в твоем окружении? Все говорят, что Наполеон ведет себя так, словно Россия – уже часть Франции, и ты, российский император, для него всего лишь префект глухой провинции.

– Пусть говорят, что им вздумается, – сказал Александр. – Но я был и остаюсь царем, государем всея Руси, и буду править своей страной так, как считаю нужным.

– А как насчет заговоров против тебя? Ты и на них готов закрыть глаза, Александр? Подумай об отце. Ты хочешь такой же судьбы?

Александр с едва заметной усмешкой покачал головой.

– Я знаю, что против меня строят козни. Знаю об интригах – и здесь, и за границей, особенно в Англии, и я их не боюсь. У меня свои планы, свои заговоры и свои интриги, мадам. Мне есть что противопоставить врагам.

Мать Александра посмотрела на сына, внезапно прищурившись.