Не ври мне, Профессор - Юлия Рябинина

— Чего-чего, а чтобы мой дом называли, как ты сказала? — сквозь смех обращается она ко мне. — "Блатхата"?! А-ха-ха-ха, я ни разу не слышала.

Мои щеки, уши, шея, да, черт побери, все тело горело смущением и гневом.

Что смешного они нашли в этом обидном названии, я не понимала?

— Но ты мне симпатична, поэтому наказывать не буду. Но в следующий раз, — с ее лица веселость ушла так же быстро, как и появилась, и мне пришлось моргнуть, чтобы убедиться, что мне это не почудилось, — следи за своим языком, прежде чем что-то говорить. И скажи спасибо, что сейчас здесь только мы с Ником. Но вот если бы тебя услышал мой муж. Дядя Никуши, то ты бы не отделалась так просто, — я хотел было открыть рот и сказать, этой размалеванной девушке, что я здесь вообще не по своей воле, но ее глаза полыхнули такой холодностью, что я быстро усвоив урок, решила промолчать, — и даже Никуша тебе не помог бы.

— Где выход? — перевожу взгляд с девушки на Доминика.

— Арин, да пошутила она, — начал парень, но в его глазах не было ни капли уверенности в своих словах.

— Где выход? — сквозь стиснутые зубы спрашиваю еще раз.

— Сейчас прямо по коридору, а потом налево. Там выход. И запомни мои слова, сладкая. Следи за тем, что вылетает из твоего рта.

Не прощаясь, я бросилась к выходу.

Дрожа от злости и страха, я по наитию шла к выходу, пытаясь ориентироваться по подсказкам этой Хлои.

Когда впереди замаячила дверь, я от радости, бегом кинулась к выходу.

И вот уже ладонь лежит на заветной ручке. Надавливанию на нее, чтобы открыть эту чертову дверь и понимаю, что ручку опускает кто-то вместе со мной.

Божечки! Меня отчего-то обуял дикий ужас. Когда из приоткрытой щели я услышала грудной мужской голос. Я поняла, что это был дядя Доминика.

Что делать? Что делать?

Взвинченная до предела нервная система, только усугубляло мое неуравновешенное поведение. Не совладав с паникой, я дернула дверь на себя и:

— Ой, здрасти! — выпалила остолбеневшему мужчине в лицо, и со всех ног кинулась бежать по вымощенной природным камнем дорожке к воротам.

— Эй! — послышалось в спину, но я даже ни на секунду не остановилась.

Как говорится, вижу цель, иду к ней (в моем случае бегу), не сворачивая и не оглядываясь.

Задыхаясь… потому что расстояние до ворот оказалось немаленьким… я немного притормозилась… И тут же до моего слуха доносятся звуки погони.

Сердце вколачивается в грудную клетку бешеной чечеткой, и я понимаю, что убежать мне вряд ли удастся, потому что… да потому что, во мне не осталось сил.

Ноги подгибаются от осознания своей беспомощности, и я оседаю на дорожку.

— Арина, ты дурочка совсем?! — голос Доминика раздается над моей головой, а его руки подхватывают меня под мышки и вздергивают вверх.

— Отпусти, — у меня немного отлегло, я отчего-то подумала, что меня настиг огромный-громила охранник.

— Ну, уж нет, по тебе и так чуть пальбу не устроили… — он запнулся, а я испуганно покосилась на него.

— Правда? — голос предательски задрожал.

— Да нет, шучу, твою мать! Ты куда ринулась?

— Зачем ты меня вообще сюда притащил? Ты что меня снотворным опоил…? — округлила глаза, когда очередная нелепая догадка озарила мой перезагруженный мозг.

— Ты в своем уме? Да я тебя разбудить не смог, когда мы подъехали к твоей захолустной общаге.

— Гостинице, — поправляю его.

— Да мне пофиг, клоповник он и есть клоповник, как ты его не обзови.

— Для тебя он клоповник Доминик, а для меня он дом, имей уважение говорить о месте, где я живу в нормальном тоне, — вздернула подбородок и у меня тут же закружилась голова.

— Какой здесь адрес, я вызову такси, — сухо спрашиваю парня, а сама лезу за телефоном.

— Глупышка, — Доминик притягивает меня к себе за плечи и обнимает, так крепко, что я задыхаюсь от его объятий.

Что он делает?

— Отпусти, — мычу ему в грудь, при этом пытаюсь оттолкнуться от него, упираюсь руками в его бедра.

— Не могу, — шепчет горячо мне в макушку.

— Сейчас же, — я его пока не слышу, да и не хочу… не хочу слушать того, что мне совершенно не нужно.

— Погоди. Дай мне, хотя бы минутку, — он еще крепче сжимает мои плечи, и мне приходится замереть, потому что мой позвоночник начинает трещать в его медвежьей хватке, — Боже Арина, как я давно вот так, хотел тебя обнять… — голос Доминика становится совсем низким и от его вибрации по моей коже пробегаются мурашки.

Этот парень сумасшедший. Как можно хоть обнять того, кто тебя надух не переносит? А я именно не переносила его! И даже в какие-то моменты ненавидела так, что глаза застилало красной пеленой.

— Мне больно, — рычу ему в рубашку, — отпусти.

— Я отвезу тебя в твой клоповник, — Доминик отпускает меня, при этом ловко перехватывает сумку из моей руки, и зажимает в своих длинных пальцах, мою дешёвенькую сумку, она рядом с ним смотрится смешно и неуклюже. Так же, как наверное, и я.

Я продолжаю стоять на месте и таращить глаза на парня.

— Пошли, глупышка, — на его губах играет милая полуулыбка безумца.

Не видя от меня никакой реакции, он переплетает пальцы свой свободной руки с моими пальцами и подталкивает меня к машине.

Шок?! Да. У меня ступор и шок.

Я не знаю, как поступить правильно?! Все мои противоборства с ним, заканчиваются одинаково.

Я в проигрыше.

Всегда.

Парень явно, что-то задумал против меня сейчас и мне нужно с этим смериться и найти другой подход к нему. Надо сменить тактику. Возможно, именно сейчас мне нужно немного сбавить обороты. Пусть он меня отвезет до гостиницы. Главное… это избавиться от него. А дальше я просто съеду оттуда… и все. Аривидерче, безумный мажор.

Вдохновленная своей идеей, я без задних мыслей, снова села к Доминику в машину.

— У тебя есть, что покушать? — с заботой в голосе спрашивает парень.

— Что? — смотрю на него в недоумении.

— Поесть, что дома есть? Ты же ничего не ешь, смотри, — он проводит пальцами по ключицам и по следу его прикосновений, по коже пробегается полоска мурашек, — из-под кожи кости торчат.

— Доминик, прекрати меня трогать, — шиплю на него и подтягиваю края ворота футболки к шее.

— Да я даже и не думал, — лыбится он.

— Содержимое моего холодильника тебя никак не должно волновать. Это понятно? — серьезно смотрю на него.

— Да понял я все.

По дороге к моей гостинице Доминик все же завернул в МакАвто и прикупил мне огромный (по моим меркам) крафт-пакет всякой неполезной еды.